Олег Хусаенов: Из-за кризиса я отказался от зарплаты на весь 2009-й год

Гендиректор автомобильного холдинга «Атлант-М» Олег Хусаенов в автомобильном бизнесе уже почти 20 лет. Пережил не один кризис, сделал имя себе и своей компании, эксперты зачислили его в десятку самых богатых людей Беларуси…

Олег Хусаенов: Из-за кризиса я отказался от зарплаты на весь 2009-й год
Кому, как не Хусаенову, знать рецепт выживания в непростые времена. Вот мы и попытались «выловить» бизнесмена между тремя городами - Минском, Москвой и Киевом (холдинг «Атлант-М» работает сейчас в трех странах). Кстати, встреча состоялась аккурат в тот день, когда вся страна стояла на ушах из-за скандального постановления №991, запретившего посредников.
 
«Чиновник все видит, понимает, но не хочет брать на себя ответственность»
- У нас что ни день, то новость: то кредиты в валюте запретят, то посредников… И как в таких условиях удается делать бизнес?
- Знаете, логика действий властей мне часто бывает понятна. Просто эти действия иногда бывают неуклюжими. Не всегда, конечно. Вот, например, провели девальвацию после Нового года. В принципе, правильное решение. Я видел, как это делали на Украине: там девальвацию начали готовить, начали сообщать об этом народу, народ кинулся в обменные пункты, а мы просто проснулись утром 2-го января и - пожалуйста, доллар стоит на 20% дороже. А обойтись без этого нельзя было. У нас зарплата очень много занимает в затратах. Но американский рабочий, например, за эти же деньги производит в 20 раз больше и лучше. Чтобы нашу продукцию продавать, чтобы она конкурировала, надо было долю зарплат сократить. Заодно и бюджет одним махом урезали на 20%. Это круто: мы у себя в компании, на Совете директоров, на корректировку нашего бюджета тратим уйму времени, объясняем, уговариваем подразделения сократить расходы…
Но по-настоящему Беларусь почувствовала кризис только в марте, когда нашу продукцию стали покупать все меньше и меньше. Но дело не в том, что МАЗы или трактора плохие или хорошие. Просто денег нет. У нас, например, в России, есть лизинговая компания, и я вижу, какое там огромное количество невостребованной техники стоит. Предприниматели сейчас нам возвращают эту технику, потому что у них нет денег, чтобы до конца рассчитаться. Вот правительство и пытается что-то сделать, правда, от того, что оно будет трепать нервы директорам заводов, предпринимателям, ситуация не улучшится.
- А есть смысл разговаривать с властью?
- Иногда это даже приносит успех. Например, еще в 2004 году нам удалось уладить ситуацию с таможенными пошлинами на ввоз машин. Тогда были большие ножницы между пошлинами на ввоз фирмами и простыми гражданами. Частники ввозили машины якобы на себя, перепродавали их компаниям, и только потом те их выставляли на продажу. Мы сказали, что готовы не пользоваться этими схемами, что готовы уплатить штрафы, и, кстати, уплатили их, но, если государство хочет, чтобы бизнес остался, нужно что-то делать с пошлинами. Тогда пошлины для юридических лиц понизили.
 
«Проекты с «Фордом», «Самандом» и прочими - это мертворожденные дети»
- Вы верите, что у белорусов будет своя легковушка?
- Нет, свои автомобили мы производить не можем. Чтобы завод по сборке автомобилей был окупаемым, он должен производить минимум 12 тысяч автомобилей в год. У нас же емкость рынка где-то 16-20 тысяч автомобилей. И они все разные. А вам нужно будет продать 12 тысяч только одной модели! Куда их девать? Все эти проекты - с «Фордом», «Самандом», с китайцами - это мертворожденные дети. Они никогда не заработают, это всегда будут убытки. Но можно пойти другим путем. В России уже открыли много сборочных производств. Но проблема в том, что культура машиностроения там ниже, чем у нас, в Беларуси. И Беларусь имеет уникальный шанс, создав совместное предприятие с немцами, французами, итальянцами, производить качественные запчасти и поставлять их на российский рынок. По сути дела, до 30% российского рынка запчастей мы можем держать у себя. Просто для этого нужна определенная воля и желание государства это сделать.
Ну и, конечно, в определенном смысле не хватает еще и знаний. Беларуси, и в первую очередь чиновникам, необходимо учиться. Вот пример Сингапура. Сейчас это одна из ведущих стран мира, а когда-то больше половины своих денег они получали за счет обслуживания британских военных баз. Но в 1965 году британцы решили уйти. И правительство задумалось: а ведь мы ничего не умеем. И они начали учиться, наняли консультантов. Они не изобретали велосипед, они смотрели, что хорошего сделали люди в мире, и делали это. И я считаю, что пришло время, и кризис - это хорошее время для того, чтобы правительству Беларуси начать учиться не только на Востоке, но и на Западе.
 
