Кто первый в Беларуси сформулирует "российский вопрос"? 25.11.2014 1

Украинские события создали новую ситуацию в белорусском обществе. Публика, которая ранее безразлично, либо с опаской относилась к идеям национального строительства, теперь делает выбор.

От весны я часто встречаю высказывания вроде «я поверить не мог (не могла), что Россия на такое способна!», «Нам в школе казалось что Пазняк (читай: белорусоцентричные люди. –С.К.) немного неадекватный дядька, когда говорил, что Россия может начать войну, а оно вон как!» и т.д.

То есть, старые националисты не особо удивились действиям Кремля, а для многих других это стало просто шоком. Так что, думаю, национально ориентированные группы сейчас пополняются.

Другой вопрос, есть ли те центры (группы, кружки)? Точнее, на сколько они выразительные? Если в 1990-е не было проблем с публичными площадками для выступлений, что в реальном пространстве, что в СМИ, то теперь искренние беседы-дискуссии больше свойственны частному пространству.

Действительно, какой же владелец помещения пустит вас з мероприятием под названием “Тактика и стратегия национального сопротивления в условиях российской оккупации”?

Даже, если тактика и стратегия будут обсуждаться в интеллектуально-культурном дискурсе.

Да и в независимых белорусских СМИ тема формулируется более аккуратно. С одной стороны, международное сообщество выжидает с дефинициями, а значит, постановка вопроса может выглядеть слишком радикально.

С другой, необходимо защитить себя от возможных репрессий, так как по российскому вопросу белорусское государство не высказывается, и что там на уме на самом деле никто не знает.



Если бы Европа была Россией 11.11.2014 4

Если бы Европа была Россией, в ней был бы один город, например, Париж, где концентрировались бы все материальные и интеллектуальные ресурсы континента. Там жило бы 30% всех европейцев, которые высасывали бы соки из остальных территорий-провинций.


Если бы Европа была Россией, она бы стремилась распространить свой «европейский мир» как можно более широко. Чтобы из новоприсоеденённых территорий выкачивать материальные и интеллектуальные ресурсы в свой один – главный – город.


Город, где у тебя есть большие возможности, где ты можешь наладить жизнь, и при этом не интересоваться, какая партия у власти и кто руководитель государства. Так как от текущей политической ситуации конкретно твоя судьба не очень зависит.


Финансы, социальные лифты, доступность интеллектуальных ресурсов – они принципиально не изменятся. Главное – попасть в движуху, словить попутный ветер, оседлать нужное течение. И забыть своё “замкадье”, свою малую родину, с которой у тебя связаны светлые детские воспоминания и одновременно депрессия бесперспективности взрослой жизни.


А ещё – город, где всё под контролем. Где все “буйные” – креативные и предприимчивые, то есть потенциально непокорные, – находятся в одном месте, и разбегаться не собираются. А значит, и ловить при необходимости их будет не так сложно.


Если бы Европа была Россией, для России всё было бы “по чесноку”. Вот мы, вот они. Один на один. “Кто главный? Кто смотрящий? С кем договариваться? Это – нам, это – вам. Это – наш район, это – ваш”.


Как Беларуси перестать быть Россией?


Разговор двух моих знакомых:


– Регионы-регионы, что те регионы? Кто овладеет Минском – овладеет всей страной! В Минске и городах-спутниках живёт треть населения!


– Но не забывай, что в регионах живут люди – наши люди! И часто они тянутся к России, а не к Минску, видя такое безразличное отношение со стороны столицы. Ведь Россию они не знают, и им кажется, что там они реализуются.


Власть охраняет регионы. Власть понимает, что Минском ей не завладеть. Здесь тяжело шантажировать потерей работы и дурить голову сказками. Ведь власть оттуда – из регионов, и чтоб развести столичного жителя, ей не хватает квалификации. Поэтому власть дурит своих, понимая их психологию, сильные и слабые стороны.


А креативные люди из белорусских регионов бегут в зависимости от своих приоритетов. Кто в Москву, которая не Европа, кто в Европу, которая не Москва. Менее амбициозные – в Минск: смесь Европы и Москвы. Вечное пограничье, вечный выбор, вечное шатание весов с Запада на Восток и обратно.


