Белорусы к реформам готовы. Готовы ли реформы к белорусам?

Экономический кризис, почти переросший в политический из-за протестов против «Декрета о тунеядцах», вновь показал: без рыночных реформ у Беларуси будущего нет. Вот только, как выясняется, говоря о реформах, каждый имеет в виду что-то своё. Чиновники видят реформы по-своему, «простой народ» – по-своему. И оба этих взгляда имеют очень мало общего с успешными моделями реформ, реализованных в других странах.


Желания против реальности


Чем хуже живут белорусы в условиях тянущегося третий год кризиса, тем охотнее они поддерживают проведение рыночных реформ. Об этом говорят и обнародованные в конце февраля данные опроса Белорусской аналитической мастерской Андрея Вардомацкого (BAW, Варшава). Опрос, прошедший в декабре 2016-го, показал: по сравнению с 2015 годом, когда экономическую ситуацию в стране как «плохую» оценили 42,7% опрошенных, к концу 2016 года таких стало 55%.

При этом экономическое положение страны наши соотечественники оценивают очень по-белорусски – через состояние собственного кармана. 36,1% белорусов называли положение собственной семьи «плохим» в 2015 году, 44,8% – в 2016-м. При этом наихудшие оценки дают люди активного экономического возраста.


В 2016 году по сравнению с 2014-м заметно выросло число сторонников скорейших рыночных реформ за счет падения числа тех, кто поддержал бы постепенный переход к рынку. Этот растущий запрос на реформы, пишет Tut.by, отразился и в ответах на вопрос, который BAW задала белорусам перед парламентскими выборами 2016 года. Из тех, кто собирался голосовать, 52,1% говорили, что выберут того, кто представляет альтернативные пути развития, а 27,9% – тех, кто поддерживает сегодняшний политический и экономический курс.

Правда, есть одно неприятное «НО». И это «НО» при неблагоприятном раскладе способно перечеркнуть весь кажущийся позитив приведенного выше опроса. (Правда, я сейчас буду отталкиваться от данных 2014 года – более свежих просто нет.) Дело в том, что белорусы в большинстве своём под реформами имеют в виду вовсе не либерализацию – как политическую, так и экономическую.

Например, граждане выступают за введение страховой медицины, но чтобы роль государства в здравоохранении при этом оставалась высокой, то есть чтобы медицинскую помощь они получали в любом случае. При этом все сходятся в том, что результатом реформ должен стать рост лично их благосостояния. Однако понятно, что на первом этапе любых реформ падение уровня жизни неизбежно. Формально с этим согласны и готовы потерпеть 5-7 лет ради благополучия в будущем 51% опрошенных. Однако какой окажется эта цифра, когда реформы реально начнутся, – сказать невозможно.


В то же время исследования «Либерального клуба» показывают, что часть людей (включая госслужащих) действительно ждет реформ, но массово население все же не готово нести убытки в ближайшей перспективе ради положительного эффекта в будущем. Одновременно чисто психологически наши граждане не готовы отказаться от присутствия государства в большинстве сфер жизни.

Инициировать и нести ответственность за изменения, по мнению значительной части населения, должно правительство. За повышение государственного влияния в различных сферах в 2014 году высказались 43% опрошенных, против – 33%. К сегодняшнему дню эти цифры наверняка изменились не в пользу государства, но вряд ли сильно.


Директор Школы молодых менеджеров публичного администрирования SYMPA, социолог Наталья Рябова считает, что желание белорусов повысить роль властей связано с иждивенческой привычкой и непониманием того, что присутствие государства в разных сферах мы оплачиваем из своего кармана.


«Основную роль в разработке реформ население возлагает на правительственные организации. Роль общественных организаций, политической оппозиции и международных организаций не видится столь существенной. Но с другой стороны, весомая часть опрошенных высказывается за то, чтобы все заинтересованные стороны участвовали в разработке реформ», – отмечает аналитик BISS Елена Артеменко.

При этом результатом реформ, по мнению большинства белорусов, должна стать система политического и социально-экономического устройства, подобная шведской: незначительное имущественное расслоение, высокий уровень социального обеспечения со стороны государства. Правда, при этом, как оказывается, никто не готов платить налоги в том размере, в котором их платят шведы, и работать со шведской производительностью труда.


Свобода бизнеса по версии чиновников


Когда говорят об успешных реформах, проведенных в соседней Польше, все почему-то вспоминают начатые в 1991 году «реформы Бальцеровича» – приватизацию крупных заводов, закрытие убыточных госпредприятий, массовые увольнения и падение уровня жизни. Но забывают, что за два года до этого прошла т.н. «реформа Мазовецкого», которая дала полную свободу частному бизнесу, прежде всего малому и среднему. Польские предприниматели получили абсолютную свободу действий – и начали активно работать, создавая рабочие места.


