Рубль вновь входит в зону неопределенности

Злой рок как будто преследует белорусский рубль в последнее время: только-только возникает впечатление, что проблемы с его курсом решены, как тут же появляются новые вопросы, в связи с чем прогнозы приходится пересматривать.

Рубль вновь входит в зону неопределенности
Были варианты
 
На этот раз причиной изменений перспектив курса стали заявления президента Беларуси Александра Лукашенко, сделанные 16 января во время его встречи с председателем правления Национального банка Надеждой Ермаковой.
 
Обсуждая ситуацию, сложившуюся в прошлом году на финансовом рынке, президент сказал: "Разные были мнения, разговоры о том, что мы тут чуть ли не политику собираемся менять в финансовой сфере. Разных слухов хватало провокационных. По моим данным, Национальный банк и правительство достойно прошли этот период. И, как показало время, слухи эти были ни на чем не основаны".
 
В данном случае не совсем ясно, что имеется в виду под политикой в финансовой сфере. В прошлом году произошло, собственно, единственное принципиальное изменение в финансовой сфере: Национальный банк по распоряжению президента с марта 2011 года прекратил продавать валюту из резервов страны для удовлетворения спроса на нее со стороны импортеров, что и привело к скачку цен, девальвации белорусского рубля и прочим последствиям. Но все это не слухи, а факты, пишет газета Белорусы и рынок.
 
Возможно, А. Лукашенко имел в виду обсуждавшиеся летом 2011 года планы по введению ограничений на продажу валюты физическим лицам. Но и это не слухи. Как сообщил сам президент 30 августа 2011 года на совещании по вопросам социально-экономического развития, руководство страны рассматривало три варианта возможной финансовой политики.
 
Первый состоял в том, чтобы законсервировать текущее на тот момент состояние (низкий официальный курс доллара, внебиржевой рынок с высоким курсом доллара, отсутствие валюты в обменниках и т. п.). Вариант был отвергнут, потому что, как сообщил президент, в финансовом секторе и на валютном рынке все возможные риски и дисбалансы нарастали, что могло сказаться на экономике. К тому же, отметил тогда А. Лукашенко, "вокруг все живут по другим законам, по другим принципам".
 
Второй вариант заключался в жесткой фиксации курса рубля, как это было в те времена, когда Национальный банк возглавлял Петр Прокопович. Данный вариант также был отвергнут, так как при этом сохранялись большие риски повторения сложившейся ситуации из-за негибкости управления валютным курсом.
 
Был принят третий вариант, который и стал новой финансовой политикой, отличной от политики в эпоху П. Прокоповича: введен единый курс рубля, определяемый на основе спроса и предложения на валюту без искусственной поддержки Нацбанка. Внебиржевой рынок был закрыт и почти все сделки переведены на биржу. Нацбанку было разрешено поддерживать курс рубля, но не за счет резервов, а за счет покупаемой на внутреннем рынке валюты.
 
Возможно, говоря 16 января об отсутствии изменений финансовой политики, А. Лукашенко имел в виду что-то другое, например, принципы организации работы банковской системы страны. Здесь действительно политика в значительной степени сохранилась.
 
Правда, изменения тоже есть. Так, Н. Ермакова в ходе рабочей встречи с президентом Беларуси 16 января сообщила следующее: "В экономике сложилась ситуация, когда она обеспечивает сама себя без дополнительной поддержки банковской системы". Во времена П. Прокоповича ситуация была прямо противоположной: экономика развивалась как раз за счет дополнительной поддержки банковской системы.
 
Без интервенций не обойтись
 
Но 16 января А. Лукашенко сделал еще одно заявление, нуждающееся в пояснении: "Золотовалютные резервы у нас впервые в истории достаточны для того, чтобы сегодня любой курс национальной валюты поддерживать. Но он должен быть обоснованным, разумным, как мы договаривались, и обязательно свободным".
 
Неясным кажется высказывание о достаточности резервов для поддержки курса рубля, так как в прошлом году было принято решение курс рубля искусственно продажами валюты из резервов не поддерживать. Поэтому достаточно их или недостаточно, для курса не имеет никакого значения. Впрочем, президент это, собственно, и подчеркнул в следующей фразе, где сказал, что курс рубля должен быть свободным.
 
Таким образом, высказывание президента, возможно, следует понимать так: резервы для поддержки курса белорусского рубля есть, но делать это руководство страны не собирается.
 
Однако, к сожалению, ситуация не кажется столь простой. Дело в том, что буквально через несколько месяцев предстоит вновь решать проблему: стоит поддерживать белорусский рубль за счет резервов или не стоит. И парадокс в том, что вполне может быть принято решение об использовании резервов для поддержания рубля, то есть о возвращении к той политике, которая проводилась в те времена, когда Национальный банк возглавлял П. Прокопович.
 
Основания для такого предположения есть: это желательность подъема уровня жизни населения к осени текущего года, когда должны состояться выборы в Палату представителей Национального собрания Беларуси. К тому времени надо было бы продемонстрировать, что страна выходит из кризиса и зарплаты в долларовом выражении снова растут. Проблема в том, что сделать это без использования золотовалютных резервов вряд ли удастся.
 
Пока курс рубля удерживается, похоже, без проведения интервенций Нацбанка из резервов, так как приток валюты на внутренний рынок позволяет финансировать дефицит внешней торговли.
 
В первую очередь можно отметить, что довольно много валюты на внутреннем рынке продает население. Как сообщила 16 января Н.Ермакова, население продает в день на 5-7 млн долларов валюты в долларовом эквиваленте больше, чем покупает.
 
И действительно, в декабре население продало банкам наличной валюты на чистой основе на 175 млн долларов. В ноябре аналогичные продажи составляли 166,4 млн долларов, а всего за 2011 год население продало банкам наличной иностранной валюты на 470,1 млн долларов больше, чем купило.
 