«Я начинал с того, что мыл окна и продавал МАЗы»
- А вы сами у кого учились? Говорят, что Хусаенов перед тем, как стать бизнесменом, мыл окна….
- После Московского института инженеров гражданской авиации, в 1989 году, меня распределили в Минск на 407-й авиаремонтный завод, он и сейчас ремонтирует ТУ-134. Приехал я туда со своими документами, а мне говорят: «Мест нет, мы вас «продали» на завод холодильников» (тогда существовала такая практика, когда специалистами обменивались). Пришел туда, начал работать… А как раз тогда начиналось кооперативное движение, и я со своими коллегами создали кооператив и начали по вечерам, по выходным мыть окна. Тогда зарплата инженера была 200 рублей, а мы зарабатывали по 1000-2000 рублей в месяц. Что самое приятное в окнах, их один раз помыл, а через полгода они опять грязные, опять идешь, моешь, уже была своя клиентура. Мы перемыли половину промышленных предприятий в Минске. Но что мне не нравилось: все, что мы зарабатывали, надо было раздавать в виде зарплаты, а если начнешь накапливать - то с фонда накоплений нужно было уплачивать налог. Как только прошло два года распределения, я распустил кооператив и создал с коллегами молодежно-производственный центр «Атлант». Мы занялись брокерской торговлей, тогда появлялось огромное количество товарно-сырьевых бирж, мы в этом деле достаточно хорошо разобрались. Начали капитал с того, что объезжали директоров заводов и читали лекции о том, что такое биржа, для чего она им нужна. Тогда рушилась система Госснаба, среда, чтобы привлекать заводы на биржи, была самая что ни на есть благоприятная. Сначала мы получали деньги за лекции. Потом ту продукцию, которую нам давали предприятия, мы как посредники за комиссию реализовывали на бирже. Например, у нас было место на автобирже в Москве и в Минске. Мы покупали там «Жигули», пригоняли их сюда, продавали, а на эти деньги закупали МАЗы и перегоняли их в Москву. И так до 1994 года. А потом я понял: чтобы строить серьезный бизнес, нужны устойчивые связи с поставщиками. А на том же «АвтоВАЗе», чтобы получить машины, нужно было ходить по каким-то коридорам, платить какие-то откаты… Бандитизм кругом опять же: чтобы выехать из Тольятти с машинами, нужно было или с ОМОНом выезжать, или отступные на всех дорогах платить. Вот тогда мы и решили повернуться на Запад. В 1994 году подписали первый контракт с «Фольксвагеном». Эта компания многому нас научила.
 
«Если вы заставляете людей страдать, вы должны страдать и сами»
- На Западе в кризис увольняют работников, снижают зарплаты. Вы тоже пошли по такому пути?
- Нам пришлось принять непопулярные меры. В начале кризиса мы распродавали склады с машинами себе в убыток. Первое полугодие мы вообще сработали в минус. После этого мы закрыли все нерентабельные предприятия, все инвестиционные проекты, персонал пришлось сокращать где-то на 20%, особенно на Украине. Беларуси это коснулось в меньшей степени, но если негативные тенденции будут усиливаться, то придется и здесь провести сокращения. Я лично объехал все автоцентры, говорил с сотрудниками, предупреждал, что наступили тяжелые времена и что нужно снижать зарплату. Это трудно сделать, когда перед этим были «жирные» годы. Быстро урезать зарплаты невозможно. Мы делали это в три этапа: в сентябре, потом в ноябре, потом в январе. Отменили также премии и бонусы.
- А вы сами начали экономить?
- Когда понижаешь зарплату сотрудникам, очень важен психологический момент: если вы заставляете людей страдать, вы должны страдать сами. В противном случае вам не будут верить. Я публично сказал, что не получу в 2009 году в компании ни копейки.
- И на что живете?
- На проценты от вкладов. У меня есть депозиты в российских банках, есть в белорусских. Поскольку в основном я и моя семья живем в Москве, то бюджет семьи складывается в российских рублях. Машины я покупаю в кредит, так что сейчас решил не рисковать, машину менять не буду. Отказался от ремонта на даче. Еще была идея купить соседский участок и так расширить свой. Но пока этого делать не буду.
Я вообще сторонник накоплений. Я, когда начал деньги зарабатывать, их не тратил, а собирал. Первое жилье я себе построил только восемь лет назад, это дом под Минском, в котором теперь живет моя первая супруга. Сам я, когда приезжаю в Минск, живу у родителей.
 