Так что когда в 1991-м начались увольнения с госпредприятий, львиную долю высвобождающейся рабочей силы поглощал уже частный сектор. Как результат, удалось не только избежать массовых народных волнений – уже через несколько лет начался экономический рост, своими темпами удививший всю Европу. И удивляющий, к слову, до сих пор.

У нас про развитие малого и среднего бизнеса любят говорить, но не любят делать что-то конкретное. А если и делают (чиновники), – то только с прицелом на обеспечение благополучия своих детей и других членов семьи. Я сейчас говорю о проекте указа президента, который предполагает мораторий на проверки до конца 2020 года и широкие налоговые льготы для фирм, работающих в сфере торговли, общепита и бытовых услуг. А заодно – особо льготные условия приватизации для представителей подобного бизнеса. Этот документ подготовило Министерство антимонопольного регулирования и торговли. Проект предусматривает введение до 31 декабря 2020 года моратория на проведение плановых проверок компаний, работающих в нескольких сферах бизнеса, в которых доля частного капитала на сегодняшний день очень велика.


Организациям и ИП указ разрешит самим устанавливать режим работы своих заведений, а также строить стационарные объекты независимо от того, вошли ли они в утвержденные исполкомами схемы развития населённых пунктов. Предусмотрены и значительные налоговые льготы для тех, кто занимается бизнесом на территории средних, малых городских поселений и в сельской местности. Согласно проекту, фирмы и ИП, владеющие магазинами и павильонами с торговой площадью до 100 кв. м, торговыми местами на рынках, объектами общепита с количеством мест до 50, а также те, кто оказывают бытовые услуги, вправе не уплачивать НДС и налог на прибыль, а индивидуальные предприниматели — подоходный налог с физлиц. Ставка налога при использовании упрощенной системы налогообложения установлена на уровне 1%.


А теперь – самое «вкусное». Проект президентского указа предусматривает преференции в виде продажи государственного имущества по оценочной стоимости без проведения аукциона, а также рассрочку оплаты. Разрешается проводить перепланировку помещений без проектно-сметной документации (если работы не затрагивают несущие конструкции).

Кто больше всего выиграет от нового президентского указа в случае его принятия? Это, конечно, те жители регионов, у кого есть определенные капиталы и административный ресурс для вхождения в новый бизнес на новых условиях – через льготную раздачу госимущества. Но, в отличие от Минска, частный бизнес в провинции развит совсем слабо, а где и развит – там он занимает лишь определенные рыночные ниши, выход за пределы которых для него – большой риск. У рядовых граждан в провинции денег на собственный бизнес нет – это показали в том числе прошедшие протесты простив «налога на тунеядцев».


Кто остаётся? Чиновники местных администраций + их родственники, а также «аграрные бароны». Те самые мужички в кургузых пиджаках, что окружают президента каждый раз, когда он приезжает с очередной инспекцией на какое-нибудь агропредприятие. Давайте вспомним, сколько миллиардов долларов государство за пару последних десятилетий «похоронило» в АПК (по словам Михаила Мясниковича, только за 2011-2015 годы это $43,8 млрд). Тут сложно не согласиться с Ярославом Романчуком, который утверждает, что на самом деле эти директора убыточных агропредприятий и председатели колхозов «20 лет без урожая» – главные теневые капиталисты в сегодняшней Беларуси. В самом деле, не все же выделенные правительством на агропром деньги сгнили вместе с картошкой в буртах…


Сегодняшние «ипэшники», держащие точки на вещевых рыках и в торговых центрах, скорее озабочены собственным выживанием. Они не верят государству и не планируют выходить в новые сферы бизнеса, даже небольшого по масштабам. Зато в эту нишу приходят дети и прочие родственники представителей местной власти. У них есть деньги, есть нужные связи, чтобы получить лакомые объекты мимо аукциона (причём вполне легально). И они знают, что нынешняя власть не вечна, причём, перефразируя Булгакова, «не вечна внезапно». Они торопятся обеспечить себе сытое будущее.

Резюмирую. Региональная номенклатура явно нацелилась на приватизацию множества всё ещё сохраняющихся «лакомых кусочков» в провинции. А в этой сфере местным функционерам всегда проще договориться со всеми – включая местных правоохранителей и работников КГК.


Пока я могу предположить, что это – новая форма социального договора. Прежний общественный договор власти с населением («мы вам – чарку и шкварку, а вы – не лезете в политику») уже не действует, что и подтвердил несуразный «декрет о тунеядцах». Сейчас всё выглядит так, что прямо теперь власть пытается утвердить новый договор – уже с местной номенклатурой. Его суть: «мы вам – собственность и спокойный бизнес, вы нам – обеспечиваете спокойствие в регионах и нужный результат голосований».

Вот только, жаль, к рыночным реформам это не имеет ровным счётом никакого отношения. А значит, через какое-то время их придётся начинать с нуля. Только делать это будет ещё тяжелее.

.
20.03.17 3:03
загружаются комментарии

Ольга Карач