От 1991 по 1994 была надежда сделать из Беларуси Европу. Это значит, чтобы каждый житель, независимо от географии проживания, мог быть полноправным участником жизни страны. С равным доступом к возможностям своей самореализации.


Но с 1994-го по сегодняшний день в Беларуси создаётся мини-Россия. Да, здесь в Минске можно то, что запрещено на остальной территории страны. Есть места сбора “неформалов”: пара галерей и клубов. Существуют как бы политические партии, офисы неподцензурных общественных инициатив. В Минске даже митинги иногда разрешают.


А ещё здесь можно делать деньги – под контролем идеологических (спец)служб.


Зачем Беларусь Европе?


Европа все последние двадцать лет помогает реализовывать параллельные государственным проекты: социальные, культурные, образовательные. Было, даже, возили белорусских чиновников и бизнесменов на ознакомительные экскурсии в Европу – показать как можно жить “без Москвы в голове”, в смысле – без тотальной централизации.


“Почему мы, европейские налогоплательщики, должны оплачивать программы для Беларуси?” – такой вопрос я слышал в некоторых странах старой и относительно старой Европы.


Очень просто. В обратном случае у вас под боком была бы территория “русского мира”. Это значит, заселённая теми, кто не смог убежать – в Европу, либо в Москву.


Население, которое, хотело бы оно или нет, работало бы исключительно на материальное обеспечение военных баз, чьё предназначение – расширять территории. Для новых ресурсов и новых мозгов, которые должны концентрироваться в определённом месте.


Как Беларуси перестать быть Россией? Нужна взаимность. Со стороны белорусов – учить языки. Со стороны Европы – убрать бюрократические преграды. Чтобы, живя в Малорите или Верхнедвинске, человек был интегрированным в общеевропейский контекст. Мог дистанционно зарабатывать, а в случае необходимости, слетать на необходимую встречу. И не зависеть от Минсквы, как в шутку назвал Минск мой приятель.


Читать больше.





Чаму нацыянальная ідэя зноў вартая ўвагі палітыкаў 22.10.2014 2

-- У цябе тут у кніжцы зусім няма палітыкаў,  --  крыху здзіўлена сказаў палітык Андрэй Дзмітрыеў, калі глядзеў змест будучай кнігі “Як стаць беларусам”.

Андрэй узяўся выдаваць кніжку. Палітыкаў у кнізе няма, няма там і маналога Андрэя. Але мы ўжо які дзень абмяркоўвалі не толькі кніжку, але ролік, які будзе да кнігі.

З аднаго боку я, як аўтар праекту, усцешаны, што ажно праз чатыры гады па заканчэнні праекта ў інтэрнэце, узнікае інтарэс звярнуцца да тэмы. Чаму?

У канцы 1980-х “стаць беларусам” азначала абраць выразную грамадскую пазіцыю: дэсаветызацыя, свабода, незалежнасць.

У пачатку 1990-х, калі прыйшла незалежнасць і адносная свабода, быць беларусам усё яшчэ значыла выразная антыкамуністычная пазіцыя. Краінай збольшага кіравалі былыя, але прыўладныя камуністы.

У канцы 1990-х ужо і былыя камуністы актыўна ператвараліся ў тых, хто анты-. Гэтым разам “быць беларусам” азначала дэманстраваць пазіцыю, якая не супадала з палітыкай новай партыі – партыі з аднаго чалавека.

Маркерамі панятку “стаць і быць беларусам” сталіся беларуская мова і нацыянальная сімволіка.

Нацыянальна-дэмакратычны рух – так ад самага пачатку звалася з’ява, яка аб’яднала людзей розных палітычных поглядаў пад сцягам “Пагоні”.  Не проста нацыянальны, а яшчэ дэмакратычны. То бок, аб’ектыўна ідэя пабудовы нацыянальнай ідэнтычнасці ў сваёй краіне была афарбаваная палітычным колерам.

