Цена сохранения производства

Долгое время правительство без устали повторяло – кризиса в стране нет и не будет, мировой финансовый кризис нас не затронет и обойдет стороной. Однако не обошел, пришел в страну скорее даже раньше, чем позже. По тем каналам, которые и предсказывались независимыми экспертами – через падение цен и объемов экспорта и невозможность получения кредитных ресурсов на международном межбанковском рынке.

Цена сохранения производства

Теперь ситуация повторяется. Уже принято принципиальное решение ничего не менять в планах развития страны на первый квартал этого года. На практике это означает все ту же погоню за валом, рост промышленного производства любой ценой, несмотря на растущие запасы. В тоже время, независимые эксперты говорят об угрозе кризиса перепроизводства и замораживании активов, потере оборотного капитала предприятий. Правительство, как заведенное, повторяет мантру о том, что уже летом-осенью начнется оживление, что главное – сохранить производство и людей.

Чтобы выяснить кто прав и кто виноват, для начала следует остановится на кратком анализе того, что же происходит в мире. Большинство аналитиков сходится во мнении, что в первом квартале этого года финансовый (банковский) кризис как таковой более-менее расчистится. Да, возможны еще громкие банкротства, однако весной большинство плохих активов будет тем или иным образом реструктурировано. Однако эти процессы отнюдь не означают, что рынок межбанковского кредитования восстановится. Банки, даже имеющие ликвидность, предпочитают не кредитовать – никого и ничто. И это в ситуации, когда в банки правительствами разных стран закачиваются миллиардные инвестиции; ставка процента центральных банков западных стран близка к нулю. Банки попали в так называемую «ловушку ликвидности», когда, несмотря на имеющиеся ресурсы, банки предпочитают перестраховывать свои риски и не расширять кредит. Это связано как с необходимостью иметь собственные ресурсы (в случае паники населения, роста невозврата кредитов и пр.), так и с существованием высоких рисков невозврата новых кредитов.

И тут мы подходим к анализу еще одной проблемы. Мир вошел в глобальную рецессию. Теория о декаплинге (decoupling), т.е. несвязанном движении разных стран в случае развития кризисных явлений развалилась сама собой. Все страны слишком взаимосвязаны друг с другом, как через рынки товаров, ценных бумаг и денег, так и через ожидания и оценки. В результате мировые экономисты сейчас спорят о том, ограничится ли все некоторой рецессией или будет повторение великой депрессии 30-х годов прошлого века. В целом, большинством ученых предлагается следующее определение – депрессия, это когда спад составляет более 10% в год и/или длится более трех лет. В этом смысле, спад 1929-1933 гг. был именно депрессией (ВВП упал более чем на 30%), в то время как «потерянное десятилетие» Японии – это рецессия, поскольку на протяжении всех 1990-х в стране была скорее стагнация, а не спад (максимальный спад – 3,4% между 1997-1998 гг.). В тоже время, предлагаются и другие определения. Так, рецессия является следствием чрезмерно жесткой монетарной политики, в то время как депрессия – результат именно «лопания» пузырей на рынке кредитов и недвижимости, которая сопровождается снижением общего уровня цен.

Правительства развитых стран мира, Китая, России делают все возможное, чтобы мир ограничился очередной небольшой рецессией. Однако получится это или нет – большой вопрос. Да, часть экспертов говорит о том, что «дно» кризиса будет достигнуто летом, и уже осенью в Америке (как стране первой вошедшей в рецессию) начнутся признаки оживления (ожидается снижение ВВП осень к осень на 6%). Они тот час же потянут за собой вверх нефтяные фьючерсы; оживает Россия, другие экспортеры нефти, Китай. В этот сценарий очень верит (или хочет верить) российский правящий класс. Видимо, такой сценарий нравится и нашим полиси мейкерам.

Однако другая, я бы сказала большая часть экспертов, отнюдь не является такими оптимистами. Напротив, они вполне допускают сползания мира в депрессию. Это означает, как было отмечено выше, два-три года низких цен, высокой волатильности, низкой покупательной активности и значительных потерь в ВВП каждой страны. При этом, если текущая негативная ситуация длится еще какое-то время – и каждая страна начнет вводить те или иные меры протекционизма, которые еще больше ухудшат ситуацию с мировой торговлей.

