Банановый спрут. Разоблачение «Советской Белоруссии»

В Беларуси разворачивается крупное уголовное дело против фирмы "Фрутреал", которая долгие годы была основным поставщиком фруктов в страну, в частности: бананов. Основные фигуранты этого дела успели скрыться в Израиле и пока отмалчиваются. Зато официальная пресса подробно все описывает. Вот история в изложении президентской газеты «Советская Белоруссия».

Банановый спрут. Разоблачение «Советской Белоруссии»

В начале 90–х годов четверо «простых» жителей Полоцка, возможно, и не подозревали, что вскоре станут богачами. Н. мирно работал таксистом, С. и Д. торговали в скромных ларьках «Марсами» и «Сникерсами», а тот, кому предстояло возглавить этот квартет, З., и вовсе ходил в затрапезных бюджетниках — преподавал в сельской школе физкультуру.

Водитель такси и учитель нашли друг друга в популярном тогда бизнесе: оба спекулировали водкой на железнодорожном вокзале. Бизнес незатейливый, но прибыль была: один бросил крутить баранку, а второй ушел от бега и прыжков — замаячила серьезная коммерция. Компаньоны стали возить небольшие партии фруктов из Прибалтики, однако дело оказалось не слишком щедрым — до тех пор, пока неожиданную поддержку полочанам не выказали литовские «банановые короли» и местные урки. Была достигнута договоренность о льготных условиях оплаты фруктов и «окне» на границе. Началась масштабная торговля вкусной экзотикой. Зачинателям бизнеса понадобились помощники, которыми и стали двое хозяев мелкорозничных ларьков...

Со временем эта четверка создаст крупную преступную организацию, захватившую львиную долю фруктового рынка страны.

Мозаика сложена

О том, что полоцкая фирма «Фрутреал» на самом деле не скромная плодоовощная контора, а мощный криминальный холдинг с филиалами по всей стране, стало известно случайно. Руководству МВД показался подозрительным ряд событий, произошедших в разных районах Беларуси...

Сначала поступила информация из Витебска о том, что несколько грузовиков с грузом фруктов, следуя из России, попытались избежать таможенного оформления. Фуры направлялись в Полоцк.

Потом в Брестской области задержали сразу несколько машин, которые, судя по накладным, были оформлены как один–единственный грузовик. Везли фрукты. Двигались из Полоцка.

Затем в самом Полоцке налоговая инспекция обратила внимание на странного индивидуального предпринимателя. Числясь почтовым работником, он заодно занимался коммерцией, но при этом умудрялся не покидать основного рабочего места. Исправно платил единый налог в 40 евро, однако за короткий срок наторговал на... несколько миллиардов рублей! Каков! Когда незаметного почтальона спросили, где и как он сбывал заморские фрукты, тот назвал небольшой рынок, куда якобы прибывали многотонные грузовики с продукцией. Беглого осмотра загроможденных подъездов к рынку хватило, чтобы понять: ни одна фура не смогла бы даже приблизиться к месту торговли...

Наконец, пришло сообщение из Гомеля: одно из тамошних торговых предприятий продавало тропические фрукты, скрывая часть выручки. Однако местные дельцы не рассовывали «черный нал» по карманам, а аккуратно куда–то отправляли... Курьера с деньгами перехватили, когда он приближался, конечно же, к Полоцку.

Когда борцы с экономической преступностью сложили эту криминальную мозаику, вышла такая картина, что сыщики ахнули.

Теневые ворота

— Выяснилось, что с середины 90–х годов в стране существовал нелегальный фруктовый бизнес, — рассказал мне первый заместитель начальника главного управления по борьбе с экономической преступностью МВД Борис Соколов. — Этот бизнес, не облагаемый налогами и необремененный таможенными платежами, позволил хозяевам полоцкой фирмы «Фрутреал» подмять значительную часть рынка и извлекать сверхприбыли, нанося государству существенный экономический ущерб.

Надо сказать, что регулярные поставки фруктов в адрес «Фрутреала» по железной дороге были вполне прозрачны и обеспечивали легальный среднегодовой оборот примерно в 300 миллиардов рублей. Правда, четверка руководителей систематически расписывалась в своем коммерческом бессилии: дескать, бизнес идет плохо, сплошные потери — в налоговую представлялись убийственные итоги хозяйственной деятельности — то прибыль минимальна, а то и вовсе убыток. Мол, что с нас взять, убогих и бесталанных...

