Цена жизни (новая версия причин убийства Вероники Черкасовой)

Прошло полтора года после гибели известной журналистки Вероники Черкасовой. Следствие за это время не продвинулось вперед ни на шаг. Все попытки "повесить" убийство на сына погибшей Антона провалились, хотя 16-летнего парня не раз пытались запугать. В отличие от следователей, за прошедший год журналисты Творческой мастерской «Агентство журналистских расследований» сумели добыть новые факты, которые указывают на то, что убийство Вероники могло быть связано с ее профессиональной деятельностью. У нас появилась еще одна версия возможных причин убийства. Если она верна, то цена жизни белорусской журналистки составила ни много ни мало около 32 миллионов долларов.

Цена жизни (новая версия причин убийства Вероники Черкасовой)

Черный день календаря


20 октября 2004 года вошел в историю Беларуси как день, когда в нашей стране журналистов стали не только похищать, но и убивать. Убивать жестоко и без оглядки на последствия. В этот день в редакции газеты "Салiдарнасць" готовился в печать очередной номер. Ника сдала свой материал накануне, но все же планировала заехать на работу. В редакции она так и не появилась.


К вечеру сотрудники газеты, обеспокоенные тем, что мобильный и домашний телефоны Ники не отвечают, связались с ее подругой, которая, в свою очередь, позвонила родителям Черкасовой. В 22.20 отчим журналистки Владимир Мелешко и ее сын Антон открыли дверь квартиры Вероники и увидели жуткую картину.


Независимые СМИ не единожды пытались доказать, что убийство журналистки вряд ли связано с бытовыми разборками. Основные доводы такие:


Согласно данным МВД, раскрываемость бытовых убийств в стране составляет более 99%, поскольку сам характер совершения подобного преступления способствует тому, что убийца не успевает подумать о сокрытии следов своих деяний. При участии в таком преступлении подростка, обладающего минимумом жизненного опыта и не имеющего ни малейшего представления о работе органов правопорядка, раскрытие убийства становится и вовсе пустячным делом.


В то же время преступник, лишивший жизни Веронику, не оставил ни одного следа, который мог бы его идентифицировать. Он инсценировал бытовую ссору, нанеся жертве 43 ножевых ранения и уже после убийства разбрызгав кровь по стенам - об этом однозначно говорят опытные эксперты-криминалисты. Преступник незаметно прошел мимо десятка людей, постоянно снующих утром в доме №28, и даже наложил на глаза следователей темную повязку, через которую те до сих пор не видят иной версии происшедшего, кроме бытовой.



Причины и следствия


Год назад в ходе поиска причин, приведших к столь печальным событиям, журналистами была выдвинута такая версия:


Незадолго до гибели Вероника встречалась с бывшим сотрудником скандально известного "Инфобанка", имевшего непосредственное отношение к обслуживанию белорусско-иракских контрактов. Этот человек попросил Нику собрать для него все публикации на тему работы банка в Ираке. То есть, можно было предположить, что журналистку убрали, опасаясь некоего разоблачительного материала с ее стороны, который она могла готовить совместно с бывшим сотрудником "Инфобанка".


Между тем ни редактору газеты "Салiдарнасць", ни другим коллегам Вероники, ни ее близким не было известно, что она собиралась готовить такую публикацию. К тому же подобные журналистские расследования вообще не были ее жанром. Именно поэтому мы не остановились на одной единственной версии и, исходя из того факта, что убийство было совершено нагло, но профессионально, принялись анализировать все публикации Ники. Вскоре из сотен статей, очерков и интервью был выделен материал, проработка которого и информация о дальнейшей судьбе его героев показали, что в октябре Вероника Черкасова, вероятно, даже сама того не сознавая, попала на самый горячий край борьбы между двумя клановыми группировками страны. Вмешательство прессы, на которое рассчитывала одна из сторон, грозило другой стороне потерей около 16 миллионов долларов немедленно и еще приблизительно такой же потерей в недалеком будущем. Публикация не только создала реальную угрозу потери этих денег, но и могла серьезно пошатнуть позиции одного из кланов, который медленно, но уверенно брал верх. Речь идет о войне, которая развернулась вокруг контроля над гомельским заводом по производству вин (в настоящее время принадлежащему ООО "BST ltd") и находящемуся в стадии банкротства.



