Основатель Gett побывал в ПВТ: Минские разработчики Juno — лучшие на мировом уровне

В конце апреля  онлайн-сервис по заказу такси Gett приобрёл Juno, стартап сооснователей Viber Игоря Магазиника и Тальмона Марко с центром разработки в Минске.

Во время однодневного визита в Минск серийный ИТ-бизнесмен Дейв Вайсер, основатель и СЕО Gett, познакомился с командой разработки Juno, обсудил судьбы отрасли с главой ПВТ Всеволодом Янчевским и дал эксклюзивное интервью Наталье Провалинской из dev.by. Публикуем фрагменты.



Справка dev.by. Дейв Вайсер родился в Москве. Его отец, инженер-электронщик, работал над ракетными комплексами в советском оборонном НИИ и потому не смог получить разрешение на выезд в Израиль. В 1991 году 16-летний Шахар Смирин (в СССР он носил отцовскую фамилию) в одиночку, не зная ни слова на иврите, уехал в Тель-Авив. Там его отправили в частную школу-интернат, основанную в 1947 году для детей беженцев из Европы. Отслужив в армии и поступив на факультет компьютерных наук местного университета, в 1997 году он основал в Тель-Авиве свой первый стартап по продаже подержанных автомобилей. В 2002-2005 годах возглавлял российский офис публичной компании Comverse, поставщика решений для мобильной связи, подняв выручку компании в России с $17 млн до $300 млн, а её долю на российском рынке — до 80%. После чего переехал в Сан-Франциско. Среди его проектов — Trusted Opinion, соцсеть для обмена мнениями о разных местах развлечений (она привлекла $5 млн и миллион пользователей, но была закрыта), Loyalize, позволяющий пользователям рейтинговать телепрограммы и общаться во время эфира, и скидочный сайт Vigoda.ru. В 2010 году на деньги инвестора Лена Блаватника был запущен GetTaxi — шестой и самый успешный сетевой стартап 42-летнего бизнесмена. В 2013 году Forbes выбрал GetTaxi в топ-15 самых быстрорастущих компаний мира. Сегодня сервис представлен на рынках Великобритании, Израиля, России и США.

— Нам повезло: примерно раз в поколение удаётся оказаться на пороге технологической революции. То, что происходит сегодня с технологиями в транспорте, — это именно революция, и топтаться в сторонке было бы глупо. Поэтому мы предпочитаем участвовать.

Прорывные технологии, лучшие на рынке, — основа этой революции. Географический охват выстраивается вокруг них, а не сам по себе, иначе он «схлопнется». Juno — это самые прорывные разработки и талантливая команда, а у Gett, помимо этих двух составляющих, есть капитал и важные стратегические партнёры. Исторически мы росли 300 процентов год, а в последнем квартале выросли на 100 процентов. Вдумайтесь только, за один квартал.

Всё это, надеюсь, позволит нам построить вместе нечто по-настоящему большое. Мы замахиваемся на то, чтобы стать игроком №2 в Америке. Да, это займёт какое-то время, но сейчас амбиции именно таковы — построить powerhouse, который распространится от Европы (где Gett уже пришла в 100 городов) до Америки.

— О какой технологической революции вы говорите?

— Не секрет, что сегодня все автопроизводители в конечном счёте вкладываются в развитие беспилотников. Речь не идёт о бесконечно далёком будущем. Первые беспилотники класса 5 (целиком автономные автомобили) появятся через 5-7 лет (а по мнению Илона Маска, даже через два года). В автомобилестроении это всего-то один цикл. Закупки деталей для тех машин, которые сойдут с конвейера через 5 лет, происходят уже сейчас.

У Gett есть очень важный стратегический партнёр в мире автопроизводителей — концерн Volkswagen. Он сейчас №1 в мире по производстводству автомобилей, с его конвейеров сходит больше 10 млн машин в год. Если удастся «скрестить» наши технологии так, чтобы они стояли в каждом автомобиле Volkswagen — кто знает, как широко через 5 лет разойдутся (точней, разъедутся) наши сегодняшние разработки.

— Gett возит порядка 6000 крупных корпораций. Почему в эту нишу не идут такие игроки, как Uber и Lyft?

— Уже идут, но мы были первыми. Поэтому сегодня мы номер №1 по количеству корпоративных клиентов, более половины из списка Fortune. Это большая часть нашей выручки — порядка 40 процентов.

Корпоративный рынок очень интересен: эта публика ценит качество. Они не готовы терпеть то, что может потерпеть обычный пассажир ради скидки.



В России есть очень яркий пример, что происходит, когда государственная компания не боится инноваций: «Сбербанк», ставший нашим акционером. Год назад мы запустили пилот, очень волновались: ведь мы заменяли внутренний парк автомобилей на облачное решение. Было страшновато. Сотрудники могли воспользоваться этим как угодно: отправить машину с кошкой к ветеринару вместо поездки по делу. В итоге за год они сэкономили 44 процента!

Наша технология показывает, что транспортные расходы в корпорации могут и не быть «чёрным ящиком».

Опционы для водителей: пока рано говорить

— Сегодня Gett действует под девизом «чем лучше мы обращаемся с водителем, тем лучше он обращается с пассажирами». Вы изобрели его раньше, чем Juno?  

— Нет, Juno в этом смысле была пионером, она подтолкнула к этому Gett. Удивительная ситуация: хотя на рынке присутствует 7-8 больших игроков, только две компании (а сейчас уже одна) выбрали стратегию заботы о водителях.

Причина, по которой мы в Минске, — талант.

Команда делает бизнес успешным. Да, капитал и везение важны, но везение приходит, когда долго тренируешься. Вот команда здесь долго тренировалась. То, что ребята создали за 2 года, это уникальное явление.