Тем временем истинные таланты полочан находились в тени: именно теневая деятельность фирмы приносила сверхдоходы. Ежедневно из питерских портов «Угольная гавань» и «Гопсальские ворота» отправлялись в Полоцк 10 — 15 большегрузных автопоездов, каждый из которых вез по 20 тонн экзотических фруктов. Они двигались безлюдными проселочными дорогами: как сказано в материалах дела, «в обход приграничных постов фискальных органов Российской Федерации и Беларуси». Избежав немалых таможенных выплат, груз прибывал в Полоцк и распределялся между 22 филиалами «Фрутреала» по всей стране, где реализовывался опять–таки втемную — без отражения реальной выручки в отчетных документах. Впрочем, иногда даже легальная часть поставок уходила в тень — бывало, что бесследно исчезало до 40 процентов груза, а по бумагам выходило, что фрукты шибко портились в дороге.

Фикция на потоке

Махинации начинались уже на берегу Финского залива: на прибывшие морем бананы и апельсины оформлялись товарно–сопроводительные документы с реквизитами лжепредпринимательских российских фирм. В Беларуси бумажные подтасовки продолжались: уничтожались товарно–транспортные накладные, оформлялись фиктивные документы на машины и грузы, изготавливались договоры о мнимых сделках с плодоовощной продукцией. Существенное место в схеме теневой торговли занимали лжепредприниматели — люди, которые будто бы продавали фрукты и овощи на полоцких рынках, а на деле ведать не ведали о своей успешной коммерческой деятельности. Независимые торговые предприятия в различных городах страны, не сумев преодолеть жесткий ценовой диктат «Фрутреала», становились сначала партнерами махинаторов, а впоследствии превращались в фактические филиалы полоцкой компании. По оценкам оперативников, в схемы преступной деятельности вольно или невольно оказались вовлечены не менее 100 руководителей коммерческих структур и индивидуальных предпринимателей.

Налицо были и все признаки преступной организации: строгая иерархия, разделение обязанностей и зон ответственности. Один работник «Фрутреала» контролировал потоки теневого товара по регионам, другой отвечал за инкассацию выручки с филиалов, третий — за конвертацию белорусских рублей в доллары и евро, еще один имел функции контролера — проверял всех бухгалтеров компании, следил за движением товарных и денежных потоков, включая теневой оборот. Разделили полномочия и руководители «Фрутреала», имена которых в интересах следствия пока не разглашаются. Лидер четверки лично обсуждал стратегические вопросы с крупнейшими зарубежными поставщиками фруктов, брал на себя все решения, связанные с движением капитала. Его ближайший помощник создавал и поддерживал коррупционные связи, курировал незаконные финансовые операции, заведовал теневой кассой. Вопросы с белорусскими фирмами, торгующими фруктами, решал другой соучастник преступлений. Еще один фигурант уголовного дела считался «техническим директором» — отвечал за строительство и недвижимость.

Торг неуместен

Кстати, о недвижимости. Несмотря на тайну следствия, в Полоцке отлично поймут, что за люди стали предметом внимания МВД. Ведь именно «на бананах» в Новополоцке построен фешенебельный развлекательный центр «Сфера» с самым дорогостоящим в стране боулингом. Сеть супермаркетов «Дионис», многие из которых дадут фору лучшим столичным магазинам, — тоже, можно сказать, плод тропиков. Руководители «Фрутреала» вкладывали деньги не только в стильные джипы или виллы на испанских берегах, но и в строительство магазинов, ресторанов, баз отдыха. Со стороны эта деятельность характеризовала их как солидных рачительных бизнесменов...

— А на деле они, — категорично заявляет Борис Соколов, — обычные экономические жулики. Речь ведь не о разовых случайных нарушениях в финансовой деятельности, речь о людях, которые сознательно и скрупулезно выстроили криминальную схему личного обогащения.

В деле имеется любопытный документ, показывающий, как четверо руководителей «Фрутреала» делили деньги. Согласно этой письменной договоренности для личных нужд боссов следовало систематически изымать из оборотных средств предприятия по 80 тысяч долларов — каждому из двоих зачинателей бизнеса, и по 20 тысяч — их ближайшим помощникам. Но это было так, на карманные расходы... По беглым подсчетам работников ГУБЭП ущерб, нанесенный государству «Фрутреалом», равен примерно 25 миллионам долларов.

Когда прозвучала эта цифра, сразу же взыграла коммерческая жилка лидеров преступного бизнеса: сбежав за границу, они повели оттуда оживленный торг. Мол, по самому факту нанесения ущерба возражений нет, а вот по его размеру — сомневаемся... Сначала дельцы предложили возместить 10 миллионов долларов, потом сочли, что и этого многовато, заговорили о 5 миллионах... Разумеется, торг был абсолютно неуместен.

Повод для ропота?

