Новогодний «подарок» белорусских атомщиков 30.12.2016

В канун Нового года, Министерство энергетики готовит гражданам «подарок» - установку на первый энергоблок Белорусской АЭС корпуса реактора, которой при перевозке по железной дороге случайно «соприкоснулся» с опорой контактной сети. Об этом, как передали белорусские СМИ 29 декабря, министр энергетики сообщил БЕЛТА: «В настоящее время имеется полная строительная готовность, после доставки корпуса реактора на площадку строительства и урегулирования процедурных вопросов начнется монтаж корпуса реактора первого энергоблока». В этот же день РУП «Белорусская атомная электростанция» отрапортовало: «в результате осмотра никаких повреждений не обнаружено». Осмотр корпуса, к слову, на Островецкой стройплощадке проводили представители генконструктора, завода – изготовителя, Белорусской железной дороги, компании перевозчика, страховой компании, заказчика и генподрядчика.

Историю с соприкосновением на этот раз не стали скрывать, но ей не придали серьезного значения. Опасность данной ситуации заключается в том, что и на этот раз ее хотят приуменьшить, недоговаривают или говорят откровенно не то.

О некоем защитном кожухе.

РУП «Белорусская атомная электростанция» и АО ИК «АСЭ» сообщают, что реактор перевозился в защитном кожухе: «Согласно техническому регламенту корпус реактора перевозится в транспортном защитном кожухе, в ограждающей габаритной конструкции, при соблюдении всех технических требований по безопасности транспортировки». Именно он, согласно официальным заявлениям, «соприкоснулся» с железобетонным столбом.

На фото, сделанных во время перевозки этого корпуса по железной дороге, не видно ничего похожего на металлический защитный кожух корпуса реактора, то есть, защищающий всю конструкцию.

Но, официальные источники сделали уточнение, и «защитный кожух реактора», превратился в «защитный кожух бурта опорного корпуса реактора». Можно ли назвать транспортным кожухом металлическое кольцо где-то в районе опорного бурта? Скорее нет, чем да.

Об отсутствии повреждений

Опорный бурт находится в средней части корпуса и не является самой габаритной частью реактора, там есть еще и выступающие патрубки. Независимые эксперты предполагают, что их также могли задеть, и это очень плохо, почему, описано здесь. Если все же поверить атомщикам на слово и предположить, что реактору реально повезло и был задет исключительно опорный бурт (вернее, как гласит официальная информация, некий кожух, который его защищал), то и это далеко не повод для радости. Опорный бурт жестко связан с конструкцией корпуса и выполняет важную роль в креплении корпуса реактора к шахте. Как деформация может сказаться на надежности крепления и работе реактора в целом – должны решать не представители страховой компании вместе с перевозчиком на стройплощадке «после осмотра», а группа из специалистов по реакторным установкам, инженеров, профильных экспертов, и только после тщательной дефектоскопии и соответствующих расчетов, которые невозможны в полевых условиях.

О полом железобетонном столбе

РУП «Белорусская атомная электростанция» описывает инцидент как «незначительное касание» с «полой железобетонной опорой контактной сети». При этом скорость движения состава была по описаниям около 3 км/час. Это, конечно, не земля, и не железобетонная плита, с которой по официальной версии соприкоснулся предшествующий корпус, но все же. Проблема здесь все та же – масса и хрупкость конструкции корпуса реактора. Никакие случайные воздействия на него не допускаются. Да, он рассчитан на определенные нагрузки, но только при высоких температурах (до 350 ° С). Если температура ниже рабочей – материал корпуса становится более хрупким. Сложно сказать, какие последствия будет иметь встреча с железобетонным столбом – пока не опубликовано ни фотографий столба, ни задетой части реактора, никакой другой документации, которая подтверждала бы отсутствие повреждений.

Официальным заявлениям хотелось бы верить, но столько дезинформации, как во время строительства Белорусской АЭС, не было еще ни на одной атомной стройке. Чиновников не смущает то, что их слова противоречивы и документально опровергаются – удары у них легко превращаются в «незначительные соприкосновения» и наоборот.

Об установке

Больше всего в этой истории пугает то, как быстро решился вопрос. За один день представители разных организаций осмотрели объект и отрапортовали об отсутствии проблемы. И по информации министра энергетики, к установке все готово! Будут ли устанавливать в рождественские каникулы, используя старую тактику – принимать или исполнять непопулярные решения во время больших праздников, когда граждане отвлечены? Если не устанавливать, то опять перемещать по площадке, ночью, как это у них водится.

