Агрогородки, агрохутора или всебелорусская "общага"

В Беларуси опять пытаются отправить в путь телегу, не впрягая в нее лошадь. В начале 2009 года очередной министр сельского хозяйства и продовольствия Семен Шапиро сообщил гражданам странную вещь. По его словам, Минсельхозпрод теперь гарантирует выделение земельных участков желающим жить на хуторе и вести домашнее хозяйство.

Агрогородки, агрохутора или всебелорусская "общага"
Это вызвало в обществе некоторое такое оцепенение. Ведь совсем недавно в Беларуси с большой помпой началась (и еще не закончилась) кампания по строительству агрогородков, куда стягивались все производство и вся «социалка»... Их предполагалось построить 1481. Крестьяне должны были зажить, наконец, коллективно и счастливо, пользуясь всеми благами цивилизации.

Коровы по диагонали

...Работа закипела. В деревнях, избранных стать агрогородками, вырастали, как грибы, домики, для пущей важности именуемые «президентскими». К ним пристраивались маленькие сарайчики, в которых корову можно поставить только по диагонали и потому сарайчики эти чаще всего использовались под дрова.

Так они и стоят: домик - сарайчик, домик - сарайчик, а вокруг - ни одного дерева. Некому сажать, заботиться о традиционных белорусских вишнево-яблоневых садах, окутывающихся весной нежным бело-розовым цветом. Ведь местный житель с насиженных усадеб в агрогородки не рвется - жилье там колхозное, а перспектив его приватизации никаких. В то же время, чиновникам нужно наскоро заселить наскоро построенные дома, чтобы, не дай Бог, не отстать по темпам «агрогородизации». За это, как в свое время за темпы коллективизации, по головке никого не гладят. Правда, и к стене «президентского» домика, как в свое время, не ставят тоже.

Вот и пошли объявления в белорусских газетах о приеме на работу в колхозы. Наступило золотое время для пьяного и неуживчивого сельского «пролетариата», с грехом пополам умеющего пахать и сеять. Но совершенно не желающего быть хозяином земли.

- На «халявное» жилье в агрогородки теперь приезжают в одиночку и семьями. Откуда взялись эти семьи? - задается вопросом фермер Иосиф Нехведович из Воложинского района под Минском. - Почему очень часто у мужа одна фамилия, у жены другая, а у детей вообще третья? Почему они долго не держатся на одном месте? И уволенные за пьянство в одном районе тут же устраиваются на работу, получают такой же «президентский» домик в другом...

Автору довелось походить по этим домикам, полюбоваться на походно-полевой быт этого «пролетариата»: пьяно, бестолково, все как в «общаге», где все не свое. Хотя, по сути, агрогородки и есть громадная всебелорусская «общага».

Тем не менее, по данным того же Министерства сельского хозяйства, в агрогородках Беларуси сегодня пустует около 2000 «президентских» домов, в которых ставить корову по диагонали уже никто не рвется.

Столыпин навыворот

А теперь новая идея - хутора. И министр сельского хозяйства Семен Шапиро, и его заместитель Надежда Котковец говорят о необходимости вырастить хозяина на земле, ссылаются на опыт гродненского губернатора Петра Столыпина...

Хотя - странно как-то ссылаются...

- Конечно же, хуторская земля, которая будет выделяться хуторянину, тоже будет принадлежать сельскохозяйственной организации, которая может взять кредит и строить для хуторян жилье, - говорит сегодня заместитель министра сельского хозяйства и продовольствия Надежда Котковец в одном из интервью.

- Мы сторонники закрепления за семьей владельца хутора земельного участка либо в долгосрочной аренде, как она сегодня находится у фермеров, либо в пользовании, как в СПК. Другого пока не дано, - говорит она же в другом.

В ее словах сразу много странностей, которые позволяют понимать, что ссылки на Петра Аркадьевича Столыпина, по меньшей мере, не уместны. Ведь основными приоритетами столыпинской реформы были: собственность на землю, свободный выход из общины, льготное кредитование, землеустройство и хуторное расселение.

А у руководителей белорусского Минсельхоза ни того, ни другого, ни третьего... По их только что процитированным словам, собственной земли у хуторян не будет, а зависимость от «сельскохозяйственных организаций» возрастет. Несмотря даже на то, что эти «сельскохозяйственные организации» (как бы они ни назывались сегодня - колхозы, СПК и пр.), по законодательству, тоже не являются собственниками. Собственник земли сельскохозяйственного назначения - государство в лице сельсовета.

Но если не по законодательству, а по белорусским «понятиям», колхозы собственниками земли все же являются и вертят ею как хотят. Потому что, а) хотя колхоз не имеет права решать вопросы выделения земли, сельсовет от колхоза, у которого ресурсы и деньги, целиком зависит и принимает нужные колхозу решения; б) как со всей партийной принципиальностью сказал как-то Александр Лукашенко, не надо рассматривать колхозы как хозяйственные структуры - это структуры государственной власти на селе.

