Хорошо роет старый крот

Пахота - дело тяжелое и благородное, если по делу.

Хорошо роет старый крот

Пахота экономической нивы во все времена и для представителей всех народов была, есть и будет занятием инфарктным. Независимо от общественно-политического строя, а также силы или слабости государства. Принципиальная разница, однако, в том, отчего зарабатывают инфаркты пахари этой нивы.

Время, когда сажали за вредительство, за колоски или за катушку вынесенных из швейной фабрики ниток, я не помню: был тогда слишком мал. Но как «песочили» хозяйственников на бюро и пленумах райкомов и обкомов, помню прекрасно: журналисты при этом нередко присутствовали, чтобы должным образом «осветить» экзекуцию. Стимулом для побуждения хозяйственников к старательности и изобретательности был партбилет. Если его отбирали, руководитель любого ранга мгновенно становился никем с именем никто.
Сейчас в нашем обществе относятся к такого рода принуждению к трудовой активности по-разному. Лично я ничего хорошего в нем не вижу. Но совершенно очевидно, что жизнь под угрозой потери если не свободы, так партбилета, была цементирующим раствором выстроенного экономического здания. Мало того — мотором, благодаря которому худо-бедно вертелся весь хозяйственный механизм. Страна пусть не в изобилии, но снабжалась продовольствием, пусть не шикарно, но одевалась и обувалась, строила какое ни есть, а жилье, производила машины, летала в космос, вооружалась…
Не скажу, что в белорусской экономике после развала СССР совсем уж ничего не изменилось. Ее главное приобретение — повышение роли денег. В советской экономике они не были столь важны, как сейчас. Хозяйственники тогда добывали не деньги, а фондЫ (почему-то это слово произносилось с ударением на последнем слоге) — на металл и стройматериалы, на лес и технику, на комбикормы и удобрения... Словом, почти на все. Испытанным средством фондодобычи были штофы «Беловежской» производства Климовичского ликеро-водочного завода и колбаса «Московская». В союзных и республиканских госпланах, госснабах и министерствах их провернулось побольше, чем в любом гастрономе. Потому что вожделенные фондЫ распределяла власть.
Она поныне осталась главным элементом действующего в нашей стране хозяйственного механизма. Партбилета в качестве кнута в ее руках еще нет, поскольку общественному объединению «Белая Русь» до КПСС далековато. Но стимулирующая дубина в наличии имеется и активно применяется. Колонии и СИЗО заполнены директорами госпредприятий и предпринимателями. Рядовых тружеников удерживает в едином строю контрактная система. Деньги, которые заменили фондыЫ, — тоже у власти. По аналогии с этим, в государственном бюджете сосредоточено сейчас около половины валового внутреннего продукта Беларуси. А у предприятий средств не густо. По состоянию на 1 октября минувшего года 45,2 процента организаций реального сектора экономики были неплатежеспособными, 41 процент не имели собственных оборотных средств, а еще 15,2 процента были обеспечены ими ниже норматива.
Когда на совещании самого высокого уровня министр архитектуры и строительства слышит инфарктный приговор, что работа в его отрасли «полностью развалена», а целое строительное сословие проектантов именуется не иначе как «бездельниками», то наивно списывать столь своеобразный стиль общения и руководства только на личные качества лидера державы. Публичная «накрутка хвостов» и «пропесочка» перед телекамерами — неотъемлемая часть действующего в стране хозяйственного механизма, все тот же его цементирующий раствор и мотор. В действующей системе взявший на себя всю полноту власти и ответственности А.Лукашенко не может не устраивать публичных разносов. И не одарять наручниками тоже не может. Если вдруг он завтра проснется и, внемля голосам свыше либо со стороны, сии действа вдруг прекратит, гайки худо-бедно работающего экономического механизма быстро открутятся от болтов и никогда не подойдут к ним более.
Так уж сконструирована эта машина. Она, по сути, большой раздаточный механизм. И не только наказаний и взысканий, но и материальных благ. Оставшиеся без средств существования предприятия и отрасли, тем не менее, не унывают и не умирают. Их руководители идут в государственные органы просить. Уже не фондОв, а преференций, субсидий, кредитов — словом, денег. На том же разносном совещании по строительству правительство попыталось выступить лоббистом «разваленной отрасли» и предложило кредитовать стройорганизации под гарантии республиканского и местных бюджетов. А Министерство сельского хозяйства и продовольствия, обладающее не менее могучим лобби, намерено обратиться в Совмин с просьбой о компенсации затрат на производство сельхозпродукции, о чем заявил на прошлой неделе министр Леонид Русак. Все это тоже входит в правила игры. Более того, именно для таких раздач, чтобы никто не пропал, как бы ни работал, государство и сконцентрировало половину ВВП в своем бюджете.