Кроме того, постоянно растет и сумма валютных вкладов населения в банках. Так, в декабре величина валютных депозитов населения в белорусских банках выросла на 204,2 млн долларов (до 4,2 млрд долларов). С октября 2011 года данные депозиты приросли на 652,7 млн долларов.
 
Так что население пока обеспечивает довольно существенный приток валюты в банковскую систему РБ, и эта валюта (по крайней мере, отчасти) используется для поддержки курса рубля. Таким образом, сложившийся в настоящее время курс белорусского рубля не отражает баланса спроса и предложения на валюту со стороны субъектов внешней торговли. Курс искажен притоком валюты со стороны населения. К тому же рубль поддерживают и высокие ставки по рублевым кредитам.
 
Эти факторы являются временными, поэтому, когда их действие прекратится, рубль должен начать слабеть, если, разумеется, Нацбанк и президент не решат к тому времени начать использовать золотовалютные резервы.

 
 
Рубль обречен на ослабление
 
Произойти это должно, по-видимому, весной или в начале лета 2012 года. К этому времени инфляция снизится, будет уменьшена ставка рефинансирования, что сделает менее привлекательными вклады в белорусских рублях и более привлекательными рублевые кредиты. Спрос же на наличную валюту будет постепенно расти, так как чем дольше сохраняется стабильность курса, тем большими становятся девальвационные ожидания: урок 2011 года население усвоило надежно.
 
Кроме того, будут расти зарплаты и импорт, простимулированный увеличением доходов населения. Все это приведет к росту спроса на иностранную валюту на бирже, который в конце концов уже будет невозможно удовлетворить без использования золотовалютных резервов.
 
Если использовать резервы, то курс рубля можно будет оставить почти неизменным, что позволит удержать рост цен и продолжить рост зарплат в долларовом эквиваленте. Причем плата за это будет относительно небольшой - буквально 1-2 млрд долларов из резервов за несколько месяцев. Зато населению будет продемонстрировано реальное улучшение его уровня жизни.
 
Во втором случае - если резервы экономить - свободный курс рубля начнет расти примерно пропорционально увеличению заработной платы (в рублях), ускорится инфляция, заморозится или даже упадет по отношению к текущему уровню зарплата населения (в долларовом выражении) и снизятся темпы роста ВВП. Все это перед парламентскими выборами нежелательно.
 
Какой вариант будет выбран на будущем совещании, сказать сложно. Исходя из текущей финансовой политики, должен быть выбран второй вариант, но исходя из перспективы приближения выборов, следует отдать предпочтение первому.
 
Обвал маловероятен
 
Если будет выбран первый вариант, то есть руководство ради сохранения спокойствия в стране решит потратить немного резервов, тогда нас ожидает частичное повторение событий конца 2010-го - начала 2011 годов. Благодаря стабильному курсу и активным тратам государства зарплата перед выборами вырастет пусть не до 500 долларов, но, допустим, до 400 долларов, и правительство с чистой совестью сможет сказать, что кризис позади. Однако буквально через несколько недель после выборов выяснится, что резервы опять сократились до опасного уровня. На трату резервов снова будет наложено табу, и рубль опять ослабеет.
 
Но прошлая история, по-видимому, повторится не во всех деталях. Новая девальвация рубля на этот раз будет не в 3 раза, а всего на 20-30% (в зависимости от того, до какого уровня увеличится зарплата). Дело в том, что, в отличие от начала 2011 года, сейчас практически все сделки с валютами совершаются на бирже, тогда как тогда сделки проводились на внебиржевом рынке, причем курс формировался на узком сегменте этого рынка.
 
Государственные предприятия в рамках министерств и концернов организовали тогда собственные замкнутые рынки, доступ на которые "чужим" импортерам был закрыт. Так, первый заместитель премьер-министра Беларуси Владимир Семашко 30 июня 2011 года сообщил, что вокруг МАЗа образовалась "внутриминистерская биржа", где МАЗ после обязательной продажи 30% валютной выручки на бирже обеспечивает валютой всех своих поставщиков, которые даже не входят в систему МАЗа.
 
Это и погубило рубль. Для не попавших в "министерские биржи" импортеров был доступен только узкий сегмент рынка с крайне ограниченным предложением, что и загнало курс доллара так высоко. Плюс подскочили цены, сформировались высокие девальвационные ожидания и продолжалась денежная эмиссия. Все это и обеспечило ослабление рубля почти в 3 раза, хотя для достижения того же результата, который в итоге был получен на финансовом рынке, было достаточно девальвации рубля всего примерно на 40% (как, кстати, в начале кризиса и говорили специалисты Нацбанка).
 
Теперь же курс рубля формируется на всем валютном рынке, так как почти все сделки с иностранными валютами совершаются на биржевых торгах, а не на узком сегменте внебиржевого рынка, поэтому курс будет меняться в тех пределах, которые необходимы для достижения равновесия. Плавно или скачкообразно - это уже вопрос техники, к которой прибегнет Нацбанк.
 
Пределы будущей девальвации оценить довольно легко, так как эксперимент 2011 года показал, какой является зарплата, обеспечивающая равновесный курс рубля, не требующий поддержки либо за счет резервов страны, либо за счет средств населения: 250-300 долларов.
 
То есть если, поддерживая курс рубля за счет резервов, зарплату в Беларуси к выборам поднимут, допустим, до 400 долларов, то после выборов можно ожидать девальвации примерно на 30% (разумеется, в случае прекращения роста зарплаты за счет эмиссии рублей). А если увеличение зарплаты не прекратится, то и девальвация будет продолжаться. Предела здесь нет.
15:34 23/01/2012




Loading...


загружаются комментарии