Не знаю, понял ли кто-нибудь что-нибудь, но вывод можно сделать только один: хоть пользование, хоть аренда, хоть «собственность сельскохозяйственных организаций», но основным столыпинским приоритетом - частной собственностью на землю - тут и не пахнет. Надо полагать, от такого понимания своей реформы уважаемый Петр Аркадьевич ворочается в гробу.

Предыстория

Вообще хутора в Беларуси имеют собственную историю и известны со времен Великого княжества Литовского. В ходе cтолыпинской аграрной реформы около 12% всех крестьянских хозяйств были хуторными. В 1921-1926 годы хутора создавала и советская власть.

К 1925 году около 25% крестьянских хозяйств БССР размещалось на хуторах. Их пропагандистом и создателем был Дмитрий Прищепов (в 1924-1929 годах нарком земледелия БССР). Ему принадлежит выражение: «Беларусь в развитии сельского хозяйства должна идти по пути Дании и должна стать Данией на Востоке Европы».

При нем народный комиссариат составил Пятилетний перспективный план развития лесного и сельского хозяйства БССР на 1925-1929 годы, который предусматривал ненасильственное переселение на хутора и в мелкие поселки 130 000 крестьянских хозяйств.

Увы, увидеть «превращение БССР в Данию» Прищепову не довелось: в 1930 году он был арестован ОГПУ БССР по делу о «Союзе освобождения Беларуси», осужден на 10 лет исправительно-трудовых лагерей. Отбывал наказание на строительстве Беломорканала, затем на Дальнем Востоке. Освобожден в июне 1937 г., через полтора месяца вновь арестован в Магадане. В 1939 г. этапирован в Минск и приговорен к расстрелу. Умер в тюремной больнице. Реабилитирован в 1956, 1988 годах.

...Дальше дело продвинулось в Западной Беларуси, находившейся тогда под Польшей. В результате аграрных реформ 1920-1930 годов на хутора к 1939 году было выведено около 70% хозяйств. А потом пришли «наши», и началось массовое сселение обратно в деревни. Кстати, впервые идея агрогородков прозвучала именно тогда...

Теперь вот опять заговорили о хуторах...

...Мотивы

О мотивах шараханий от агрогородков к хуторам существуют разные мнения. Бывший заместитель председателя Минского облисполкома по агрокомплексу, а ныне лидер независимых профсоюзов Александр Ярошук уверен, что все эти телодвижения вообще не имеют никакого смысла до тех пор, пока не будет решен вопрос собственности на землю:

- Нежелание вводить частную собственность на землю равнозначно попытке заставить двигаться телегу, в которую не запряжена лошадь. К тому же, непонятно: чем хуторское хозяйство будет отличаться от существующих ныне крестьянских фермерских хозяйств? Это одно и то же или нечто разное? Какая у хуторских хозяйств будет правовая база? И будет ли? Вопросов много, но отвечать на них, похоже, некому.

И действительно: как все будет? Руководители министерства недавно озвучили идею создания нескольких образцовых хуторских хозяйств, на которых схема «хуторизации» будет обкатана досконально. Оно и неплохо бы... Только вспоминается другая идея - создание образцовых фермерских хозяйств. Они не так давно, при других министрах сельского хозяйства, создавались в каждой области Беларуси. Шести счастливчикам в шести областях были выделены немалые ресурсы. Кто теперь помнит о тех хозяйствах, куда девались те ресурсы? Не постигнет ли и образцовые хуторские хозяйства та же судьба?

К тому же есть еще один вопрос: а кто пойдет на хутора? Те фермеры, которые уже крепко стоят на своих ногах, имеют в деревнях обустроенную базу - они на хутора не пойдут. А кто пойдет? Между тем, говорят, в Минсельхоз уже поступают заявки от желающих... В основном горожан...

- Я знаю таких желающих, - говорит фермер Иосиф Нехведович. - Когда начиналось фермерское движение, у нас в районе только на территории одного колхоза появилось 28 фермеров. Сегодня осталось 3. Остальные, воспринимавшие фермерство как романтическую жизнь на лоне природы, просто разорились.

Одному из них, помню, колхоз построил хороший деревянный дом. Были даны льготные кредиты на технику... Дом ушел на топливо для той хатки, в которой этот человек жил раньше и живет сейчас. А за проданную технику куплена подержанная иномарка. Потом и она приказала долго жить. Ее хозяин сегодня ездит на телеге. Правда колеса у нее - от той иномарки.

- Я думаю, что возвращение к хуторам связано с модой на агротуризм, который в Беларуси развивается и без того, - говорит Александр Ярошук. - Пока он развивается на основе фермерских хозяйств. Их, как известно, в Беларуси было более трех тысяч. А сегодня и полутора не наберется. Тенденция к сокращению очевидна...

То есть, телега не только стоит на месте. Она еще и катится назад... А вводить право собственности на землю - то есть, впрягать в телегу лошадь - пока никто не собирается.

В этой связи нельзя не вспомнить, как в начале 90-х тогдашний директор совхоза Александр Лукашенко вдруг объявил себя фермером. Объяснить автору, какие есть основания для этого, он не мог. Просто мода была такая...
07:50 02/06/2009




Loading...


загружаются комментарии