«Не спеши ты нас хоронить…»
Эксперты и аналитики давно и дружно хоронят белорусскую раздаточную экономику, а она, тем не менее, живет и работает. Производит с каждым годом все больше: в минувшем году рост ВВП составил 8,2 процента. Но качество роста все хуже. Снижается рентабельность реализованной продукции, работ и услуг, а также продаж. Растут складские запасы готовой продукции. Размер дефицита внешней торговли товарами достиг новой рекордной величины в размере 4,3 миллиарда долларов, что почти вдвое превышает дефицит 2006 года. Рост реальных зарплат замедлился с 11,5 до 8,8 процента.
Впрочем, на чарку и шкварку хватает. Как и на приобретение автомобилей, мебели, домашних кинотеатров и прочего добра в кредит, который придется отдавать. Все глубже залезает в долги и страна. Так, по данным платежного баланса, за три квартала 2007 года валовый внешний долг Беларуси увеличился на 43,6 процента до рекордных 9,7 миллиарда долларов на 1 октября. А с учетом российского кредита в 1,5 миллиарда «зеленых», полученного в декабре, общая величина внешнего долга страны превысила 11 миллиардов долларов. Только на процентные и комиссионные платежи придется ежегодно «отстегивать» 700-800 миллионов долларов.
Тем не менее, эта экономическая система способна скрипеть еще довольно долго. Поставлять сырье высокоразвитым странам. Отбирать средства у тех, кто эффективно работает, и поддерживать экономических инвалидов. Жить в долг. Потом брать в долг, чтобы покрыть прежние долги. Затем рассчитаться с кредиторами имуществом… Полагаю, что какое-то время на чарку и шкварку хватит. Как поется в популярной песне, «не спеши ты нас хоронить…»
Единственно, на что не способна действующая система, так это на то, чтобы открыть новые возможности для отечественной экономики и социальной сферы, а значит для страны и каждого живущего в ней человека.
Когда официозная пропаганда 14 й год твердит нам, что белорусы счастливо избежали тяжкой доли соседей, которым пришлось пережить «шоковую терапию» и связанные с ней страсти, то она, несомненно, или сознательно лукавит, или не ведает, что вещает. Реформы, о которых соседи уже и думать забыли, у нас еще впереди. По сути, испытания уже начались. Без долгих церемоний государство начало сбрасывать со своих плеч прежнюю социальную ношу, непосильную для нереформированной отечественной экономики. Происходит решительное обрезание гарантий и льгот населению.
«Я вообще не понимаю, почему в городе-герое Минске пенсионер должен ехать бесплатно, — заявил А.Лукашенко на встрече со студентами Белгосуниверситета. — Куда? Магазин рядом, аптека рядом… Видите ли, обидели минских пенсионеров. Чем обидели? Если ты хочешь каждый день на другой край Минска с Востока на Запад ехать для того, чтобы внучке, внуку отвезти шоколадку, побыть у своих детей, купи билет и едь… Не надо терзать руководство за то, что бесплатный проезд отменили в городе Минске». Не очень терзается руководство и тем, что покупая в России природный газ по 119,5 доллара за 1 тысячу кубометров, перепродает его гражданам своей страны аж по 215,2 доллара, задрав цены на «голубое топливо» сразу более чем в 1,9 раза.
Но, не останавливаясь даже перед тем, чтобы поссориться со своим традиционным электоратом, правящий режим все же не отваживается сделать самое главное — поменять принципы деятельности хозяйственного механизма. А без этого наш народ обречен на потери в уровне и качестве жизни без всякой надежды на компенсацию в будущем.
Выдержим — будем независимыми!
Что необходимо сделать, чтобы эта компенсация состоялась, чтобы белорусы и Беларусь стали жить, во всяком случае, не хуже далеко ушедших вперед соседей — для экономистов и государственных органов, и оппозиционных структур давно уж не тайна. Тем более, что многие наши соседи с успехом осуществили экономическую реформу на практике, обеспечив к сегодняшнему дню своему населению среднюю зарплату в пределах 800-1000 и более долларов вместо 352 в Беларуси. Как говорится, иди и смотри. Если излагать суть реформы совсем коротко, то в созданной ей эффективно работающей экономике деньги можно получить, только обслужив другого. Бегать за ними в государственные органы тому, кто сам обязан пополнять бюджет, там совершенно бесполезно. Обращаться можно лишь к отечественному и зарубежному потребителю — с выгодными для него предложениями. Деньги находятся только у покупателя и заказчика — и нигде больше.