Как и следовало ожидать, сразу после того как милиция заинтересовалась деятельностью «Фрутреала», поползли тревожные слухи, источник которых не вызывает сомнений. Наверняка этот «смутный ропот в толпе» организовали приближенные «цитрусовых князей», на все лады декламирующие панические куплеты о скором исчезновении в стране бананов и мандаринов. Шутка ли, сворачивается деятельность крупнейшего поставщика витаминов, обеспечивавшего тропическими фруктами до 80 процентов рынка!

Но тут следует учитывать, что это был за поставщик. «Фрутреал», по сути, монополизировал торговлю фруктами, поглотив или разорив множество предприятий, пытавшихся работать честно. Благодаря уклонению от таможенных и налоговых платежей фирма могла формировать столь низкие цены на свой товар, что конкурировать с нею не мог никто.

— Даже если мы закладывали в цену всего 1 процент рентабельности, — говорил мне директор одной из плодоовощных компаний, — мы все равно не могли поспорить с ценой «Фрутреала». Приходилось работать в убыток или сворачивать бизнес...

Демпинг — главный инструмент, которым полочане выживали из регионов другие фирмы, исправно платившие налоги и таможенные сборы. Кроме того, что нарушение антимонопольного законодательства — уже само по себе уголовное преступление, исключительное положение «Фрутреала», по сути, вынуждало мелких торговцев поневоле включаться в криминальные схемы...

Однако вернемся к слухам. Следствие по делу «Фрутреала» началось в ноябре 2007 года. Если верить безвестным кликушам, прилавки розничной сети уже должны были бы опустеть, но апельсины и персики по–прежнему не переводятся. Произошло следующее: сумели вздохнуть компании, ранее не способные конкурировать с «Фрутреалом». Например, его нишу в торговой сети Минска заняли компании «Фрутимпорт» и «Скайфрут», а в торговой сети провинциальных городов — могилевское предприятие «Савит». Когда за дело взялись несколько фирм, поток тропических фруктов в Беларусь не снизился, а, наоборот, возрос. По данным Министерства торговли, только за три первых месяца года импорт бананов составил 6,6 тысячи тонн, то есть 125 процентов по сравнению с тем же периодом 2007–го, когда на фруктовом рынке царил «Фрутреал». Продажи цитрусовых составили 131 процент к прошлому году, винограда — 101 процент. В целом Минторг не прогнозирует падения объемов продаж тропических фруктов в этом году.

Да, фрукты несколько подорожали, но отнюдь не от того, что четверка махинаторов съехала за границу. Специалисты считают, что главные факторы, обусловливающие рост цен на фрукты, следующие:

— рост курса евро по отношению к белорусскому рублю;

— общемировая тенденция увеличения закупочных цен на фрукты их производителями;

— увеличение индикативных таможенных ставок, что напрямую отражается на конечной себестоимости товара.

Вместе с этим здоровая конкуренция нескольких фирм, работающих «на свету», — одна из основных гарантий того, что у нас не последует ничем не оправданный ценовой скачок...

Локомотив тронулся

Когда оперативники попробовали разобраться в документации «Фрутреала» и смежных предприятий, им первым делом понадобились... грузовики. Несколько КАМАЗов с кипами конфискованных бумаг выезжали за ворота головного предприятия, а руководители холдинга все еще не верили, что за них взялись всерьез — уж слишком надеялись на покровителей.

— Они мне в глаза говорили: «Да ничего у вас не выйдет, руки коротки...» — рассказывает Борис Соколов, служивший тогда начальником УБЭП Витебской области. — Забеспокоились лишь, когда мы арендовали целый актовый зал, который почти до потолка загрузили пачками изъятых документов, и начали работать круглосуточно...

Проверка компании длилась полгода и завершилась возбуждением в отношении руководителей и учредителей «Фрутреала» уголовного дела по статье «Создание преступной организации или участие в ней». Предвидя такой финал, один за другим за границей исчезли все четверо главных «героев» этой истории.

— Они до последнего надеялись, что каким–то образом сумеют избежать ответственности, — удивляется Соколов. — Я спросил одного из четверых, почему «Фрутреал» не спешит сворачивать свою деятельность? Ведь ее противозаконный характер уже очевиден. И он не без гордости ответил: «Мы запустили такой локомотив, что его вот так сразу не остановишь!»

Что ж, теперь по следам криминального квартета катится локомотив другого рода: МВД твердо намерено добиваться выдачи преступников, где бы они ни находились. В ГУБЭП резонно замечают, что уклонение от уплаты налогов — серьезное преступление во всех цивилизованных странах, а уж создание с этой целью целой преступной организации и подавно не приветствуется ни в одном государстве.

Так что бегать по заграницам полоцким бизнесменам осталось, надо думать, недолго. Все они объявлены в международный розыск. «СБ» будет следить за развитием событий.

 


 

12:54 18/06/2008




Loading...


загружаются комментарии