Белорусская АЭС и Беларусь вместе с нею имеет все шансы попасть в книгу рекордов Гинеса, а ее строители – получить очередной «Шнобель». В мире еще не было практики такого строительства АЭС – нигде с таким усердием не били корпуса реакторов, нигде в мире они не падали с высоты и не сносили железнодорожные столбы, нигде в мире так не лгали о нарушениях и инцидентах еще на стадии строительства. «Гордиться» есть чем, и это было бы даже смешно, если бы не было так страшно.

Белорусская антиядерная кампания требует остановить этот опасный монтаж и провести надлежащее расследование. Здесь опубликовано  соответствующее заявление, который каждый может поддержать или адресовать официальным лицам от своего имени. Здесь можно подписать петицию с требованием остановки строительства.

Не нужна такая «бочка»! 07.08.2016

Только самый ленивый не высказался про упавший корпус реактора первого энергоблока Белорусской АЭС. И вот пришла очередь самого главного по стране. Повторять про бочку, пожалуй, не стану. Корпус реактора действительно на нее похож. Атомщики называют его еще и самоваром, потому что в нем греется вода, и принцип работы водо-водяных реакторов от принципа паровоза или самовара в общем, не сильно отличается. Различие, тем не менее, есть, и оно серьезное, «бочка» в которую помещается тепловыделяющая сборка, подвергается не только воздействию температуры и давления, но и облучению нейтронным потоком. И в этой бочке нарабатываются опасные для человека и окружающей среды радионукдиды, в том числе, такие как плутоний, период полураспада которого составляет десятки тысяч лет.

Но слова руководителя страны являются знаковыми. Они отражают четкую позицию – ничего страшного не случилось! Вот это послание народу – вы там не волнуйтесь, у нас все под контролем, упал не реактор, упала бочка, а специалисты работают, глава государства в курсе – это попытка притупить внимание общественности, желание приуменьшить случившееся, раз уж не удалось скрыть. Для чего было скрывать? Для чего преуменьшать? Позор всегда скрывают. Заштукатурить и прикрыть, а там разберемся и что-нибудь придумаем, у нас же специалисты работают! Но это не только позор, но и ответственность.

К вопросу об ответственности – виноватых стрелочников уволили, реактор «поменяют», наверное, если там не будет дефектов. Вроде бы обнадеживающие слова. Такие же, как и слова о том, что Белорусская АЭС – самая безопасная в мире. Я знаю самые безопасные в мире АЭС – это те, куда никогда не было загружено топливо. Одна такая находится в Австрии. Хотелось бы, чтобы и у нас была такая, раз уж не получилось так, чтобы никакой.

Давайте представим, что было бы, если бы Николай Уласевич не написал у себя в ФБ тот самый пост, если бы свидетели произошедшего не начали говорить, и если бы журналисты не выполнили не только свою работу, но и гражданский долг, вынудив Минэнерго признаться в инциденте? Скорее всего, о нем никто бы так и не узнал, как мы до сих пор не знаем, что же за серьезный инцидент произошел до того, о чем говорил литовский МИД. Корпус реактора простучали бы молотками на слух, в лучшем случае, провели бы ультразвуковую дефектоскопию и со второй попытки смонтировали бы. Разве в этом могут быть сомнения после ряда заявлений представителей подрядчика, что реактор не получил «никаких» повреждений? А перед этим они дружно, в один голос повторяли, что никакого инцидента и вовсе не было. В принципе, эта опасность – установки той самой бочки, остается и сейчас.

Но не бочка здесь главное, а ситуация на строительстве этой АЭС в целом. Нам говорят, что там работает огромное количество проверяющих. И ни один из них не выявил нарушений, связанных с началом строительства реакторного здания первого энергоблока Белорусской АЭС до появления архитектурного проекта, ни один из них не спросил, почему принято решение использовать нереферентый проект, ни одному не пришло в голову узнать, почему начали строить под Островцом, когда исследование этой площадки было не закончено.

Мораль сей басни такова, если не мы сами, то никто. Если люди не начнут задавать вопросы, не пытаться каким-то образом добиться правды, в конце концов, остановить эту стройку, им на головы так и будет падать бочка, хорошо, если без радиоактивной начинки.

Страницы: 1
Читать другие новости

Татьяна Новикова