Лакомый кусок


Производство вин было организовано в Гомеле в начале 90-х годов белорусско-венгерским совместным предприятием "Вебер Майи". В то время страна ощущала острый дефицит такой продукции, поэтому СП "Вебер Майи" довольно быстро стало приносить очень высокие доходы. В условиях зарождающейся рыночной экономики (тогда первый белорусский президент еще не успел прервать роды) высокоприбыльное производство сразу же стало объектом вожделения весьма сомнительных структур.


Это было время, когда находящаяся на перекрестке Европы Беларусь представляла собой весьма лакомый кусок для российского криминала, который желал закрепиться на выгодной территории любой ценой и отсюда вести свои дела. Поэтому упитанная, быстро обрастающая шерстью белорусско-венгерская овечка в лице СП "Вебер Майи" просуществовала недолго - до 1996 года, когда его купило ООО "ПКП "BST ltd" (впоследствии ООО "BST ltd").


Официально, то есть по бумагам, покупка производства вин у СП прошла по всем правилам. Но в Гомеле ни для кого не секрет, что на самом деле имел место силовой захват предприятия. Основную роль здесь сыграли белорусские спецслужбы, где один из владельцев BST имел родственника.


Для захвата предприятия в отношении директора СП "Вебер Майи" была проведена операция по уличению в получении взятки в размере 400 долларов. Угодившая за решетку женщина пыталась объяснить своим гонителям, что 400 долларов ей и на мелкие расходы мало, и она бы никогда не стала марать руки, но над ней только посмеивались. У СП "Вебер Майи" было четыре учредителя, без согласия которых продать производство, казалось, было невозможно. Но на самом деле от директора зависело очень многое. Поэтому нет ничего удивительного, что через весьма непродолжительное время после освобождения директора и прекращения в отношении ее уголовного дела винодельческий завод стал принадлежать ООО "BST Ltd".


Полтора года после этого предприятие процветало. Виноматериал поступал сначала из Украины и Молдовы, а затем - из Македонии и Испании. Не будем говорить о качестве производимых вин, но брэнд BST в те времена значил в Беларуси очень многое. Единственное, что несколько портило идиллию, так это те сомнительные связи компании: со спецслужбами и представителем криминального мира Гомеля, известным гомельским авторитетом по кличке Кабан. Впрочем, в то время в городе все бизнес-структуры находились под «покровительством» не одной, так другой криминальной группировки. Коррупция в правоохранительных органах Гомеля разрослась так широко, что миновать «крышу» братков не было никакой возможности.



Первое убийство


В 1997 году у BST начались неприятности. Представители российского криминала выставили директору предприятия Игорю Герасименко, который также являлся одним из его владельцев, солидный счет. Из чего он проистекал, известно, наверное, только самому Герасименко. Но из данного факта можно предположить, что бизнес компании изначально создавался на деньгах российского криминала, который, наверное, просто потребовал свои дивиденды. У Герасименко свободных денег в это время не было - последние средства он вложил в поставку крупной партии виноматериалов. Поскольку перед братками за BST отвечал Кабан, то требование об уплате долга автоматически легло и на него. Речь шла приблизительно о миллионе долларов. И это была не шутка, что стало понятно, когда в октябре 1997 года машина Кабана была расстреляна киллерами из автоматов Калашникова. Сегодня обвинения в убийстве криминального авторитета предъявлены членам известной банды Морозова. Однако оперативные данные говорят, что «морозовцы» просто воспользовались заказом россиян, чтобы заодно подмять под себя и BST. Спецслужбы, обеспечивавшие до поры до времени безопасность BST, предусмотрительно предпочли в это дело не влезать.


После убийства Кабана Герасименко уезжает за границу. Он скрывается там несколько месяцев, пока не гасится конфликт с российским криминалом. Помощь в этом была оказана со стороны нового хищника белорусского бизнеса, крупнейшего продовольственного трейдера ЗАО "Евроопт".



