Министр связи не смог адекватно оценить высказывания Лукашенко

Министр связи и информатизации Беларуси не смог дать адекватную оценку высказываниям А.Лукашенко в части возможной цены продажи 3-го оператора мобильной связи ЗАО «БеСТ» и доли государства в ООО «МЦС» (Velcom). Николай Пантелей, отвечая на вопросы журналистов на прошедшей в среду, 18 апреля, пресс-конференции, также выразил сожаление, что в Беларуси нет реального фондового рынка.

Напомним, что о продаже ЗАО «БеСТ», учредителями которого выступают 2 государственных предприятия НИИСА и РУП «Белтелеком», а также доли государство в ООО «МЦС» (Velcom) впервые на прошлой неделе заговорил А.Лукашенко. Отвечая на вопросы журналистов на «специальной» пресс-конференции, Лукашенко сообщил, что ему поступили предложения от инвесторов продать ЗАО «БеСТ» за 500 млн. USD и долю государства в ООО «МЦС» за 300-400 млн.USD. Если первая сумма не вызывала у Лукашенко вопросов – он сам признал что речь идет о продаже будущего бизнеса, продавать долю в ООО «МЦС» за названные деньги Лукашенко не очень то хотел.

«Мы еще поторгуемся, и, может быть, все 500 млн.USD получим», - сказал он тогда.

Но министр связи вчера смог однозначно подтвердить лишь часть высказываний А.Лукашенко пишет АФН. Пантелей признал, что покупатели есть. Но даже эту часть высказываний он подтвердил не полностью, поскольку неясно, есть покупатели на оба предприятия или на какое-то одно из названных.

«Претенденты (покупатели) есть, но, учитывая специфику данного вопроса, на сегодняшний день он составляет коммерческую тайну», - сказал министр.

«Обычно покупатель должен появляться после того, как товар выставлен на продажу», - логично заметил Н.Пантелей.

Стоит согласиться с министром, потому как в Беларуси все получается наоборот – приходит, например, некий сирийский инвестор, зарегистрированный на Кипре со швейцарским паспортом в администрацию президента и говорит: «Хочу долю государства в Велкоме купить». Ему, наверное, помощник Ткачев отвечает вопросом на вопрос: «А где вы слашали, что доля продается?». Инвестор говорит: «Сорока на хвосте принесла – шуткаю. Я сам так решил. Что она вам не нужна. Плачу…э… 300, ну максимум 400 млн. USD». Но министру связи о таких беседах никто не докладывает.

«Сказать о том, кто и что хочет приобрести, мне трудно», - только что и остается говорить Н.Пантелею. - «Вопрос будет решен в рамках действующего законодательства».

А в рамках еще чего могут решаться подобные вопросы? В рамках законодательства острова Мен? Хотя, наверное, было бы забавно услышать, как министр объяснял бы схему продажи принадлежащей государству доли предприятия через оффшорные компании. Но коль в рамках законодательства, возникает вопрос, почему условия продажи госсобственности, принадлежащей всему белорусскому народу, Пантелей прикрывает ярлыком «коммерческая тайна». Ведь речь идет не о продаже доли в ООО «Пантелей & Brothers»? Но было бы несправедливо только одному Пантелею выставлять подобные претензии – последнее время очень часто белорусские высокопоставленные чиновники пользуются фразой «коммерческая тайна» в отношении сделок с госсобственностью, и возможной ценой на эту госсобственность, как будто бы речь идет о продаже огурцов из собственной теплицы. Принципиально, подобные продажи должны осуществляться на открытых аукционах с заранее известной всем участникам торгов и гражданам страны стартовой ценой. Но в Беларуси даже подобие аукционов никто проводить не собирается.

«Учитывая стоимость возможных сделок, решение будет за президентом страны», - цитирует Н.Пантелея Onliner.by.

«Компания должна оцениваться рыночными методами», - заверил он.

«Поэтому судить об адекватности названной суммы я не могу», - признал министр.

«Любому переговорному процессу будет предшествовать рыночная оценка компании, будь то БеСТ или Velcom», - убежден руководитель Минсвязи.

Вот тут бы ему перевести тему в более удобное русло, но Н.Пантелей решил по-видимому расставить все точки над «i».

«К сожалению, наши компании не участвуют в биржевых торгах, где можно было бы проводить мониторинг реальной рыночной стоимости», - заявил министр связи.

С этим вопросом или вопросами Н.Пантелею следовало бы обратиться к своему коллеге – министру финансов Н.Корбуту. Тот бы вызвал специалистов из Департамента по ценным бумагам, а уж те бы в свою очередь доходчиво и профессионально разъяснили связисту, что не только предприятия Минсвязи не участвуют в биржевых торгах, но и все предприятия Беларуси. А выходит так лишь по той причине, что в Беларуси нет биржевых торгов, потому как фактически нет фондового рынка. Кроме того, Н.Пантелей узнал бы, что даже при условии проведения биржевых торгов в Беларуси это не помогло бы определить рыночную стоимость доли государства в ООО «МЦС», поскольку ООО это не ОАО, и акций не имеет. В отношении ООО речь может идти о всякого рода производных ценных бумагах, хождение которых в Беларуси запрещено или не получило развития в силу разных, но целиком и полностью зависящих от экономической политики властей причин. Выходит что если такой вопрос (продажи доли в ООО «МЦС) встанет, то министрам в любом случае придется познакомиться поближе. А все благодаря кому? Ему - А.Лукашенко.

Но есть еще один момент. Озвученные цены (500 и 300-400 млн. USD) в сегодняшних условиях могут стать серьезным подспорьем для обеспечения экономической безопасности страны, экономика которой до сих пор не адаптировалась к новым ценам на газ и новым условиям поставки нефти. Так что, скорее всего, никаких предложений А.Лукашенко пока не получал, а на своей пресс-конференции он всего лишь назвал объекты продажи и примерные цены, и теперь пребывает в ожидании предложений от инвесторов.

Вот потому, отвечая на дополнительный вопрос о том, принято ли стратегическое решение о продаже, министр связи сказал: «Кроме того, что сказал президент, я ничего сказать не могу». В принципе, изначально весь ответ Н.Пантелея мог бы уместиться в эту одну фразу.
12:53 19/04/2007




Loading...


загружаются комментарии