У «ситуационной экономики» своя политика

Финансовый рынок определенным образом деформировал информационную ситуацию в экономической практике мирового сообщества.

У «ситуационной экономики» своя политика
Денежная политика, процентные ставки, девальвация, курс доллара и евро создали иллюзию новой «ситуационной экономики». По этой причине и реакция полисимейкеров в разных странах оказалась финансовой. Завышая ценность принимаемых решений в пользу субсидий, поддержки банков, монетарной политики, большинство стран упускает макроэкономику. Тем самым создаются объективные предпосылки ошибок в среднесрочной и долгосрочной экономической политике.

Примеров можно приводить много, хотя одним из самых впечатляющих является потеря Японией половины всех своих внешних рынков, что весьма симптоматично для мировой экономической системы. Анализ изменений макроэкономической ситуации, внешних рынков и внутренней ситуации весьма важен и для нас, тем более что по результатам «внешней экономики» мы недалеко ушли от Японии. Очень ее напоминают и наши предварительные экспортные итоги.

Внешние продажи резко падают, внутренний рынок более-менее двигается в положительном направлении. На параметрах ВВП это пока отражается противоречиво. Прирост есть, но он едва ли является критически важным.

Но для нас в этих агрегатах есть позитив. И руководство к действию. Внешними рынками мы «управлять» не можем. Только воспринимать данность. Упали, например, продажи калийной соли в физическом объеме в 6 раз — это и есть результат мирового рынка. И реакция нужна умная и дельная.

Что же делать сейчас в нашей развивающейся неоднозначно «ситуационной экономике»? В целом на основе первых результатов динамики экономики страны становится понятным, что более выгодным является стимулирование развития внутреннего рынка. В прошлом веке так и делали. Причем стимулировали вложения в строительство, в инфраструктуру, мостили новые автобаны и выстраивали кварталы жилых домов за счет самофинансирования, новых строительных товариществ. Нам также следует расшифровать возможности скрытой инициативы сограждан и поощрить ее.

И, кстати, ничего не изобретать. Важно увидеть и поддержать растущие ниши внутреннего рынка. Если это дает шансы для экспорта, то поддерживать более системно и настойчиво. Создавать новые возможности для производства. Конечно, сервис и торговля имеют свои шансы для развития как акселераторы продаж. Но не более того. Увы, это так.

Это важный концептуальный момент. Возникает и второй вопрос: надо ли держаться за показатели ВВП? Речь идет о стимулировании в экономике позитивных изменений, а они произрастают изнутри, как новая трава после холодной зимы. И весной считать то, что сохранилось от прошлого года, — дело не самое перспективное. Для нашей экономической политики сейчас время стимулирования новых производств, товаров и брендов, период перегруппировки основных направлений развития рынков и выхода на новые рынки, создания их. Собственно, для этого и кризис. Он меняет карту товарных потоков, низвергает старое и утверждает новое.

А сама макроэкономика? Что в ней необычного, кроме разрыва темповых соотношений внешнего и внутреннего рынков? Внутреннее производство в узких рамках немного прирастает, доходы домашних хозяйств также растут — +6,5% при однопроцентном приросте производительности труда. Скорее, мы имеем дело с инерцией политики доходов и медленной реакцией на ситуацию. Действительно, насколько эффективен прирост доходов на 6,5%, а прирост конечных потоков товаров и услуг на 2,6%?

Но так есть. Это наша экономическая политика. Мы еще хвостом увязли в 2008 г., а новые веяния только в контурах обозначаются. С другой стороны, есть уникальная характеристика ситуации, когда инвестиционные показатели 2009 г. приросли на 23,8%. Вот, поистине, наш ответ воротилам мировой экономики. Они боятся вкладывать деньги в любое перспективное начинание. Автомобильные гиганты продаются с молотка. Хотите — покупайте весь концерн Опель, хотите — берите американские Крайслер или ДМ. А шикарные банки и ипотечные фонды? Все на продажу, т.к. инвестиций на Западе нет.

И не скоро появятся. Выход из депрессивного состояния тысяч крупных компаний — дело сложное и долгое. Но что касается малых и средних предприятий, то им по силам быстрее перепрофилироваться, нанять новых специалистов. Такая переориентация и диверсификация и есть реакция внутреннего рынка на кризис.

Структура изменений начинается с новой структуры инвестиций. Это — арифметика экономической политики. Мы же можем начинать на любом направлении, т.к. рыночные институты только создаются. Их рост был приторможен в последние годы, и сейчас может наступить период расцвета новых направлений бизнеса в нашей стране. Как частного, так и государственного.

Но понимание ситуации у нас пока традиционное. Слишком много вопросов задается о том, что делать с МАЗом или МТЗ. Возник какой-то народный, рабоче-крестьянский подход к экономической политике настоящего времени. Журналисты и «пипл» спорят в ток-шоу о том, что надо делать в сфере корпоративной политики. Если не хватает профессиональных менеджеров и маркетологов, то надо покупать их на стороне или готовить своих. Ситуационная экономика дает нам немалые шансы. Они просты и понятны.

По этой причине уже сейчас можно сделать два важных вывода. Первый — упор на развитие внутреннего рынка. Второй — поощрение всех форм деловой активности национального бизнеса. Мониторинг ситуации. Затем поощрение самостоятельных направлений для прорыва наших малых и средних предприятий в новую экономику. И денег для этого, собственно говоря, не надо.

А правительству следовало бы более активно заняться кадровым аспектом, особенно на столь опасном направлении, как приватизация госсобственности. Посадить всех директоров и других руководителей… за парту. Для тренинга и обучения активной корпоративной политике. И начать подготовку новой генерации менеджеров для новой экономики страны.

Всего-то и делов!

06:16 27/07/2009




Loading...


загружаются комментарии