Бесплатный сыр


В первой половине 1998 года на финансового директора ООО "BST ltd"  Александра Соловьева, на котором после бегства Герасименко осталось все производство, вышли с деловым предложением владельцы ЗАО "Евроопт" Сергей Литвин и Владимир Василько. Они предложили погасить все долги и дать денег на развитие производства. Столь своевременное предложение помощи, которая затем обернулась для BST потерей винного производства, дает основание предположить, что наезд российского криминала на Герасименко и на Кабана был изначально инициирован Литвиным и Василько. Они, кстати, никогда и не скрывали своих тесных связей с российским криминалом, хвастаясь в доверительных беседах, что за ними стоит солнцевская братва.


Предложенную помощь BST приняло практически сразу. Она позволяла не только снять напряженность во взаимоотношениях с российским криминалом, но также существенно развить производство, а затем при содействии ЗАО "Евроопт" выйти на необъятный российский рынок.


В августе 1998 года между BST и ирландской оффшорной компанией "Овермарс лимитед", которая является одной из подставных структур "Евроопта", был подписан договор о совместной деятельности по розливу вина. От имени ирландской компании выступал юрист ООО "Евроторг" (дочернее предприятие ЗАО "Евроопт") Александр Минов, от имени ООО "BST ltd" - Александр Соловьев.


После подписания договора на счет BST от ирландской компании поступили 300 тыс. долларов, которые сразу же были направлены на закупку оборудования и виноматериалов. Еще более миллиона долларов компания получила наличными по другим каналам, после чего Герасименко смог вернуться в Беларусь. Как показали дальнейшие события, оказанная помощь была всего лишь сыром в мышеловке. К тому времени "Евроопт" вынашивал планы по организации в Беларуси собственного производства вин (в дальнейшем оно было создано под маркой "Амбассадор") и сильный конкурент на рынке ему был абсолютно не нужен. Его следовало либо прибрать к рукам, либо уничтожить. Первым шагом к воплощению этого плана стала реализация вин BST через торговую сеть "Евроопта", что было одним из условий "помощи". Через реализацию продукции BST С.Литвин и В.Василько получили в свои руки рычаги, позволяющие им контролировать объем оборотных средств компании и тем самым держать ее за горло.


Весной 1999 года С.Литвин и В.Василько предъявили Герасименко ультиматум: либо они входят на 50% в долю винодельческого завода, либо просто разорят его. Герасименко категорически отказался идти на сделку, и BST была объявлена война, которая, по имеющимся данным, стоила жизни еще трем людям, в том числе и журналистке Веронике Черкасовой.



Расстановка сил


Прежде чем приступить к описанию боевых действий, которые идут и по сей день, следует рассказать о расстановке сил двух клановых группировок. BST прикрывало Управление КГБ по Гомельской области, где работал сын одного из владельцев фирмы. Это было сильное прикрытие, оно обеспечивало надежную защиту интересов завода, но лишь до той поры, пока не нашлось более могущественных чиновников.


К началу военных действий расстановка сил была явно не в пользу BST, если бы они это поняли, то, наверняка, сразу же пошли бы на мировую. Но в то время мало кому было известно, кто стоит за «Еврооптом». Помимо российского криминала, готового в случае необходимости выполнить и грязную работу, «Евроопт» надежно прикрывали и несколько крупных чиновников во властных структурах Беларуси. Основную силу составляли трое: Владимир Коноплев, Леонид Глуховский и Александр Шпилевский. Все трое были на тот момент депутатами и все трое еженедельно ездили в «Евроопт» попариться в сауне. Они не скрывали своих связей с бизнесменами. Сергей Литвин даже был помощником у Леонида Глуховского, который на тот момент не только депутатствовал, но и занимал должность заместителя министра внутренних дел и председателя Следственного комитета МВД. Кроме того, Глуховский являлся полномочным представителем президента в Гомельской области, а Коноплев – ближайшим соратником и самым доверенным лицом главы государства. Александр Шпилевский в то время не столько покровительствовал «Евроопту», сколько сам пользовался его покровительством. Он начал «отдавать долги» лишь в 2004 году, став председателем Государственного таможенного комитета.