Неўзабаве рух аформіўся ў некалькі палітычных партый. Паводле права першастваральніка, нацыянальную тэму ўзяў сабе БНФ. Разам з беларускай мовай і сімволікай. Добра ці кепска, так сталася аб’ектыўна.

“Беларускае нацыянальнае?” – гэта да БНФ, яны курыруюць пытанне.
Я не магу ўзгадаць гісторыі, каб хтосьці прыходзіў да сваёй беларускай ідэнтычнасці праз партыю, нават самую старэйшую з найноўшых -- паважаны БНФ.

Праз любоў да родных, ці да свайго края, праз пошук забытай гісторыі, праз замілаванне мовай бабуляў і дзядуляў, праз жаданне мець сваё. Але не праз палітычную праграму.

Калі грамадскі рух, а пасля і шырокі партыйны, быў раскіданы ва ўмовах “працьвітанія” краіны, наступіла безчассе. Партыі нібы існавалі, але хутчэй як клубы, ці профільныя грамадскія арганізацыі. Гэта дзесьці сярэдзіна нулявых.

Але нацыянальная ідэя спыніла належыць камусьці, нейкай структуры. Пасталела крыху расчараваная ў юнацкіх марах генерацыя 1980-х, і падрасла – 1990-х.

Яны гадаваліся на творах старэйшых, якія спазналі кайф свабоды 1990-х. Маладзейшая ня зведала таго кайфа, затое беларускае – для іх проста сваё. Асабістае.

Дзяржава зразумела (ці падгледзела ў новых крэатараў), што старыя савецкія ідэалагічныя пудзілы новую генерацыю не цікавяць. І пачала запускаць па ТВ гістарычныя фільмы, вяртаць цішком нацыянальную сімволіку. Хай не на герб краіны, дык, напрыклад, Віцебскай вобласці. Спыніла забараняць шматлікія імпрэзы розных кшталтаў з выразна пазначаным кірункам на нацыянальную самаідэнтыфікацыю.

Адным словам, дзяржава спахапілася.

-- За апошнія 20 год з’явілася цэлае пакаленне, якое вырасла ў незалежнай Беларусі. Але за гэты час яно ніколі не атрымлівала ад дзяржавы адказу, а што такое сапраўды незалежнасць, -- кажа Андрэй Дзмітрыеў.

Маналогі пра тое “як я стаў беларусам” сёння чытаюцца ня менш свежа, чым у 2009 ці 2010. Але кантэкст змяніўся.

-- Украіна аднавіла пытанні, якія паўставалі на пачатку 1990-х, але на якія і папярэдняя, і новая генерацыя адказвае нанова. Хто мы ёсць, якія нашы інтарэсы, каштоўнасці, чым мы адрозніваемся ад іншых, што для нас важна? – Працягвае Дзмітрыеў. -- Гэта сапраўды важна.

Сваё нацыянальнае ператварылася з палітычнай праграмы. У дадзенасць: гэта тое, чым жыве частка выбарнікаў.

-- Гэта тое, пра што мусіць дбаць чалавек, які хоча звацца палітыкам. – Тлумачыць Андрэй. --  Ёсць людзі, для якіх самае важнае -- гэта пенсіі, ёсць тыя, каго турбуюць праблемы прадпрымальніцтва, хтосьці заклапочаны магчымасцю набыць кватэру ў растэрміноўку. Ёсць выбарнікі, якія да ўсяго разам хочуць фармуляваць самі, і чуць ад іншых што такое Беларусь, хто такія беларусы, і куды мы рушым. Мы мусім працаваць з усімі.

-- Дарэчы, а ты сам як стаў беларусам? -- пытаюся паўжартам.

-- Было не проста патлумачыць бацькам, якія родам з Расеі. Але насуперак усяму, атрымалася адшукаць сваю тэра-інкогніта – Беларусь :).

Асабіста я хацеў бы, каб тэма калі-небудзь перастала быць актуальнай. Зрэшты, у кожнага народа, як і ў кожнага самурая, свой шлях.

Страницы: 1
Читать другие новости

Северин Квятковский