На секундочку, только представьте себе: разработчики в Минске должны были сделать лучшее решение для Нью-Йорка. Лучше, чем то, что делают американские разработчики на локальном рынке. И их технология действительно лучше. Представляете уровень этих инженеров, если они всё это проделали, не имея возможности пользоваться своим продуктом, тестировать по пути на работу? Это фантастика. Они лучшие не в Беларуси, а на мировом уровне.

Первая встреча — с Янчевским: Gett собирается инвестировать «в страну»  

— Знаете, я никогда не бывал в Беларуси, это моё первое утро в Минске. И первая же встреча — в ПВТ, с главой Парка Всеволодом Янчевским. Вот такое начало дня. Проговорили минут 40. Первый же вопрос, который я услышал: чем мы можем помочь вашему бизнесу? Как сделать так, чтобы вы инвестировали больше в развитие своего штата, в экономику, в страну? Поверьте, это сильно отличается от того, что нередко можно услышать в верхах.

По-моему, в Беларуси ситуация похожая на израильскую: внутренний рынок в Израиле очень небольшой — это и плохая, и хорошая новость. Если вы собираетесь строить крупный ритейл-бизнес в Израиле, то, скорей всего, не построите. Зато вы можете с первого дня строить нечто, что будет использоваться во всём мире. Очень многие сегодняшние компании на NASDAQ начинались в Израиле. Всё это было построено благодаря стратегическому видению руководства, которое сказало: окау.

Сегодня, на мой взгляд, для Беларуси имеет смысл вкладываться в образование, чтобы «генерить» больше талантов — об этом мы тоже поговорили. Есть простое правило: талант притягивает талант. Если мы сможем находить больше талантов такого уровня, как в команде Juno, это определит наши возможности роста.

— Вы, конечно, наслышаны об условиях, которые ПВТ предлагает айтишным бизнесам. Насколько они выгодны, по-вашему?

— Налогообложение в Беларуси сегодня — одно из лучших, если не лучшее. Я бы сравнил, пожалуй, с Ирландией, а тамошнее налоговое законодательство сделало Ирландию великой страной.

Прошло уже 12 лет с момента создания Парка. Если государство не только даёт обещания, но и держит их, это создаёт комфорт для бизнеса, который приходит извне. Бизнес говорит: ОК, мы сюда приходим не на один год, нам важно знать долгосрочные правила игры. Например, Gett как компания смотрит на 5 лет вперёд, когда будут доступны роботакси. Между стадией 2, на которой мы находимся сегодня, и стадией 5, полностью автономной, — много километров автопробега. Выстраивая стратегию, мы хотим понимать, что это игра долгая.



— Вы как-то сказали, что в России вам изрядно мешала «культура осуждения». В Беларуси она тоже очень развита.  

— Когда мы только-только пришли в Россию, расклад был такой: мы, правильный и позитивный малый бизнес в белом пальто, засучили рукава и попытались влезть в то, что работало плохо. Рынок такси был сложный, полукриминальный, неудобный. Во многих странах в такой ситуации мы нашли бы поддержку: мол, давайте, ребята, чем вам помочь? Вот Израиль с этим сильно поддержал. А в России нам всё время повторяли: ничего не получится, всё сложно, зачем вам надо? Вот это мне было непонятно.

Но приём, который оказали мне в Беларуси, совсем другой.

— Ваш отец занимался секретными ракетными комплексами в СССР. Не чувствуете наследственного желания однажды потягаться не с Lyft, а со SpaceX?  

— У меня остались очень яркие воспоминания из детства: я ходил и смотрел на первые огромные ламповые компьютеры, а папа сновал среди этих огромных шкафов, как сумасшедший профессор: всклокоченные волосы, явно мог не спать по нескольку ночей. Мне рассказывали, как один раз он вдруг начал поливать пол водой. Все подумали, что дело плохо. На самом деле, нужно было снять излишнюю электризацию воздуха, чтобы оборудование работало без сбоев.

Но, пожалуй, этих тёплых ламповых воспоминаний недостаточно, чтобы потягаться с Илоном Маском.

Впрочем, сегодня уровень развития технологий позволяет сократить промежуток времени между безумной идеей и её воплощением до минимума, так что who knows.

— В Израиле и США, по вашим наблюдениям, чувствуется новый уровень развития общества: люди хотят создавать социально ответственные бизнесы, делать мир лучше, и это не просто смешной стартап-мем. Ведь, чтобы мальчик-волонтёр надел перчатки для сортировки мусора, должно было смениться несколько поколений, передававших друг другу идею личной ответственности. А в бывшем СССР уже чувствуются такие настроения?

— Мне кажется, новое поколение в глобальном мире отличается этим: пониманием, что не все ценности материальны, есть ещё и важные «внутренние» вещи, взаимопомощь, гуманизм. Это понимание нельзя спустить указом сверху: если у человека нет внутреннего импульса, значит, нет. Этот импульс — часть персонального роста.

Новое поколение во всём мире — другое. Бывший СССР — это, конечно, пока ещё не Калифорния. Но даже он скоро перестанет быть «бывшим СССР» в том значении, которое вы вкладываете в этот вопрос.  

13:42 19/05/2017









Cервис комментирования Disqus позволяет легко авторизоваться через фэйсбук и твиттер, а также напрямую в Disqus. Даёт возможность репостить комментарии в фэйсбук, а также использовать изображения. 
Подробнее читайте здесь.
Ветеранам Клуба Партизан, мы оставляем и старую форму авторизации.
 
Загрузка...
Loading...


загружаются комментарии