Отдельно от этой троицы следует отметить Виктора Каменкова, который тогда занимал пост первого заместителя Высшего хозяйственного суда. В отличие от трех первых лиц, он своих связей с «Еврооптом» не светил. Но именно он сыграл во всей истории ключевую роль. Можно однозначно утверждать, что не будь Каменкова, дело изначально могло принять совершенно иной оборот. И сегодня именно председатель ВХС В.Каменков является основным щитом «Евроопта» и держит под контролем ситуацию с винодельческим предприятием.



Война: начало


После отказа продать Литвину долю в BST у предприятия начались неприятности. В июле 1999 года от Минова как представителя "Овермарс лимитед" поступило письмо о расторжении договора о совместной деятельности. У BST на тот момент были четыре владельца: И.Герасименко, А.Соловьев, А.Козловский и В.Бернатович.


В августе 1999 года А.Соловьев, А.Козловский и В.Бернатович все дружно принимают решение об освобождении И.Герасименко от должности генерального директора компании. Есть информация, что за несколько дней до этого они все вместе имели длительную доверительную беседу с Василько. Правда, отставка Герасименко не спасла положения. После расторжения договора с "Овермарс лимитед" со стороны ООО "Евроторг" в Хозяйственный суд г.Минска поступает исковое заявление о неисполнении BST ltd денежных обязательств по товарообменному контракту. К иску тут же присоединяется "Овермарс лимитед".


Согласно договору ООО BST ltd с "Овермарс лимитед", "ирландская" компания выделила 385 тыс. долларов на закупку оборудования. Деньги должны были возвращаться в течение восьми лет с выгодными для кредитора процентами. Но в суд "ирландцы" выставили требование не на 385 тыс., а на 1,185 млн. долларов и потребовали, чтобы деньги были возращены немедленно. Возможно, в зачет пошли и те деньги, которые Литвин и Василько выделили BST в обход официальной бухгалтерии. Сумма требований "Овермарс лимитед" много раз менялась (до 1,8 млн долларов), но в конце концов была признана судом в размере 789,18 тыс. долларов.


После выставления требований судья Хозяйственного суда Андрей Плотников назначил экспертизу финансово-хозяйственной деятельности ООО BST ltd, которую было поручено сделать ЗАО "Малиос консалт". Здесь следует сделать маленькое отступление.


Согласно ст.8 Закона РБ "Об экономической несостоятельности и банкротстве" от 30 мая 1991 года, "основанием для возбуждения производства по делу об экономической несостоятельности является: неспособность субъекта хозяйствования своевременно оплатить предъявленные финансовые документы; превышение стоимости долговых обязательств над стоимостью имущества субъекта хозяйствования; признание субъектом хозяйствования своей экономической несостоятельности. Официально ЗАО «Малиос консалт» в своей экспертизе не определял стоимость имущества ООО BST ltd. Представители компании и сегодня уверяют, что не определяли стоимость предприятия. Но есть и другие данные. Ряд свидетелей указывают, что в их присутствии судья Плотников озвучил стоимость предприятия всего лишь в 400 тыс. долларов как результат экспертной оценки, которую сделало ЗАО "Малиос консалт". То, что данная оценка имела место говорит и тот факт, что в решении Хозяйственного суда от 30 декабря 1999 года записано, что ответчик заявил требование: вписать данную сумму в протокол заседания,  на что судья Плотников ответил, что суд не имеет секретаря, поэтому протокол судебного заседания не ведется.


Чтобы картина совсем была ясна скажем, что за год до этого Консультативной компании «Системное бизнес-консультирование» было поручено сделать оценку винодельческого завода. Но компания не имела лицензии на осуществление такого вида деятельности, поэтому привлекла в качестве субподрядчика тот же "Малиос консалт". В результате оценки общая стоимость имущества винодельческого завода составила 8,18 млн долларов. Из них: стоимость объектов недвижимости - 5,72 млн долларов, машин, производственного и офисного оборудования, хозяйственного инвентаря – 2,007 млн долларов, технологий производства – 453,29 тыс. долларов. Иными словами, получается, что всего за год ЗАО "Малиос консалт" снизило свою же собственную оценку завода более чем в 20 (!) раз.


