Георгий БАДЕЙ: «Систему ценообразования нужно менять немедленно»

Регулирование цен — одна из наиболее существенных проблем бизнес-среды Беларуси. В 2008 году ситуация усугубилась в связи с ростом цен на сырье и энергоносители. Что нужно поменять в белорусском законодательстве о ценообразовании, рассказал «Завтра твоей страны» Георгий БАДЕЙ, председатель правления «Бизнес-союза предпринимателей и нанимателей имени профессора М. С. Кунявского».

— Для того, чтобы в нашем законодательстве о ценообразовании был порядок, чтобы там присутствовал элемент разума, надо, в первую очередь, выполнять Закон Республики Беларусь «О ценообразовании», принятый в 1999 году, — говорит Георгий Бадей. — Законом были определены сферы применения свободного и регулируемого ценообразования. Регулирование цен должно было применяться в двух случаях — на продукцию предприятий-монополистов, как это делается во всем мире, и по ограниченному кругу социально значимых товаров. Насколько он ограничен, это второй вопрос.

В законе появилось и такое понятие, как «монополист на местном рынке». Что это такое, никто в мире не знает, потому что внутри страны нет таможенных границ. Тем не менее, если бы мы исполняли закон, можно было бы регулировать все вопросы ценообразования.

Но после принятия закона тут же вышел указ президента № 285, который не меняет сами подходы к ценообразованию, но содержит одну интересную запись: Совет Министров «… по мере необходимости утверждает и пересматривает предельные индексы цен (тарифов) на товары (работы, услуги), производимые в Республике Беларусь». Как выяснилось на практике, такая необходимость существует повсеместно.

Законодательство, регулирующее ценообразование, на сегодняшний день представлено тремя законами, указом президента, шестнадцатью постановлениями Совета Министров, постановлениями, приказами и разъяснениями Минэкономики, Минстройархитектуры, Минторга, Минтранса, Минлесхоза… К этому следует добавить ежегодные письма Минэкономики, рассылаемые по всем государственным органам.

Сложилась абсурдная ситуация: на каждый шаг надо получить разрешение.

Приведу пример. Одному из предпринимателей в Ганцевичах сельсовет заказал штакетник для ограды. Чтобы выполнить заказ, ему сначала надо ехать согласовать цену в Брест, и вполне вероятно, что с первого раза цена не будет согласована. Он поедет во второй раз. И это только для согласования цены, а есть же еще и другие вопросы. Посчитайте транспортные издержки и непроизводительно затраченное время. Спрашивается, надо ли было устраивать такую систему?

Мы провели опрос субъектов хозяйствования, на его основе проанализировали систему согласования цены и пришли к выводу, что она весьма дорогостоящая. По нашим данным примерно 1% занятых на предприятии людей занимается вопросами ценообразования, а на малых предприятиях эта цифра доходит до 4%. По средней заработной плате можно примерно определить, во что обходится содержание такой армии. По нашим подсчетам затраты оцениваются примерно в 18 млрд. рублей в месяц, или более 200 млрд. рублей в год. Мы считали только по заработной плате, а все издержки посчитать трудно. Но ясно, что это огромные непроизводительные потери.

Сто процентов опрошенных считают, что нынешняя система ценообразования себя изжила. И действительно, она строилась в 1990-е годы: это было время дефицита товаров, недостатка конкуренции на рынке…

— А в свое время эта система ценообразования себя оправдала?

— Я не хочу сказать, что оправдала, но тогда многое в ней еще можно было объяснить тем, что система настраивалась на существовавшую ситуацию. А сегодня ситуация резко изменилась, и субъекты хозяйствования уже не те, что были десять лет назад. Сейчас руководитель предприятия будет закладывать в свою продукцию конкурентоспособную цену, чтобы его товар не залеживался, чтобы он мог продать то, что произвел. Так зачем устраивать всю эту процедуру согласований?

А разработка плановых и фактических калькуляций? Для обоснования цены надо сделать плановую калькуляцию. Особенно сложно приходится тем, кто использует сырье, приобретенное на свободном рынке, через биржи и прочее, где цена постоянно меняется. В сегодняшней ситуации на предприятиях разрабатывается примерная плановая калькуляция, которая потом подгоняется под фактическую, потому что не может быть разницы между плановой и фактической калькуляциями. Если предприятие занизило плановую калькуляцию, скажут, что занижена налогооблагаемая база и оштрафуют. Если завысило, так это опять плохо: это сверхприбыль, и опять штрафуют. Не представить плановую калькуляцию вообще тоже нельзя, потому что в этом случае предприятие будет оштрафовано органами ценообразования.

