Блеск и нищета экономической политики

Чудо у белорусской экономической модели есть. Это – успешное проведение жесткой экономической политики. Часто даже с гордостью говорят о государственной экономической политике. Она умна и мудра. В чем на самом деле – надо разобраться.

Жесткая и сильная рука государства регулирует все, вплоть до мелочей. Спросите простого бухгалтера, и он вам обязательно расскажет. Какие чудес тонкостей в оценке, регулировании, начисления амортизации мы уже достигли. А налоги – отдельная песня.


Начнем с цифр, ибо без них рассуждения будут безосновательными. Будем рассматривать и обсуждать не полтора десятка объемных показателей, которые вообще нужны лишь министрам и чиновникам для подавления воли своих подчиненных и создания картины деятельности – при стратегической уязвимости значительных сегментов национальной экономики периода «нефтяного угара». Скорее даже, мы создаем предпосылки последующей углеводородной эфтаназии традиционных, не нефтяных секторов внутренней экономики. Но начнем с количественных параметров экономики нынешнего времени.


ВВП растет по 10% ежегодно. Что есть данность, которую не хочется оспаривать. По соображения оптимизма и экономического теоретического гуманизма. Правительство, естественно, по учебникам знает, что суть развития составляют инвестиции. Вообще, такое тяжелое слово, как капиталовложения, начисто забыто. Нет капитала, а если и есть, то лучше о нем помолчать. Вдруг доберутся и разберутся, чти это ОАО и ЗАО. У нас хватает ума так спрятать собственность и бенефициаров, что лучшие «мегрэ» собственного производства никак не найдут реальных собственников.


Но даже в нашем ридикюльном хозяйстве происходят многие необычные вещи. Они просто выпирают наружу и «портят» официальную картину. Хотя, чего боятся? Вот пример, пожалуйста. В процессе роста мы имеем разную динамику рынков капитала и рынков домашних хозяйств. Например, в 2005 году в долларовом эквиваленте рынок инвестиций составлял около 7 млрд. долларов, что составляло по 577 миллионов инвестиционных расходов предприятий в месяц. Это много, представьте, что каждый рабочий день инвестируется 20-25 миллионов долларов. За неделю можно новый завод открыть, причем хорошего технического уровня. Собственно, с другой стороны, мы сами за месяц можем столько инвестировать, что никакой западный банк просто так не даст. Побоится и остановится. Наши же внутренние инвестиции есть и будут главным средством развития. Даже если премьером Беларуси станет президент крупного российского банка, для которого сотни миллионов доступны и привычны.


Покупки домашних хозяйств только на товарном рынке составили за год 11.7 млрд. долларов. Каждый месяц операционные расходы на покупку продовольственных и непродовольственных товаров составляли 971 миллион долларов. Это очень высокие показатели. Если к ним добавить и приобретенные услуги (по 263 миллиона долларов в месяц) в общей сумме 3.16 млрд. долларов в год, то «общий рынок» покупателей страны составляет в месяц 1234 миллиона долларов.


Таким образом, инвестиционный и потребительский рынки имеют «стоимостную силу», соответственно, в 577 и 1234 миллиона долларов. Причем каждый месяц, что дает основания считать возможным воздействовать на инвестиционный и потребительский спрос разными методами. Так как соотношение этих двух рынков (потоков финансовых средств) составляет 1: 2.14, то более результативными будут инструменты активизации склонности домашних хозяйств к потреблению. Это – самый простой и надежный инструмент регулирования национальной экономики. По крайне мере, на нынешнем этапе ее эволюции. При исключительной благоприятной внешней среде, когда «нефтедоллары» дают беспрецедентные возможности увеличивать доходы корпораций и домашних хозяйств.


Теперь перейдем к существу дела. Давайте разберемся. Как писали авторы «Капитала», известные в Беларуси экономисты Карл Маркс и Фридрих Энгельс, конечной цель любого производства является потребление. Без него производство вообще бессмысленно. Примером чего являются, между прочим, товарные запасы на складах. Но Марк и Энгельс не знали будущего состояния белорусских складов и поэтому детально не объяснили, чем грозит такое товарное перепроизводство. Нынешние же полисимейкеры думают, что перепроизводство было во времена дикого капитализма. У них, а у нас такое невозможно. Оказывается, увы, не только возможно. Белорусская экономика в своей собственной модельной данности постоянно развивается с перепроизводством. Стиральных машин, например, у нас хватит на 8 месяцев. Даже больше, но это наш «стратегический запас». Вдруг во всем мире остановится производство стиральных машин? А мы тут наготове и во всей красе!