Исследовав обстоятельства дела, Хозяйственный суд г.Минска признал ООО BST ltd экономически несостоятельным и для проведения санации ввел внешнее управление. Высший Хозяйственный суд утвердил решение суда первой инстанции. Более того, Соловьев, Бернатович и Козловский в дополнение к решению суда признали задолженность, подписав соответствующий документ. Список кредиторов содержал 47 субъектов хозяйствования, которым ООО BST ltd якобы оказался должен более 8 млн долларов. Через три года из этого списка остались лишь четверо, а задолженность снизилась приблизительно на 5 млн долларов. Представители ЗАО «Малиос консалт» преподносят эти цифры, как факт их успешного управления предприятием. Однако реально были погашены лишь штрафные санкции Комитета государственного контроля на сумму около 500 тыс. долларов, да 174 630 долларов получил "Овермарс лимитед". Вся остальная задолженность была списана на том основании, что кредиторы не предъявили своих требований. Надо понимать так, что этих кредиторов в реальности просто не существовало, поскольку вряд ли во всем мире можно найти дураков, которые откажутся от 4,3 млн долларов. Даже сегодня никто не может найти никаких концов, на основании каких финансовых документов утверждался список кредиторов, что послужило одним из оснований для возбуждения уголовного дела в отношении генерального директора ЗАО «Малиос консалт» по подозрению в преднамеренном банкротстве винодельческого предприятия.




Новые силы


Но вернемся в 1999 год. Не все были согласны с решениями хозяйственных судов и действиями Соловьева, Бернатовича и Козловского. Бывший генеральный директор ООО BST ltd и Герасименко писал письма в Высший хозяйственный суд, прокуратуру, Совет безопасности. Еще раньше, до признания ООО BST ltd экономически несостоятельным, в конфликт были втянуты новые силы - журналисты. После ряда публикаций в поддержку то одной, то другой стороны, то судьи Плотникова, в "Белорусской деловой газете" № 690 от 17 декабря 1999 года появилась статья "Война за винное производство", авторами которой были Вероника Черкасова и Ирина Маковецкая.


Статья представляла из себя несколько интервью. Ирина Маковецкая разговаривала с директором ООО BST ltd Александром Соловьевым, а Вероника Черкасова - с противоположной стороной: директором Минского ООО "Евроторг" Иваном Гайко и представителем ООО "Евроторг", директором юридической фирмы "Агентство правовой информации" Еленой Тонкачевой. Самое удивительное, что журналистки тоже были вытянуты на баррикады, причем, по разные стороны. Как сегодня показывает развитие событий, Ирину Маковецкую понять еще можно было: ей было предоставлено много документов, говорящих о том, что предприятие намеренно вели к банкротству. Но вот почему ярой сторонницей "Евроопта" вдруг стала всегда рассудительная и сдержанная Вероника Черкасова? Какие документы ей могли показать, чтобы она встала на сторону "Евроопта"?


"Мы с ней договорились так: она мне пришлет текст своего интервью, чтобы Соловьев уже предметно отвечал на возражения, - вспоминает Ирина Маковецкая. - И в ее тексте были целые фразы, переписанные из ранее опубликованной статьи в защиту судьи Андрея Плотникова. И там же, если я правильно помню, были некоторые фразы про качество вина BST, еще про что-то, вроде о сути их спора. Меня поразило, что Вероника буквально переписала некоторые моменты из другой статьи, вместо того, чтобы самой вникнуть в суть конфликта. Еще в тексте были моменты, которые она просто перевирала, хотя в документах все было иначе. Я ей позвонила и спросила, что же она делает. Она разозлилась, мы с ней поссорились и больше вообще не общались".