Следует отметить, что даже в случае улучшения дел в Америке в ближайшем будущем, сама цена и способ, которым страна проводит антициклическую политику, закладывают медленную бомбу под будущую стабильность мира. Слишком много «печатается» долларов, слишком много их еще предстоит напечатать (американские пенсионная, медицинская системы страхования являются глубоко убыточными, и в будущем дефицит финансирования по мере старения населения будет только возрастать). Пока облигации американского правительства находят своего покупателя, но предложение этих бумаг с каждым годом растет. Уже идет счет на триллионы, а м-р Обама только входит во вкус создания рабочих мест с помощью печатного станка. А в случае, если Китай, как самый большой держатель таких бумаг, перестанет их покупать (или станет их продавать – по мере ухудшения дел в своей экономике), цена доллара на мировых рынках резко пойдет вниз. Это грозит самыми непредсказуемыми последствиями для всех стран – Европы, России, Ближнего Востока.

Поэтому относительное спокойствие и поступательное развитие в мире восстановятся еще не скоро. С одной стороны, это позволяет спокойно относиться к растущей долларовой задолженности Беларуси. Всегда выгодно брать в долг в обесценивающейся валюте (если сбудется негативный прогноз по стоимости доллара через три-пять-десять лет; в любом случае, с сегодняшними темпами заимствования отдавать придется десятки миллиардов). С другой стороны, разумность выбранной текущей политики правительства вызывает серьезные опасения.

Получаемые кредиты должны использоваться именно как «подушка безопасности», как средство перевода рублевых депозитов населения в валютные, возможно, как инвестиции в стопроцентно выгодные проекты по модернизации отдельных предприятий. Однако их примитивное «проедание» в условиях мирового кризиса является просто преступным.

Необходимо уже сейчас готовится к самому худшему сценарию (будет лучше – замечательно, скорректировать планы в сторону роста всегда легче). Во всем мире сдуваются те или иные пузыри, необходимо признать, что в нашей экономике они тоже были. Страна уже не один год жила буквально в долг; ведь сальдо торгового баланса уже долгое время отрицательно. В этом году оно превысит 6,5 млрд. долларов, причем «вклад» кризиса в этой цифре не такой и большой – 1,5-2 млрд. Остальной минус мы бы получили в любом случае. Этот дефицит финансируется не за счет притока инвестиций или приватизации, а в основном за счет привлеченных кредитов. «Белорусское экономическое чудо» – это такой же пузырь, надутый высокими ценами на сырье на внешних рынках и иностранными кредитами. Период высоких цен на нефть и калий временно закончился. У России свои проблемы. Как уже неоднократно отмечалось, в этом году возможности внешнего кредитования будут ограниченными. Даже летом и осенью. Российский, МВФский кредиты быстро закончатся.

Что дальше? Забрать деньги у банков (населения), заставив их финансировать производство, которое не продается, но которое в популистских целях надо сохранить? В очередной раз осуществить грабительское перераспределение? Не факт, что получится, но это надолго подорвет доверие к экономическим и политическими властям страны, как среди белорусов, так и извне. Можно сразу забыть про страновой маркетинг. К тому же, разорение банковской системы надолго остановит развитие страны. Скорее, наоборот, в условиях отсутствия доступных и дешевых западных денег, необходимо всячески стимулировать приток депозитов в экономику страны.

Соответственно, единственным вариантом действий властей является остановка, приостановка (если так лучше звучит) ряда производств. Нельзя производить без подтвержденных контрактов. Нельзя требовать роста вала. Я думаю, что произведенного в 4 кв. прошлого года и в 1 кв. этого хватит, чтобы продавать с разной степенью успеха в течение целого года.