Такой хозяйственный механизм быстро ставит все на свои места. Формирует наиболее рациональную структуру экономики. Находит эффективного собственника. Внедряет в производство ноу-хау. Создает в обществе культ знаний и высокой квалификации… Тем самым возникают и реализуются новые возможности для страны, предприятия, каждого человека. Даже для пенсионера, которому появляется возможность платить гораздо больше, обеспечивать необходимые социальные гарантии и льготы.
Хозяйственники там не реже наших попадают в инфарктные ситуации. Но главным образом от снижения конкурентоспособности их дела, а не от того, что им устроил разнос президент или губернатор. Главе государства, чиновничьей вертикали как ведущей экономической функции в такой системе места нет.
Оттого-то пока нет места в белорусской действительности и назревшей экономической реформе. Правда, с подачи председателя правления Национального банка Петра Прокоповича сейчас принят пакет документов, долженствующих привлечь иностранные инвестиции в белорусскую экономику. Но при всей их прогрессивности это все же полумеры. Осторожный зарубежный капитал вряд ли пойдет в массовом масштабе в страну, где государство до беспомощности слабо.
Я не оговорился: белорусское государство действительно сильным не назовешь. В его структуре сильна лишь одна фигура. Что же касается парламента, правительства, суда, прокуратуры, милиции, то они послушно исполняют то, что эта фигура им прикажет. Посему бизнесу нельзя полагаться в нашей стране ни на закон, ни на правоохранительные органы. Все может перемениться круто, вопреки общепризнанным нормам и здравому смыслу. В результате чего, перефразируя одну старую революционную песню, кто был всем, тот станет никем. Примеров тому — легион. Сейчас прелести занятия бизнесом в родном Отечестве в полной мере испытывают на себе индивидуальные предприниматели, большинству из которых жить в экономике осталось не далее нового года.
Вот и выходит, что ключ к новым возможностям в экономике и социальной сфере лежит в осуществлении назревших политических преобразований. В том, чтобы парламент избирался, а не назначался, чтобы главенствовали законы, а не указы, чтобы суд был независимым, а прокуратура и милиция подчинялись закону, а не телефонному праву. Чтобы во главе государства был не всесильный Батька, а менеджер по управлению делами страны, избираемый обществом строго на определенный срок и этому обществу полностью подотчетный. Иначе никакой экономической реформы у нас не получится, равно как не будет и никаких новых возможностей у страны.
Эффективная экономика выдвигает очень жесткие требования к другим институтам общества. Она не запускается отдельно, сама по себе, при том, что страна и общество продолжают жить по канонам замшелого деревенского патернализма. Если есть рынок, то есть и независимый суд для разрешения конфликтов субъектов хозяйствования. Иначе вместо суда станет работать административная система с чиновничьими разносами и произволом — и никакого рынка не будет. Приватизация предъявляет повышенные требования к социальной ответственности бизнеса, чтобы не лишить работы миллионы людей, не оставить их без жизненно важных объектов. А открытая экономика превращается из блага в беду для страны без повышенного чувства патриотизма. Без него можно все национальное достояние спустить за тридцать сребреников.
Я 17 лет слежу за развитием экономики у наших балтских соседей. Для того, чтобы бурно двинуть вперед, они пережили жесточайшую экономическую реформу. Но стоически выдержали ее. Потому что сказали себе: «Выдержим — будем независимыми, не выдержим — потеряем свой суверенитет». Под этим же лозунгом проходили реформы во всех восточноевропейских странах и даже в Новой Зеландии, которая, имея сейчас всего-то трехмиллионное население, кормит маслом и мясом, а также снабжает шерстью добрую половину нашего «шарика».
Социологи свидетельствуют: до осознания независимого государства как величайшей ценности дозревает и белорусское общество. Поэтому и идея общенационального диктанта по белорусскому языку, выдвинутая отечественной интеллигенцией, и празднование знаменательных дат нашей истории, и все, что относится к национальному возрождению, приобретает сейчас, помимо гуманитарного значения, еще и ярко выраженный экономический смысл. Старый крот истории неутомимо роет в сторону прогресса. И хоть Беларусь ныне похожа на нерешительного пловца, который осторожно пробует холодную воду ногой, прежде чем прыгнуть в нее, но прыгать-то все равно придется. Политические преобразования в стране неизбежны. Как и экономическая реформа.
Выдержим ее — будем независимыми! И откроем новые возможности для Беларуси и для себя!

 

 

 

23:28 06/03/2008




Loading...


загружаются комментарии