Именно по причине доминантной роли потребления обратим на него внимание. Не просто на то, что и как мы едим и как одеваемся. Обратимся к внутреннему потребительскому рынку, развитие которого не просто отражает успехи или неуспехи экономики. Наш потребительский рынок обладает уже мощной силой, способной увеличивать шансы развития. Или уменьшать, деформировать наши национальные цели.


Итак, покупки домашних хозяйств только на товарном рынке составили за прошлый год 11.7 млрд. долларов. Каждый месяц операционные расходы на покупку продовольственных и непродовольственных товаров составляли 971 миллион долларов. Это очень высокие показатели. Подчеркнем, что совсем недавно, мы могли совершать покупок всего на 500-500 млн. долларов в месяц.


Если к ним добавить и приобретенные услуги (по 263 миллиона долларов в месяц) в общей сумме 3.16 млрд. долларов в год, то «общий рынок» покупателей страны составляет в месяц 1234 миллиона долларов. Эта емкость реальная и она раскручивается на разных сегментах с разной скоростью. За последнее пятилетие мебели стали приобретать в 3 раза больше, консервов фруктово-ягодных – в 6.8 (это рекорд). Муки же покупаем всего 88% от уровня 2000 года. Вот тебе и диалектика потребления в отдельно взятой стране.



***



Что же происходит с емкостью потребительского рынка в 2006 году? Есть смысл сопоставить ряд показателей, выявить доминирующие тенденции. Главный показатель – объем товарного потребительского рынка составил за полгода года величину в 6.43 млрд. долларов. В месяц покупки товаров на потребительском рынке уже составляют 1.07 млрд. долларов. Это отличается от соответствующих показателей прошлого года всего на 10%. По существу же мы видим, что потребительская сила наших домашних хозяйств выросла на 10%, что соответствует показателям прироста белорусского ВВП. Это не парадокс, надо видеть причину расхождения показателей в «кроссе» обменного курса и инфляции в белорусских рублях.


Конечно, на разных сегментах рынка «потребительская сила» росла по-разному. На рынке недвижимости она уменьшалась. Рост цен на 1 м2 сделал реально 90% населения неспособными покупать нынешнее жилье. В противовес этой тенденции выросла потребительская сила на рынках непродовольственных товаров, особенно одежда и белье, бытовые электроприборы, цветные телевизоры, холодильники. Образно говоря, эти товары стали сравнительно дешевле в 2006 году для наших домашних хозяйств. Но это экономические расчеты, а потребительское поведение может быть иным.


Добавим к сказанному, что покупки услуг в месяц составляют в данном году сумму в 300 млн. долларов (то есть на 37 млн. больше). Кстати, неплохой и запоминающийся показатель – ежедневно мы расходуем на все услуги 10 млн. долларов. Эта же сумма реально совпадает и с расходами на все строительно-монтажные работы в нашей стране. Все, что строится (новые дома, производственные здания, общественные сооружения) обходятся ровно столько, сколько стоят нам все услуги. Точнее, денежные потоки совпадают по своей абсолютной величине. Но экономический смысл этих денег разный.


Конечно, мы в оценке наших потребительских пристрастий можем видеть проявления различных типов и алгоритмов поведения. То, что от «экономики продуктов» мы переходим в новое качество – это ожидаемый процесс. Население уже «наелось», хотя и не все. Трудно себе представить такое именно сейчас. Насыщение потребностей в продуктах питания будет тогда, когда наши расходы на них выйдут на уровень 20-25% от общих расходов. Затем, возможно, перейдем и к более низкому уровню в 14-17%. Последний показатель соответствует уровню жизни в высокоразвитых странах. В этом году для домашних хозяйств покупки продовольствия составляли 56%. Это в реальном выражении была сумма в 600 млн. долларов в месяц. Это не много, скорее маловато для «ветеранов переходного периода». Каждый белорус съедает продуктов питания на 60 долларов в месяц, или 2 доллара в день. По 4 тысячи с хвостиком на все питание, если не ходить в рестораны или столовые. Но именно в них ходит совсем небольшое количество людей.


С другой стороны, 600 миллионов долларов на продукты питания – это уже много. Жаль, что цены двигались с удивительной быстротой. Особенно на собственное производство, так как на мировых рынках бананы или апельсины устойчивы в ценовом отношении. Наши мясо и молоко дорожали и дорожают. Появились и просто деликатесы в ценовом аспекте – сыр, копчености, рыбопродукты. 10 долларов за килограмм колбасы – это недешево. Особенно, учитывая, что на мировом рынке можно покупать мясо и по 1 доллару за килограмм. Впрочем, защищая собственного национального производителя мяса, мы опустошаем карманы своего же национального потребителя.


