Либерал.

Лідар Руху "За Свабоду" Аляксандр Мілінкевіч вылучаецца кандыдатам у дэпутаты у Мінску па Уручскай 109-й акрузе. Ён паведаміў, што Рух "За Свабоду" будзе ў ходзе гэтай кампаніі  прэзентаваць "Народную праграму", праца над якой ішла больш за год. Паводле яго слоў, важна прадэманстраваць, што сярод кандыдатаў у дэпутаты ёсць - "працавітыя і разумныя, годныя і сумленныя, тыя, што любяць сваю Радзіму і ведаюць, як ажыццявіць у ёй перамены". В некоторой стране жил-был либерал, и  притом  такой  откровенный,  что никто слова не молвит, а  он  уж  во  все  горло  гаркает:  "Ах,  господа, господа! что вы делаете! ведь вы сами себя губите!" Ежели общество -  говорил  он,  -  лишено свободы, то это значит, что оно  живет  без  идеалов,  без  горения мысли, не имея ни основы для творчества, ни веры в предстоящие ему судьбы. Вот как мыслил либерал, и, надо правду сказать,  мыслил  правильно. Но этого мало: либерал не только благородно мыслил, но и рвался  благое дело делать. Заветнейшее его желание состояло  в  том,  чтобы  луч  света, согревавший его мысль, прорезал окрестную тьму, осенил ее  и  все  живущее напоил благоволением.  Хотя  это  стремление  перевести  идеалы   из   области   эмпиреев   на практическую почву припахивало не  совсем  благонадежно,  но  либерал  так искренно пламенел, и притом был так мил и ко всем  ласков,  что  ему  даже неблагонадежность охотно прощали. Умел он и истину с улыбкой высказать,  и простачком, где нужно, прикинуться, и бескорыстием щегольнуть. А  главное, никогда и ничего он не требовал «наступи на  горло»,  а  всегда  только – «по возможности». И  прежде  всего,  разумеется, либерал обратился к сведущим людям.     - Свобода - ведь, кажется, тут ничего предосудительного нет? -  спросил он их. - Не только не предосудительно,  но  и  весьма  похвально,  -  ответили сведущие люди, - ведь это только клевещут на нас, будто бы  мы  не  желаем свободы;  в  действительности  мы  только  об  ней  и   печалимся...   Но, разумеется, в пределах...  -  Гм...  "в  пределах"...   понимаю!     Что ж! в пределах, так в пределах!  Сам  либерал  хорошо  понимал,  что иначе  нельзя.   И начал либерал "в пределах" орудовать: там  урвет,  тут  урежет;  а  в третьем месте и совсем спрячется. А сведущие люди  глядят  на  него  и  не нарадуются. Одно время даже так работой  его  увлеклись,  что  можно  было подумать, что и они либералами сделались.    - Действуй! - поощряли они его, - тут обойди, здесь  стушуй,  а  там  и вовсе не касайся. И будет все хорошо. Мы бы, любезный друг, и  с  радостью готовы тебя, козла, в огород пустить, да сам видишь,  каким  тыном  у  нас огород обнесен! - Вижу-то, вижу, - соглашался либерал, - но только как мне стыдно  свои идеалы ломать! так стыдно! ах, как стыдно! -  Ну,  и  постыдись  маленько:  стыд  глаза  не   выест!   зато, «по возможности», все-таки затею свою выполнишь!    Однако,  по  мере  того,  как  либеральная   затея «по   возможности» осуществлялась, сведущие люди догадывались, что даже и в этом виде  идеалы либерала не розами пахнут. С одной стороны, чересчур  широко  задумано;  с другой стороны - недостаточно созрело, к восприятию не готово. - Невмоготу нам твои идеалы! - говорили либералу сведущие  люди,  -  не готовы мы, не выдержим!  - Ах, как это печально! - роптал он на судьбу. - Чудак! - утешали его сведущие люди, - есть отчего плакать!  Тебе  что нужно? - будущее за твоими идеалами обеспечить? - так ведь мы тебе в  этом не препятствуем. Только не торопись ты,  ради  Христа!  