Кто знает Нику, тот согласится, что подобное поведение было ей несвойственно. По мнению И.Маковецкой, Черкасова могла злиться, так как ее могли заставить что-то написать против воли. Однако, как нам удалось выяснить, вместе с интервью Веронике Черкасовой тогда была представлена компрометирующая BST информация: о лоббировании интересов завода спецслужбами, фактически криминальном захвате винодельческого предприятия у СП "Вебер Майи" и испанском кредите под гарантии правительства Беларуси, деньги из которого, по предположению ряда лиц, исчезли в неизвестном направлении. В интервью Ника эту информацию не использовала, но, вероятно, эта информация убедила журналистку, что руководство и учредители BST - настоящие бандиты и верить им нельзя ни на грош.



Санация


Более трех лет ЗАО "Малиос консалт" проводило санацию BST. В настоящее время по деятельности внешнего управления BST расследуется уголовное дело, а генеральный директор ЗАО "Малиос консалт" Александр Ковалев взят под стражу. Вместе с ним арестован и директор ООО BST ltd Александр Соловьев. Им инкриминируется три состава преступлений: незаконная предпринимательская деятельность, преднамеренное банкротство винодельческого завода и хищения путем злоупотребления служебным положением. Обвинение пока предъявлено только по факту незаконной предпринимательской деятельности. Однако основная работа ведется следствием по двум другим статьям Уголовного кодекса Беларуси. Поэтому стоит рассказать, что стало поводом для возбуждения по ним уголовных дел.


Если говорить о реальном положении дел на BST, то до назначения ЗАО "Малиос консалт" внешним управляющим предприятие имело только текущие долги перед бюджетом, а спустя всего три года они достигли астрономической суммы - 5,7 млрд рублей. В свое оправдание представители ЗАО "Малиос консалт" говорят, что такое было решение суда – начислять, но не платить налоги. Это правда, хотя опять же непонятно, почему суд принял такое решение, так как по закону это было вовсе не обязательно. Кроме того, известны факты, когда задолженность по налоговым платежам искусственно создавалась: на BST, находящееся в стадии санации, вопреки закону переводилась бюджетная задолженность других предприятий. Есть еще и более существенные факты.


Так, на момент назначения нового внешнего управляющего, которое произошло 11 декабря 2003 года, кредиторская задолженность ООО BST ltd составляла 11,9 млрд рублей, а дебиторская – 5,7 млрд рублей. Это данные сводного баланса, составленного самим ЗАО "Малиос консалт". При этом надо учесть, что 5,6 млрд рублей дебиторской задолженности представляли из себя безнадежный долг: винодельческий завод в течение нескольких лет поставлял свою продукцию в адрес предприятий, которые, как потом выяснилось, либо вовсе не осуществляли хозяйственную деятельность, либо находились в стадии банкротства. Понятно, что расчет за поставленную продукцию с их стороны практически не производился.


Помимо того, что продукция завода уходила неизвестно куда и без оплаты, в период с 1999 по 2003 годы предприятие еще, судя по документам, и работало с убытком. Происходило это из-за необоснованного завышения цен на закупку сырья, которое иногда поставлялось по ценам в несколько раз выше, чем те, которые действовали в тот момент на рынке, или в необоснованно завышенных объемах. Иногда оплата производилась, а сырье вовсе не поставлялось.


Здесь представители ЗАО "Малиос консалт" оправдываются тем, что в самом начале внешнего управления подписали должностные инструкции, согласно которым руководство предприятием было отдано замдиректору (финдиректору) А.Соловьеву, замдиректору по производству Ф.Пекеру, а позже - управляющему заводом А.Козловскому. Мол, именно они несут ответственность за обеспечение функционирования предприятия, в том числе за поставки сырья и отпуск продукции. Кто за что несет ответственность, решит, конечно же, суд. Но ради объективности скажем, что согласно закону, временный управляющий (в данном случае - ЗАО "Малиос консалт") обязан "обеспечивать сохранность имущества должника и принимать меры по его защите". Если же предприятию будет нанесен ущерб, то "управляющий обязан за счет своего имущества возместить кредиторам или должнику имущественный ущерб, причиненный по вине управляющего".