«Если не распишу все в ежедневнике, день проведу бездарно»
- Ваш ритм жизни из-за кризиса сильно изменился? Жить и отдыхать успеваете?
- Раньше были проблемы роста и я их решал с утра до вечера, а теперь есть проблемы кризиса и я их с утра до вечера решаю. Но времени на отдых мне хватает. Например, на прошлые выходные ездили с другом кататься на гидроциклах и водных лыжах на Средиземное море. Но, для того чтобы хватало времени на все, я беру ежедневник и планирую знаковые вещи на год вперед. У меня никогда не бывает спонтанного отпуска.
Когда-то, еще в школе, я активно занимался греблей. Для того чтобы проплыть две тысячи метров, нужно было делать 37-38 гребков в минуту. И мой тренер мне говорил: «Олег, хочешь выиграть, научись расслабляться на выдохе». Вот так я живу: на работу приходишь сконцентрированный по максимуму, как можно больше стараешься сделать, а вечером нужно уметь расслабляться. Но только не алкоголем. Стараюсь три раза в неделю заниматься спортом. Если живу в Минске, то это - теннис по утрам, если в Москве - футбол или волейбол с друзьями. Для меня за счастье, когда в субботу можно просто валяться до обеда в кровати и ничего не делать.
Вот я сейчас в Минске, прихожу с работы, чего-нибудь перекушу и сажусь перед телевизором. Часа полтора щелкаю каналы, пока не наткнусь под какую-то передачу на «Дискавери», и под нее засыпаю. Потом мама или папа приходят, будят меня, говорят: «Олег, иди спать». Дома, кстати, то же самое, только по мне еще дети ползают.
Я на самом деле волокитчик, если меня оставить без плана, то я бездарно проведу весь день. Я поэтому и планирую свой график достаточно жестко, чтобы не было промежутка времени отвлечься на какую-то ненужную вещь.
 
«Можно обижаться на какого-то чиновника, а не на страну»
- А где вам комфортнее жить, в Минске или в Москве?
- Здесь, в Минске, я больше успеваю. Могу за день провести шесть встреч, а в Москве - только три. Мне нравится эта страна, люди, которые здесь живут… Но именно здесь у меня недавно арестовали моего заместителя. И вот пока он сидел в СИЗО КГБ, я пытался понять: это «наезд» на «Атлант-М» или это просто частное дело? На самом деле я до сих пор не могу разобраться. Но в Беларуси это стало модно - поймать какого-то крупного бизнесмена и как бычка привести его в стойло. Очень много моих коллег по автобизнесу от этого пострадало. Вот я смотрю: арестован мой зам по безопасности, никто мне ничего объяснить не может. Приговор, который дал мне судья, бредовый. Два года человек получил за то, что не продлил разрешение на официально выданный спортивный пистолет, который у него уже десять лет. И еще три года - за пособничество в организации в даче взятки в тысячу долларов неустановленному лицу. Это же звучит как пособничество в изнасиловании неустановленной девушки! Моего зама осудили на основании доноса, который написал человек, ранее осужденный за мошенничество. Я сам присутствовал на последних двух заседаниях суда, все это длилось два-три месяца, честно говоря, я в какой-то момент испугался. Я себя в Беларуси чувствовал достаточно уверенно. Не боялся ничего. Но, когда я увидел, как осудили этого человека, у меня что-то надорвалось. Сейчас я с этим сжился. Но коллегу мне своего очень жалко.
- А уехать в этот момент насовсем из страны не хотелось?
- Обижаться можно на какого-то чиновника. На страну обижаться нельзя. «Атлант-М» считает Беларусь своей колыбелью. Мы одновременно начинали бизнес в Москве и здесь. И здесь как-то получалось лучше, основная команда здесь формировалась. Большинство наших директоров, топ-менеджеров имеют белорусские паспорта. Мы будем и дальше стараться работать в Беларуси.
 
ДОСЬЕ
Хусаенов Олег Ильгизович родился 4 декабря 1964 года в семье геолога в Северном Казахстане. Первый капитал заработал на биржевых операциях. В 1994 году подписал первый дилерский контракт с «Фольксвагеном». Немцам сотрудничество понравилось, и через несколько лет подробные контракты «Атлант-М» заключил в Москве (1998 год) и в Украине (1999 год). За пять лет своей работы «Атлант-М» выплатил в бюджет Беларуси больше 43 млн. долларов налогов (с 2003 по 2008 год).
 
08:19 13/08/2009




Loading...


загружаются комментарии