Ежели  нельзя  "по возможности", так удовольствуйся тем, что отвоюешь "хоть что-нибудь"! Так  либерал  и  поступил,  и  вскоре  так  свыкся  с  своим  новым положением, что сам дивился, как он был так глуп,  полагая,  что  возможны какие-нибудь иные пределы. И уподобления всякие на подмогу к нему явились. И пшеничное, мол, зерно не сразу плод дает, а также поцеремонится.  Сперва надо его в землю посадить, потом ожидать, покуда в нем произойдет  процесс разложения, потом оно даст росток, который  прозябнет,  в  трубку  пойдет, восколосится и т.д. Вот  через  сколько  волшебств  должно  перейти  зерно прежде, нежели даст плод сторицею! Так же и тут,  в  погоне  за  идеалами. Посадил в землю "хоть что-нибудь" - сиди и жди. И точно: посадил либерал в землю "хоть  что-нибудь"  -  сидит  и  ждет. Только ждет-пождет, а не прозябает "хоть что-нибудь"  и  вся  недолга. - Что за причина такая? - бормотал либерал в великом смущении. - Та самая причина  и  есть,  что  загребаешь  ты  чересчур  широко,  - отвечали сведущие люди. - Помилуйте! С каким я  запасом-то  в путь вышел, а кончил тем, что весь его  по  дороге  растерял.  Сперва  "по возможности" действовал, потом на "хоть что-нибудь" съехал - неужто  можно и еще дальше под гору идти? -  Разумеется,  можно.  Не  хочешь  ли,  например,   "применительно   к подлости"? - Как так? - Очень просто. Значит, идеалами-то не превозносись, а по нашему масштабу их сократи, да применительно и действуй. А  потом,  может  быть,  и  мы,  коли  пользу увидим... Крепко  задумался  либерал,  услышав  эти  слова.   И   без   того   от первоначальных его идеалов только одни ярлыки остались, а тут еще подлость прямую для них прописывают! Ведь этак, пожалуй, не успеешь оглянуться, как и сам в подлецах очутишься. Господи! вразуми! А сведущие люди, видя его задумчивость,  с  своей  стороны,  стали  его понуждать. "Коли ты, либерал, заварил кашу,  так  уж  не  мудри,  вари  до конца! Ты нас взбудоражил, ты же нас и ублаготвори... действуй!"    И стал он  действовать.  И  все  применительно  к  подлости.  Попробует иногда, грешным делом, в сторону улизнуть; а сведущий человек  сейчас  его за рукав: "Куда, либерал, глаза скосил? гляди прямо!" Таким образом шли дни за днями, а за ними шло вперед и дело преуспеяния "применительно к подлости". Идеалов и в помине уж не  было  -  одна  мразь осталась - а либерал все-таки не унывал. "Что ж такое, что я  свои  идеалы по уши в подлости завязил? Зато я сам, яко столп, невредим стою! Сегодня я в грязи валяюсь, а завтра выглянет солнышко, обсушит грязь  -  я  и  опять молодец-молодцом!"  А  сведущие  люди  слушали   эти   его   похвальбы   и поддакивали: "Именно так!" И вот, шел он однажды по улице с своим приятелем,  по  обыкновению,  об идеалах калякал и свою мудрость на чем  свет  превозносил.  Как  вдруг  он почувствовал, словно бы на щеку ему  несколько  брызгов  пало.  Откуда?  - Что за чудо! - говорит приятелю либерал, - дождя нет, помоев нет, а у меня на щеку брызги летят! - А видишь,  вон  за  углом  некоторый  человек  притаился,  -  ответил приятель, - это его дело! плюнуть ему на тебя  за  твои  либеральные  дела захотелось,  а  в  глаза  сделать  это  смелости  не  хватает.   Вот   он, "применительно к подлости", из-за угла и плюнул; а на тебя  ветром  брызги нанесло. Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин. Либерал.    1885.
20.07.12 13:03
загружаются комментарии

Виктор Ивашкевич