Вопрос в том, что лучше? Обеспечить продление существования сомнительных экономически колхозов и совхозов или дать возможность 10 миллионам человек покупать менее дорогое продовольствие. Власть идет на сохранение колхозов, хотя она сама вышла из этого феномена аграрной истории 1/6 части суши. Но и возвращаться туда не хочет. Ни один политический аграрник на поля и веси не вернулся. Диалектика жизни на переломе цивилизаций.


Ну а теперь, перейдем к большим цифрам. Что и сколько «весит» на потребительском рынке страны. Где лакуны, а где гигантские водные пространства нашего потребительского рынка.


Какие ниши рынка являются чемпионами по покупкам белорусских домашних хозяйств. Какие виды производства и бизнеса могут устойчиво приносить большие суммарные доходы. Причем обратим внимание и на конкурентность этих сегментов рынка.


В годовом выражении, сегменты свыше 1 млрд. долларов покупок, расположились таким образом. Лидером является сектор недвижимости, который «переключает» потоки в сумме свыше 2 млрд. долларов. Затем следует рынок автомобилей, который на 95% состоит из вторичного рынка подержанных автомобилей, доставленных из стран ЕС и США. Он быстро растет и его объем находится на уровне 1 млрд. долларов продаж ежегодно. Это оценочный показатель, так как реальные цены на поддержание автомобили того или иного класса мы можем определить условно. Понятно, что эти сделки не являются контролируемыми и могут пройти лишь статистическую оценку.


Выявленные два лидера внутренних продаж на потребительском рынке в ближайшие годы стагнировать не будут, так как с ростом доходов домашних хозяйств эти сектора будут увеличивать свою активность. Более того, можно отметить быстрый рост цен на этих сегментах. Если пару лет назад средняя стоимость поддержанной ввозимой автомашины находилась на уровне 2000 долларов, то сейчас он превышает 4000.


Аналогично, если еще не более динамично росли цены на рынке жилья, которые практически в 3-4 раза превышают уровень средней месячной заработной платы. Стоимость 1 м2 в Минске уже превышает 1000 долларов, что в 3 раза ниже, чем в Москве, но является рекордным показателем для Беларуси за все годы существования страны.


В оценке высоких и объемных уровней продаж в последние 2 года обратим внимание на такую позицию, как продовольствие. Именно эта рыночная сфера «кормит» крупные государственные предприятия, дает шансы на развитие агропромышленного комплекса. С другой стороны, цены на многие отечественные продовольственные товары обгоняют мировые, что явно не будет способствовать эффективному включению нас в мировую экономику. В частности, и в ВТО.


Итак «миллиардные ниши» продовольствия в годовом исчислении – есть ли они вообще? Да, есть. При 7 миллиардном объеме покупаемых продуктов питания в стране близко к этим цифрам подходит рынок мяса и птицы. В совокупности с мясопродуктами, колбасами, копченостями он дает свыше 1.5 миллиарда долларов годовых продаж. При этом половина этого рынка мясо и птица, а вторая половина – изделия из них. При хорошем бизнесе в этом сегменте можно рассчитывать на прирост доходов.


Так в 2006 году увеличение покупок уже составляет 12% и цифра эта значительная. Если население способно увеличивать свой аппетит на такую цифру каждый год, то можно подумать, что скоро мы превратимся в нацию крупных и толстых. Но такого, как правило, не происходит. Большие доходы меняют направление расходов – в пользу дорогих и качественных товаров. Что с нами реально и происходит. Точнее, мы в начале этого пути, пути к всеобщему процветанию с одновременным похуданием.


На втором месте среди продуктов питания идет рынок алкоголя. Это вполне соответствует национальным и историческим традициям и укладывается в логику нашей жизни. В совокупности (водка, вина, коньяк, шампанское, пиво) этот сегмент национального рынка составляет в годовом объеме свыше 1.15 миллиарда долларов. Выпиваем мы в месяц, только купленного в магазинах алкоголя уже под 100 млн. долларов. Если будем так продолжать, то будем поддерживать и сохранять рекорд 2002 года – 10 литров алкоголя на 1 душу населения, включая женщин, младенцев и стариков. Хотя едва заметна и новая тенденция балансирования в потреблении алкоголя на уровне 9.2 – 9.4 литра в год.


Обратите внимание. В пересчете на абсолютный алкоголь достаточно продавать на 1 человека 800 граммов в месяц и, тем самым, обеспечивать миллиардный доход производителю. Точнее бюджету, так как товар акцизный и выгодный правительственному бюджету. А тем, кто не пьет? Это выгодно? Отчасти да, если придерживаться деперсонифицированного подхода. Женщин и детей такой аргумент вряд ли будет устраивать.



***



Итак, мы можем сформулировать некоторые выводы. Есть четыре лидера внутреннего рынка: квартиры, автомобили, мясо, алкоголь. Метры, лошадиные силы, колбаса и градусы. Это – лидеры внутреннего рынка и самые доходные ниши нашей экономики. Кто и как работает на этих нишах – вопрос отдельный. Теоретически он не интересен для профессионального экономиста. Но интересен для журналиста, бизнесмена. Потребителя, наконец. Надо же знать, кто и какую игру с нами играют.


