Сергей Чалый: У нас МВФ, по сути, выполняет функцию правительства

В конце июня Беларусь получила второй транш стабилизационного кредита МВФ в сумме 680 миллионов долларов. А в начале июля стало известно, что золотовалютные резервы страны, хранящиеся в Национальном банке Беларуси, сократились на почти равнозначную сумму – около 600 миллионов долларов.

Сергей Чалый: У нас МВФ, по сути, выполняет функцию правительства
Этого резерва у Беларуси, по официальным данным самого Нацбанка, осталось где-то на 2,5 миллиарда долларов. Получается парадокс – МВФ ещё ранее предупреждал Беларусь, что спокойно работать с ней сможет только тогда, когда наш золотовалютный запас достигнет хотя бы суммы в 8-9 миллиардов долларов. А с другой – увеличил сумму своего кредита нашей стране на 1 миллиард от запланированного ранее. Объяснить ситуацию корреспондент Euramost.org попросил экономиста Сергея Чалого.

-- В предыдущие месяцы из золотовалютного запаса «уплывало» по 300-400 миллионов долларов. В июле он «усох» сразу почти на 600. По вашему, МВФ это не должно настораживать?

-- Я так подозреваю, что и увеличение суммы финансирования, которые МВФ произвёл, практически на миллиард, во многом вызвано тем, что когда они в декабре оценивали ситуацию, они её вместе с правительством недооценили. Ни по глубине, ни по продолжительности спада. По всей видимости, оба осознают, что ситуация оказалось хуже, и поэтому сумма помощи увеличилась. И, на мой взгляд, какие-то меры в экономики предприниматься будут. По крайней мере, то, что советует МВФ – я за это двумя руками. Особенно с учётом того, что сегодня МВФ – единственный орган, который способен влиять на нашу экономическую политику. Ни Россия, ни ЕС, ни какие-то внутренние эксперты. У нас, по сути, МВФ вообще выполняет функцию правительства.

-- Под рекомендациями МВФ вы имеете ввиду их пожелание провести приватизацию крупных белорусских предприятий?

-- Не только. Там очень много очень важных вещей в рекомендациях. Очень важные вещи происходят, правда, пока на уровне рекомендаций, в банковской сфере. Ещё в декабре они ставили условием прекращение эмиссионного финансирования сфер производства. Ведь банки у нас, практически, выполняли функции Нацбанка по прямому кредитованию экономики. По сути, речь шла об инвестиционном финансировании, просто им указывали, по каким «полям» деньги рассеивать. И это приводило к росту плохих кредитов. Я даже удивлялся: почему так долго об этом не заходило речи? Эту рекомендацию игнорировали. Но когда у нас была последняя миссия, было сделано напоминание об этом. И если внимательно следить за последними выступлениями руководителей Нацбанка, то видно, что из всех наших экономических властей, самые здравые мысли именно у руководителей Нацбанка. У них, например, появилась идея создания “плохого банка”, куда можно скинуть просроченные задолженности госпредприятий переместить и так далее. Речь идёт о том, что бы постепенно попытаться банковскую сферу такую, что бы они выступали не кассирами правительства, а настоящими банкирами. С тем, что бы они по настоящему могли кредитовать экономику, а не только государственный сектор.

То, что сейчас делает МВФ – это не сделанные в начале 90-ых реформы, которые должны были у нас произойти. У нас достаточно своеобразная в Беларуси экономика. Она наследие примерно трёх, не доведённых до конца, реформ. Такой вот получился Франкенштейн. И они, похоже, пробуют распутать этот узел с самого начала.

-- Беларусь ищет кредиты то там, то тут. Где сегодня правительство может реально найти новые деньги?

-- Внешние рынки коммерческого финансирования практически целиком закрыты. Рассчитывать приходится либо на межгосударственные кредиты, либо на кредиты международных финансовых организаций. Типа того же Всемирного банка или МВФ. На Россию, например, надежд фактически нет в этом смысле.

06:17 10/07/2009




Loading...


загружаются комментарии