Необходимо менять политику занятости. В первую очередь, установить, что пособие по безработице увеличится до 300-400 тыс. рублей (какого-то мало-мальски реального прожиточного минимума). Лучше и дешевле платить людям такое пособие, чем такую же зарплату. Работающее убыточное предприятие «тянет» из бюджета больше. Меньшая занятость означает большую эффективность оставшихся и экономики в целом. Опять же, человеку нужно знать, что его предприятие – банкрот. Он должен научиться дальше строить свою жизнь, а не сидеть и ждать, когда государство поднимет зарплаты, остановит цены и пр. К этой политике нужно добавить целый ряд мероприятий – от льготной (бесплатной) раздачи земли и стимулирования развития фермерства до поддержки МСП и ИП. У нас же пока делается все, чтобы продукты и импортные дешевые вещи только дорожали, чтобы ввоз сумки продуктов из Украины сопровождался унижениями, тем самым увеличивая недовольство населения.

Необходимо менять риторику на телевидении. Не надо держать народ за дураков. Люди видят, что делается в Америке, Европе, России, Украине. Там людей увольняют десятками тысяч. Люди видят, что происходит со складами на их собственных заводах и фабриках. Зачем врать и давать невыполнимые обещания? Без остановки ряда производств страна не «вытянет» торговый и платежный баланс. Продление агонии и самоуспокоение грозит значительным и неожиданным для властей экономическим и политическим взрывом; уверенные действия и некоторое снижение уровня жизни позволят удержать ситуацию под контролем. В России появились расчеты, что прежняя средняя зарплата в 18 тыс. рублей является слишком высокой для текущей ситуации в стране и мире; она должна упасть до 10 тыс. Наверное, это актуально и для Беларуси. Народ легче переживет еще одну девальвацию, если будет твердо уверен в стабильности своих валютных депозитов, в наличии адекватной антициклической политики. Замалчивание кризисных явлений и риторика в духе «все будет хорошо» будет только сеять страхи и панику, усиливая отток вкладов и ослабляя банковскую систему.

Заканчивая, хочется отметить, что действия властей представляются хаотичными и непоследовательными. Такое впечатление, что все делается из разных центров. Так, центр, «ответственный» за либерализацию, что-то делает; тем более, что к принимаемым мерам давно все шло. Однако бюрократизм сыграл злую шутку – в настоящее время многие из этих мероприятий являются не совсем актуальными. Все принимаемое нужно и полезно, однако сейчас самое время спросить бизнес, что именно ему нужно, чтобы выжить сейчас, чтобы не увольнять людей и не закрывать бизнес.

Центр, «ответственный» за реальный сектор, не отличается инновационностью и широтой мышления. Лоббируются льготы, отсрочки, кредиты; массово доводятся планы роста. Искусственно занижается возможная роль Национального банка; такое впечатление, что его специалистам отведена чисто техническая роль выравнивания спроса и предложения на валютном рынке разными ограничительными мерами. Хотя именно специалисты Нацбанка являются наиболее грамотными и компетентными в экономических органах власти.

Да, появляются какие-то комиссии и группы, куда приглашены многие известные независимые эксперты. Однако создается впечатление, что все это делается «для галочки» (стороннего наблюдателя). В тоже время, имитация диалога – вредное и опасное явление. Аналитика и предложения с «той стороны» ничего не стоят власти финансово; в тоже время, в условиях экономического кризиса, кадрового голода, некоторой профессиональной узости взглядов и мышления госаппарата оно может дорогого стоить. Необходимо не закрывать банковскую и другую статистику грифами «ДСП» для экспертов, а привлекать их к расчетам и разработке предложений по выходу из кризиса.

Решение оставить все как есть, и не останавливать промышленное производство в первом квартале уже принято, поэтому бессмысленно его анализировать или ругать. Хочется лишь надеяться, что по мере приближения к весне, здравый смысл возобладает, и правительство начнет действительно значительно сокращать бюджетные расходы (в первую очередь, валютные), приостанавливать отдельные производства и целые отрасли, а также более активно выходить на конструктивный диалог (т.е. слушать, слышать и иногда соглашаться) с альтернативными точками зрения.

13:20 30/01/2009




Loading...


загружаются комментарии