Эта система касается только отечественных предприятий. И что получается? Мы привлекаем иностранного инвестора, это хорошо. И душим собственную промышленность. Затраты неоправданные, издержки огромные…

— И чего же мы достигаем в результате такой громоздкой, ненужной, затратной системы? — Мы сделали анализ по прошлому году. Рост индекса цен в декабре 2007 г. по отношению к декабрю 2006 г. составил 12,1%. Откуда взялись эти проценты? По данным Министерства экономики около половины получено за счет повышения административно регулируемых цен и тарифов, в том числе, рост цен на молоко и молочные продукты обеспечил 1,6%, на мясо и мясопродукты — 2%, на услуги жилищно-коммунального хозяйства — 1,3%.

Треть товарооборота приходится на импортные товары, цены на которые вообще никто не регулирует. И, действительно, на импорт цены растут неимоверно. Импорт в товарообороте составляет около 30%, и примерно 4% мы получили за счет импорта. Получается, что около 10 процентов пунктов мы получили за счет этих двух факторов. Есть еще нюансы, но даже если их отбросить в сторону, то эта вся возня по так называемому регулированию цен касается 10 — максимум 15% товарооборота. Стоит ли иметь такие затраты с тем, чтобы получить такие результаты? Мы считаем, что не стоит.

По решению вице-премьера Андрея Кобякова была создана рабочая группа, которая должна была рассмотреть ситуацию с ценообразованием. Я руководил этой рабочей группой; в нее вошли представители Минэкономики, специалисты других ведомств, предприятий. Мы все пришли, в общем-то, к единому мнению: надо возвращаться в лоно закона. Надо отказываться от этих согласований, обязательного составления плановых калькуляций, практики доведения предельного индекса.

Единственное, в чем мы не сошлись во мнении со специалистами Минэкономики, когда следует переходить в правовое поле Закона «О ценообразовании». Мы считаем, что это надо делать немедленно, вчера надо было это сделать. Другой вопрос, что это можно делать поэтапно, а можно сразу отменять все принятые в закон изменения.

Минэкономики считает, что начинать этот процесс надо с 2011 года. Чиновники мотивируют это тем, что пока неустойчивая ситуация на рынке энергоносителей, что цены на газ еще будут расти, а раз будут расти цены, то надо вроде бы продолжать доведение предельных индексов и прочее. Страхи велики именно по этой причине.

Конечно, всегда есть какие-то опасения, и есть колебания рынка, но важно прогнозировать эти колебания и правильно с ними бороться. Ведь бороться с инфляцией можно не только через жесткий контроль и регулирование цены, есть и другие инструменты кредитно-денежной политики.

Устанавливая цену, мы должны нести ответственность за свои действия. Если мы повышаем закупочные цены на зерно, но при этом не повышаем цены на хлеб, мы должны решать, за счет чего можно обеспечить производительность и рентабельность предприятий. В таком случае надо устанавливать доплаты или какие-то другие компенсации с тем, чтобы предприятие могло работать и рентабельно работать, а не в убыток. А если предприятие не получает никаких дотаций и субсидий, то какое право мы имеем вмешиваться в частную собственность предпринимателя и диктовать, по какой цене он должен продавать свой товар?

— Чем чревато для предприятий, не получающих дотаций и субсидий, и для экономики в целом предложение Минэкономики вернуться в правовое поле Закона РБ «О ценообразовании» не ранее 2011 года?

— Среди негативных последствий — ограничение рентабельности и рост убыточности предприятий, снижение привлекательности Беларуси для инвесторов, в том числе иностранных, поскольку они в той или иной мере вступают в хозяйственные отношения с белорусскими субъектами хозяйствования, снижение мотивации к освоению новых видов продукции, в том числе и импортозамещающей.

Например, одно из наших предприятий производит кетчупы. В 2007 году рентабельность белорусского кетчупа была минус 17%, хотя в целом предприятие рентабельно за счет других видов продукции. Руководитель предприятия ходил в Минский горисполком полгода, чтобы ему разрешили хоть немного поднять цену. Нерентабельную продукцию он выпускать не будет: ее надо или снимать с производства, или повышать цену. Украинский и российский кетчуп, который стоит на прилавках магазинов, примерно в 1,5-2 раза дороже. Получается, уничтожая и придавливая своего производителя, вводя его в уровень отрицательной рентабельности, мы тем самым стимулируем импорт и открываем свой рынок для иностранных товаров. Это самый элементарный пример вреда такой системы

Но, видимо, людей, которые занимаются вопросами регулирования цен, не волнует, что у нас отрицательное внешнеторговое сальдо. Они же отвечают только за узкий участок, и каждый из них на своем месте доказывает, что он прав. А что если сегодня отпустим цены, а вдруг завтра они подскочат? Ну, и что, если подскочат? Сегодня они подскочили, а завтра опустятся.

Я считаю, что вопросы ценообразования мы должны решать немедленно, иначе последствия могут быть необратимыми.

 

 

 

11:09 20/08/2008




Loading...


загружаются комментарии