Арест под открытым небом

Мы пережили 26-ю годовщину Чернобыля. Каждый по своему, со своими потерями. Казалось бы, нужно радоваться, что кто-то из нас жив, а некоторые здоровы и не пострадали, размышлять о Чернобыльском шляхе, как о достижении, и не забыть похвалить власти за то, что они разрешили шествие и митинг, приуроченные годовщине радиационной катастрофы. Да, за хорошее надо хвалить, а за плохое – ругать. Я глубоко в этом убеждена, И не важно, КОГО. Любого. Только никак не поворачивается язык для похвалы властям за разрешение митинга и шествия. Ведь то плохое, что было ими сделано до и после Чернобыльского шляха -2012, заметно перевесило один разрешительный жест доброй воли. И после этой акции не оставляет чувство ужасной неловкости за всех нас, ведь мы, вроде как - один народ. И в очередной раз лезет в голову высказывание одного немецкого коллеги: «Арест под открытым небом». Я запомнила эту фразу Бейера и власти, очевидно, тоже – ведь именно после того, как это появилось в прессе, он стал невъездным в краину стабильнасци и парадка. В этом году, несмотря на самые позитивные прогнозы и мечты о потеплении, арест под открытым небом на годовщину Чернобыля не просто продолжился, но и усугубился. Перед Чернобыльским шляхом в дома партийных и общественных активистов, преимущественно молодежи, ломились неизвестные, приходила милиция проверять документы, уводить в участок. После Шляха были задержаны 40 человек, в их числе российские граждане. Один участник акции сильно избит и его госпитализировали. В связи с этим мне вспоминается описание Солженицыным студенческой забастовки во времена красного террора. Забастовку и митинг дали провести, но потом тихо и по одному, в домах, на квартирах, арестовали ее участников. Кроме этих явных репрессий были неявные – вокруг мест, где проходила акция, были закрыты парковки и подъезды. Соседние улицы были заставлены автозаками и автобусами для потенциальных задержанных. Пройти к месту сбора и митинга можно было только через две рамки с металлоискателями, и все собравшиеся не успевали пройти все за столь короткое время, отведенное для мероприятия. Содержание агитматериалов изучали сотрудники ОМОН на вид лет двадцати. Банер с надписью «Закрой свою Фукусиму!» не пропустили и выбросили в мусорное ведро. Досмотренные и загнанные за турникеты демонстранты у всех, кто наблюдал их со стороны, вызывали сравнение с пленными, арестованными. У демонстрантов отобрали звук. Накануне объясняя организаторам митинга, что проблем не должно возникнуть, что при наличии документов использование звуковой техники не запрещается. Но в тот момент, когда звуковая техника ехала на площадку, ее арестовали. Казалось бы, зачем этот циничный обман? Ведь звук можно было запретить официально и разъяснить суть этого запрета в Мингорисполкоме организаторам. Но этого сделано не было. Пострадал человек, никак, никоим образом не причастный ни к оппозиции, ни к общественным организациям, ни организаторам митинга, его никто не знал, а контакты нашли по объявлению. Владелец арестованного оборудования, не совершивший ничего крамольного, согласившийся просто предоставить оборудование в аренду для проведения официально разрешенного мероприятия, остался без техники, без своего автомобиля. Значит, точно так же может быть арестован троллейбус или такси, в котором едет «оппозиционер»? Для чего нужны эти преследования совершенно невинных людей? Зачем забирать у них имущество? Ведь такими жестами в отношении посторонних и непричастных власть рискует нанести ущерб своей репутации. Зачем вообще изымать технику и разворачивать вокруг этого какую-то деятельность, если в прошлом году на таком же митинге звукоусиливающая аппаратура была? Противно то, что сразу же после Чернобыльского шляха в интернете какие-то, никому неизвестные журналисты в своих блогах возопили: ах! ох! оппозиция опять не собрала десять тысяч человек – проела гранты. Мало кому из интернет-публики известно, чем на самом деле располагают организаторы ЧШ-12. Как одна из организаторов могу сказать, что нет средств для элементарного покрытия издержек. Представители властей же продемонстрировали свой туго набитый кошелек – десятками автозаков, упакованным видеокамерами личным составом,  да теми силами и средствами, что были брошены на никому не нужные провокации, на борьбу с несуществующей, надуманной угрозой. Когда критики Чернобыльского шляха, вместе с людьми в форме и в штатском, наконец, поймут, что это в первую очередь мероприятие, посвященное бедам и проблемам радиационной катастрофы, необходимости отмены решения о строительстве АЭС в Беларуси, когда силовые структуры научатся просто сопровождать и обеспечивать безопасность, как это делается во многих странах, когда власти, наконец, прислушаются к требованиям  участников митинга, тогда, может быть, у всех нас появится какой-то шанс, можно будет говорить о диалоге в белорусском обществе и о возможности решения проблем. Пока же власти вместе с индифферентной частью общества политизируют и маргинализируют острые проблемы, чтобы их НЕ РЕШАТЬ. Но с этими проблемами еще придется столкнуться в полный рост..
30.04.12 17:21
загружаются комментарии

Татьяна Новикова