Не быть проституткой

Случаются дни, когда просто хочется сказать некоторым людям спасибо, а остальных не послать подальше, а попытаться переубедить и вывести их из джунглей необоснованных и глупых заблуждений.

Прочитав комментарии на свою статью о Санникове хочу выразить искреннюю признательность за добрые слова. Может, у блогеров так и не принято, но, как говорится, доброе слово и кошке приятно.

Были и критические отзывы – это хорошо. Некоторые посчитали, что мои высказывания определены тем, что нынче я "не в системе". Я далеко не святой. Но начал "выступать" (как отметил один из моих френдов), когда еще был "в системе".

Меня даже иногда удивляла по этому поводу выдержка А.Г.Л. Ну, не совсем корректными порой были мои выступления. Однако, кроме двух случаев воспитания физическими методами (побои средней тяжести) и административным наказанием в 300 минимальных зарплат (на то время около трех тысяч долларов), никакого нетактичного отношения в мой адрес со стороны власти не проявлялось.

Да, приглашали в период моего депутатства в президентскую администрацию на вразумительные беседы, к руководству нижней палаты парламента. Губернатор Гродненской области Савченко наставлял на "путь истинный". Но ничего путного у них из этого не вышло.

Когда еще служил в армии случались и весьма неприятные разговоры с нынешним президентом.

Первый произошел, когда после избрания в 1994-ом году Александр Григорьевич впервые выступал на коллегии министерства обороны.

Выступал он час или полтора. И в ходе выступления, зная реальные результаты выборов в армии (наверное, не в его пользу), как мне показалось, выступал он с недоверием, скрытой неприязнью и затаенной обидой на офицеров. Как-то мне удалось удержаться от своих "пяти копеек" до тех пор, пока в зале сидели 250 офицеров.

Уже после коллегии три комкора, министр, кто-то из его замов были приглашены в кабинет, где президент задал вопрос: "Ну как, мужики, служить-то будем?" Двое моих коллег ответили очень аккуратно и спокойно. А я в ответ спросил, почему он позволил себе в таком духе выступать? Ведь наши офицеры достойны другого тона обращения.

Вменяемого ответа не получил. Уверен, что Лукашенко не понравились моя интонация и содержание вопроса. Но нужно признать, что он проявил выдержку и никаких карательных выводов в тот момент не последовало, хотя вскоре в значительной степени руководство МО обновилось.

Другой раз случился после четырехчасового посещения мехбригады в Слониме, где мы, безусловно, "намарафетили" все, что можно и нельзя. По окончании мероприятия Лукашенко в довольно узком министерском кругу и в присутствии Шеймана спросил у меня: "Валерий Дмитриевич, какие есть вопросы?" Самим посещением, как мне показалось, он остался доволен. Но вопрос у меня нашелся: "Александр Григорьевич, а кто у нас Главнокомандующий?" Получив ответ, что он им и является, поинтересовался у него: "И кто будет решать накопившиеся вопросы?" Не хочу вдаваться в детали этих вопросов, проблем тогда было достаточно. Он послушал, помолчал, что-то начал отвечать, а потом говорит Шейману: "Виктор Владимирович, разберись". Сел на вертолет и улетел. Вряд ли ему опять же понравился мой вопрос, но он снова проявил выдержку и никаких скоропалительных оргвыводов в мой адрес не последовало. Правда, в итоге в скором времени меня так и не назначили начальником Генштаба, хотя я в качестве предполагаемой кандидатуры уже слетал в США во главе военной делегации от нашей страны.

И только после моего письма, в котором излагались методы и пути обустройства армии, я внезапно был снят со своей должности командира корпуса.

В 2000-ом году в парламент меня тоже пропустили с согласия сами-знаете-кого. Под четкие гарантии тогдашнего губернатора Гродненской области Дубко, что присмотрит за мной внимательно – зная наши очень близкие в те времена отношения.

Так что у меня нет личных обид на нынешнего главу государства. Может, даже наоборот – благодарен ему за выдержку и поддержку в ходе выборов в парламент в 2000-ом году. При этом свою позицию я имел всегда, никуда она не подевалась и сегодня. И если я не согласен с целым рядом вещей в нашей сегодняшней жизни, то это мое абсолютное право – выражаться и высказываться без экивоков.

Никогда не был проституткой и представителем мужского пола на букву "п". Нисколько не обижусь, если меня уличат в неграмотности по каким-то вопросам или заподозрят в неких "недавльновидных" или "неверных с точки зрения политтехнологий" заявлениях и воспоминаниях. Говорю, как было и есть. Стараюсь блюсти Божьи заповеди и даже награжден орденом Сергия Радонежского. Чем очень горжусь.

Может, пишу несколько прямолинейно, но признаюсь, что хотелось просто ответить тем "комментаторам", которые пытаются уличать в том, чего никогда не было, а в своей жизни многие из них, дай Бог, чтобы еще успели совершить хотя бы парочку достойных поступков.

Если б я подсвистывал и поддакивал в армии и парламенте, так уже б точно чем-нибудь давно серьезно "рулил". Но пронесло. И это позволяет мне спокойно спать, уверенно жить и достойно смотреть людям в глаза.

Генерал Фролов специально для "Белорусского партизана".
20.07.11 15:31
загружаются комментарии

Валерий Фролов