Особое внимание обратим вот на что. Мы объективно пришли к выявлению четырех самых крупных сегментов внутреннего рынка. Они нигде и никогда (кроме жилья) не были приоритетами государственной экономической политики. Это «материя, данная нам (экономикой) в ощущениях». Ежедневный спрос и расходы на внутреннем рынке сказываются на самых существенных сторонах жизни белорусов. За этими нишами скрывается реальная экономическая и социальная политика. Или отсутствие ее в стратегическом понимании. Это – первая констатация. Она многого стоит.


Во-вторых, это наш выбор. Потребительский. Просто ежедневный выбор. Сущностной или не так? Конечно, отказывать в праве быть такими мы нашим гражданам не должны. Это все-таки ценностной выбор каждого домашнего хозяйства. Это и есть продолжение традиции нашего прошлого. Квартира и автомобиль – главные составляющие обеспеченной жизни. Что остается тем, кто этого не достиг, или не хочет добиваться успехов в покупке новой и качественной квартиры, престижной машины? Рынок алкоголя ждет его и дает каждому свой шанс? Это вопросы к самим себе, к нашему обществу. Про колбасу, вообще, и говорить не надо. Развитой социализм развалился именно и только по причине отсутствия варенной и копченой колбасы. Иных причин и не могло быть. Проиграли коммунисты сегмент колбасы. Но теперь мы, в нашей стране, все изменили к лучшему. Идем в будущее с новой колбасой. Единственно, что печалит – колбаса вся в одноразье стала невкусной. И дорогой при этом. Что-то не так идет в нашей колбасной промышленности.


Теперь обратимся к качественной стороне дела. Наша экономическая политика охватывает все. Или почти все. Мы боремся за 16 основных показателей. Можно ввести еще 16, но суть дела не поменяется. Анализ показывает, что из 4 секторов миллиардных рынков, золотых миллиардов, наше правительство держит пульс только на одном – рынке алкоголя. Он контролируем, предсказуем, и он не манипулируется монополистами и олигополистами. По ценам, тарифам и экономическим условиям.


Что получается? Жилье, автомобили, дорогое мясо (как самый затратный продукт питания) находится вне пределов досягаемости правительственных институтов и чиновников. И это – хороший результат. Из самых важных четырех позиций нашего внутреннего рынка мы не способны контролировать, осуществлять активный мониторинг и стратегическое воздействие на трех сегментах. Причем, «золотых» сегментах.


На рынке жилья господствует монополия или олигополия. Своеобразным результатом нашего жесткого регулирования стала невозможность для 90% населения страны построить или купить обычную квартиру. Такие цены на недвижимость не являются рыночными. Кто не верит, пусть посчитает индексы цен на стройматериалы (лучше всего на внешних рынках, где цены объективны). Россияне и многие страны-партнеры столкнулись практически с беспределом на жилищном рынке. Миллиардные объемы сделок и самые крупные потоки денег на внутреннем рынке концентрируются в строительстве и недвижимости. Цены взлетели до космического уровня. Точнее, эти цены назначены таким образом.


Вне зоны контроля оказался и рынок мяса и мясопродуктов. Колбаса ценой в 10 долларов за 1 кг «не есть хорошо». Основные производители – предприятия государственные. Они с помощью местных властей поделили страну на «делянки» и режут на корню необходимую конкуренцию. «Мясной феодализм» часто подкрепляется пивным и водочным. Следует называть, может быть, название продуктов по фамилиям местных чиновников. А то продаем такие сорта колбас, как «Бруклингская», «Ностальгия». Цены соответствуют фантазии авторов, также фантастичны.


Автомобильный рынок также интересен по своей сути. Мы не стали строить или проектировать собственные заводы. Сейчас нас будут обкладывать со всех сторон филиалами международных крупных монополий. Будем отдавать свои кровные деньги полякам, россиянам, украинцам. Или покупать их подержанные, и радоваться жизни. Благо алкоголя на всех по 9-10 литров хватает.


Пора думать о том, что мы сделали за последние годы. Насколько оказались в состоянии эффективно решать собственные внутренние экономические проблемы. Валовым подходом качественные проблемы в экономике не решить. Думаем об инвестициях, но не предполагаем, что только внутренний рынок продовольствия равен инвестиционному. Неожиданно оказались перед новыми проблемами. Надо их тщательно обдумать и решать. Возможно, нетрадиционно.



Леонид ЗАИКО, http://nmnby.org

13:23 04/09/2006




Loading...


загружаются комментарии