"Молодой фронт" уже не молод. Самое время -- подумать о будущем 1

Тысячи молодофронтовцев остались в прошлом, как и многочисленные яркие акции, партизанинг с вывешиванием бело-красно-белых флагов в больших и малых городах. Но организация есть и проводит очередной съезд. Какой он, молодофронтовец, сегодня и зачем нужен "Молодой фронт"? "Белорусский партизан" поговорил с Дмитрием Дашкевичем.


"Молодой фронт" уже не молод. Самое время -- подумать о будущем
В этом году молодофронтовцы праздновали 20-летие. Организация стала колыбелью для многих известных политиков, журналистов, правозащитников, маркетологов, которые сегодня уже не занимаются политической деятельностью и даже не всегда активны, но с ностальгией вспоминают бурную молодость. Многие активисты обзавелись семьями, кто-то уехал из Беларуси, и как таковой смены поколений в организации не случилось. Политическая ситуация в стране, репрессии против молодых и активных, общая апатия, -- факторов много.


- Два года назад "Молодой фронт" отказался от централизованного руководства организацией в пользу коллективного Сойма. Насколько эффективным оказалось это решение? Может, за это время появился лидер, который готов взять на себя ответственность за национальное лидерство? 

- Решение, я считаю, было эффективным. Когда я пришел в организацию лет 16 назад, это были в основном школьники. Тысячное движение. Мы помним это национальное движение. Каждый столб был заклеен наклейками "Молодого фронта". Сегодня "Молодой фронт" - студенты, аспиранты, работающая молодежь. Люди, которые знают, чего они хотят от жизни. И минимально им нужны постоянные толчки и вдохновение на деятельность. Люди самодостаточные. Я думаю, что последние два года были, наверно самыми успешными, если сравнивать в контексте общей общественно-политической ситуации в стране. Были успешные и яркие акции. Решение о дальнейшей форме руководства будут принимать делегаты съезда завтра. Возможно, мы выйдем на вариант сопредседательства. Одного лидера, который бы взял все на свои плечи, нет. Но есть ряд сильных, заметных лидеров, которые готовы брать на себя ответственность.

- Помнящие люди и диванные комментаторы любят повторять, мол, "Молодой фронт" - уже, как говорится, не торт... Почему?

- Мы все живем в обществе с глубокой депрессией. Мы все, кто добивается перемен в Беларуси, 25 лет терпим беззаконие в стране. Что у нас тут "торт"? Я могу отвечать за себя и десяток-другой соратников, с которыми работал в последние годы. Без претензии на миссионерство. Мы решили критически оценить свое положение. И мы это сделали. Мы не заявляем, в отличие от многих организаций, что у нас тысячи активистов. В каждой партии по 3-5 тысяч активистов... Мы критически подошли к определению слова "активист". Активист - это человек, который может выйти, не отрываясь от работы или учебы, и собрать 1,5 тысячи подписей. 

Если всей белорусской оппозиции было бы минимум 100 таких активистов, никогда не возникал бы вопрос: как собрать для кандидата в президенты 100 тысяч подписей. Наш активист выходит и собирает 1,5 тысячи подписей. Без фондов, без внешней поддержки, опираясь на свои силы и заработок. Поэтому, торт это или не торт... Мы спокойно работаем. Кто-то это даже оценивает, хотя мы не претендуем на эту оценку и не кичимся тем, что вышли и добились чего-то в Куропатах, например. 


Мы просто вышли по зову сердца: надо стать на защиту, так как будет потом стыдно идти на Дзяды рядом с этой стройкой. Мы выходили с пониманием, что нас скорее посадят. Да, но получилась такая интересная победная кампания, которую по итогу поддержали несколько сотен людей. Но сначала вышли 6 человек.

- Куда сегодня идет молодежь? Репутация "Молодого фронта" всегда была радикальной, буйной. А это значит - опасность попасть под репрессии.