Впрочем, спустя три года после начала санации Хозяйственный суд г.Минска поручил ЗАО "Малиос консалт" провести оценку имущества ООО BST ltd, которая составила 2,5 млн долларов. Перед этим судом была назначена проверка деятельности внешнего управляющего предприятием. Это было поручено провести Департаменту по санации и банкротству Минэкономики, который, в свою очередь, перепоручил проведение проверки… ЗАО "Малиос Консалт". Как и следовало ожидать, серьезных нарушений выявлено не было.



Третья сила. Пропавшая


10 апреля 2000 года с подачи трех из четырех владельцев завода заместителем директора по производству был назначен Феликс Пекер, а с 14 февраля 2003 года он стал также и.о. управляющего заводом. Это был хитрый и очень умный человек. Наблюдая изнутри за войной BST и "Евроопта", он решил воспользоваться ситуацией и захватить предприятие. Замысел Пекера почти удался, однако он не до конца представлял, с кем имеет дело. А когда понял, было уже поздно.


25 июня 2003 года судья Хозяйственного суда г.Минска Андрей Плотников вынес решение об утверждении мирового соглашения. Его суть заключалась в том, что завод переходит в собственность ИП "Виконт". В свою очередь учредитель иностранного предприятия – австралийская компания "Веллингтон проперти" брала на себя обязательство погасить всю кредиторскую задолженность винодельческого завода. От имени ИП "Виконт" в мировом соглашении выступал некто Тайников, от "Веллингтон проперти" – Барташ. Однако реально за этими людьми стоял Ф.Пекер. Его расчет был достаточно прост: поскольку должником становилась австралийская компания, то требования кредиторов рассматривались бы в австралийском суде, где необоснованные претензии просто бы не прошли. А Ф.Пекер имел на руках доказательства, что основные претензии были как раз необоснованными.


Но ИП "Виконт" не успело даже вступить во владение приобретенной собственностью, как в отношении самого Ф.Пекера было возбуждено уголовное дело по подозрению в хищении в особо крупном размере. На завод пришли сотрудники Управления КГБ по Гомельской области, которые вместе с представителями КГК и налоговой инспекции изъяли все бухгалтерские и технологические документы винзавода и его печать, после чего опечатали производственные и складские помещения, то есть полностью парализировали деятельность предприятия. Причем силовики даже не скрывали, в интересах кого действовали, так как явились на завод вместе с И.Герасименко и В.Горелько, который называл себя не иначе, как директором ООО BST ltd. Пекер пробовал сопротивляться и даже организовал появление в ряде СМИ негативной информации о действиях силовиков, но его быстро приструнили, если не сказать - убрали.


В третьем квартале 2003 года КГБ получило санкцию прокуратуры на арест Ф.Пекера, но данная процедура состоялась лишь условно. К Ф.Пекеру явились чекисты, зачитали санкцию прокурора и предложили сделать выбор. Пекер пообещал, что прекратит борьбу за предприятие, но, отпущенный под честное слово, сразу же стал принимать контрмеры против произвола сотрудников КГБ. И через некоторое время Феликс Пекер исчез, так и не успев отстоять свои интересы. Ему совершенно незачем было куда-то бежать, просто достаточно было уйти с ринга, и его бы оставили в покое. Поэтому можно предположить, что его убрали.


С 2003 года о Ф.Пекере никто ничего больше не слышал. Одно время в Минске появилась информация, что он проживает в Москве, но первая же проверка показала, что это "утка". Осенью 2005 года по заявлению супруги Ф.Пекера суд официально признал его без вести пропавшим.