- Словосочетание "идет молодежь" мы сегодня не можем использовать. Все инициативы, которые когда-то были успешными, держатся на единицах самоотверженных людей. Глеб Лободенко, Андрей Ким и так далее. Это не сотни людей делают. Анализировать надо много вещей в контексте сегодняшней Беларуси. А контекст такой. Когда я пришел в "Молодой фронт", в 9 минских районах было 9 районных советов, в каждом по 50 человек, которые 2 раза в неделю встречались и обсуждали активность. Каждый столб в городе был заклеен. Где теперь такие потоки? Где теперь такие люди? Их нет. 

На это есть ряд объективных и субъективных причин. 23 года Лукашенко руководит страной. Я пришел в МФ по одной причине: я помнил бело-красно-белый флаг. У меня болело сердце, что его разодрал Лукашенко на лоскутки (прим. ред. -- физически разодрал Иван Титенков). Сейчас выросло поколение, которое в принципе не знает, что такое бело-красно-белый флаг. Не говоря уже о ряде поражений оппозиции, которые подорвали доверие людей. 

Например. По разным опросам, 20-30% выступали за бело-красно-белый флаг, белорусский язык и перемены. А почему в партиях и общественных организациях нет этих двух-трех миллионов человек? Хотя бы почему эти миллионы людей не поддерживают деятельность оппозиционных организаций? Это серьезный вопрос, над которым надо размышлять. 


- Нарисуйте собирательный портрет активиста "Молодого фронта".

- Вот недавно активисты принимали присягу. Стоит один преподаватель в аспирантуре, второй преподаватель из педагогического университета... Сегодня активист - это человек с высшим образованием, работающий, знает, чего хочет от жизни, куда идет. Ценности у нас давно неизменные: национальная идея, христианские принципы. 

- А зачем сегодня нужен "Молодой фронт", если за ним не стоят тысячи людей? Наоборот, людей становится все меньше. Что держит Вас от решения уйти и заниматься только семьей, бизнесом? 

- Меня держит то, что я в определенный момент попробовал посмотреть на Беларусь глазами Бога. Я понял, что Бог, который создал народы свободными, первым заботится о том, чтобы люди жили в правде и свободе. Это его борьба, он будет в этой борьбе действовать и проявлять себя. У нас более простая задача: оставаться верными, насколько это возможно. Мы поэтому действуем. Перед нами есть пример конца 80-х, который всегда меня вдохновляет. 

Про бело-красно-белый флаг знали только историки. Тем не менее, буквально через пару лет флаг развевался над миллионами и стал государственным. Были и худшие времена в Беларуси. Я размышляю: рано или поздно наступят перемены. Но для меня лично ничего не меняется -- завтра они наступят или еще через 20 лет. 

Я понимаю, что стремящиеся к переменам люди с альтернативным видением будущего Беларуси должны держать руку на пульсе, чтобы при изменении ситуации в стране не стоять где-то с раскрытым ртом и не сидеть у монитора компьютера. В конце 80-х-начале 90-х случилось национальное возрождение, которого никто не ждал. Люди, которые держали руку на пульсе и старались что-то делать, они возглавили национальное движение. 

- А на выборы "Молодой фронт" пойдет?

- У меня нет радикальной позиции, что нельзя в этом участвовать. Возможно, кто-то из активистов захочет поучаствовать на местном уровне. Нет никакой проблемы. Для меня лично - это бессмысленно. Хотя хорошо, когда есть опыт сбора подписей, коммуникации с гражданами. Мы стремимся проводить подписные кампании вне зависимости от избирательного календаря, не заявляя, что это единственная возможность собирать подписи. Идите, собирайте подписи за зеленые дворы, за флаг. Есть возможности. 


Напомним, "Молодому фронту" не один раз отказывали в официальной регистрации. За деятельность в составе незарегистрированной организации на активистов неоднократно заводили уголовные дела не смотря на то, что с международных трибун регулярно звучит требование к белорусским властям отменить статью 193.1 УК РБ. Последний приговор был оглашен в 2008 году. 

По словам Дмитрия Дашкевича, больше пробовать получить легальный статус молодофронтовцы не будут, так это "утопия, на которую нет смысла тратить время, силы и нервы". 

17:36 08/12/2017






‡агрузка...
cashback