"То, что Пекера убрали с самыми печальными последствиями, я уже почти верю", - говорит Ирина Маковецкая, которая из журналистов в то время имела самый тесный контакт с пропавшим. - Даже не знаю, как я сама тогда сумела живой из этого выпутаться. Я хорошо помню, как Пекер прорабатывал тему фиктивности "Овермарс лимитед". Он послал в Ирландию гонца к директору, который якобы подписывал доверенность Минову, а этот директор "спустил" на гонца полицию. В общем, поездка была еще та. Потом выяснилось, что этот директор перестал быть директором, и "Овермарс лимитед" возглавила домохозяйка из Замбии. Феликс сказал тогда: "Ну, так любого дядю Васю можно сделать директором "Овермарса", а тот за деньги хоть кота своим представителем назовет". И тут я предложила: "А давай сделаем представителем меня. Лучшего доказательства продажности этой должности и придумать нельзя". Феликс сразу оживился, стал фантазировать, что это будет показательно, что деньги, которые якобы BST должен "Овермарс лимитед", можно будет перечислить на счет какого-нибудь детского дома в качестве спонсорской помощи. Феликс рассуждал, что когда вся эта компания, которая добивается банкротства BST, начнет возвращать свои деньги, отбирая их у детского дома, то на ситуацию обязательно обратят внимание те, кому следует. И справедливость восторжествует. Я сделала копию своего паспорта, и человек поехал к директору "Овермарс лимитед". Но через пару дней Феликс мне позвонил и сказал, что идея хорошая, но очень рискованная. "Тебя за такие деньги запросто пристрелят", - сказал он. Я хорохорилась, уговаривала его попробовать, но он отказался и сказал, что уже дал отбой".



Своевременная смерть


Когда чекистская "крыша" BST оказалась бессильна перед напором "Евроопта", война на этом не закончилась. На стыке 2001-го и 2002 годов прежнее руководство BST вновь активизировалось и начало "сливать" силовикам информацию против "Евроопта". В ответ Управление по борьбе с экономическими преступлениями МВД начинает копать под испанские контракты BST. Это были те самые контракты, по которым в свое время Вероника Черкасова получила компромат. Суть его сводилась к следующему:


В октябре 1997 года между ОАО "Белвнешэкономбанк" и испанским банком "Сабадель" было подписано соглашение, в соответствии с которым в апреле 1998 года Беларуси была официально открыта кредитная линия в размере 25 млн долларов США. Кредиты обеспечивались под гарантии правительства Беларуси и предоставлялись для финансирования коммерческих контрактов по поставкам в страну испанских товаров и услуг. Одним из первых кредитополучателей стал винодельческий завод BST, который решил за счет этих средств обеспечить поставку на предприятие элитных испанских виноматериалов. По предположению ряда лиц, приблизительно около 500 тыс. долларов из испанского кредита (для 1998 года довольно внушительная сумма) были незаконно перечислены на зарубежный счет одного из учредителей BST, то есть попросту похищены.


Усилия УБЭП МВД по этому делу, впрочем, не увенчались успехом, поскольку совершенно неожиданно, но весьма своевременно кончает жизнь самоубийством бухгалтер, сопровождавший эти контракты. Одновременно со смертью женщины исчезает и ряд важных документов, что поставило жирный крест на всех усилиях УБЭП МВД.


Впрочем, это только прокуратура официально признала, что женщина погибла, самостоятельно выбросившись с балкона своей квартиры на 9-м этаже. На самом же деле в обоих конфликтующих лагерях ни для кого не является секретом, что ей помогли спрыгнуть. Называют даже имя конкретного исполнителя. Но данная информация странным образом либо не дошла до сотрудников прокуратуры, либо они ее просто проигнорировали.



Ответный удар


В сентябре 2003 года Департамент финансовых расследований (ДФР) КГК возбуждает уголовное дело в отношении должностных лиц ЗАО "Евроопт" по фактам незаконных поставок в Беларусь продовольственных товаров. С.Литвин и В.Василько убегают в Польшу и начинают там кампанию по противодействию финансовой милиции. Но они делают один серьезный просчет. Имея серьезную поддержку ближайших соратников президента, вместо того, чтобы сделать основную ставку на их помощь, Литвин и Василько придают делу политическую окраску и начинают активно встречаться в Польше с представителями белорусской оппозиции с целью получить политическое убежище. Этим необдуманным шагом они собственными руками нейтрализуют свою "крышу" и полностью развязывают руки финансовой милиции.


Летом 2005 года ДФР КГК закончил расследование обстоятельств поставок "Еврооптом" сахара-сырца в Беларусь. Финансовая милиция подготовила для главы государства доклад с подробным изложением результатов расследования.


Расследование уголовного дела в отношении "Евроопта" делало их весьма уязвимыми, чем опять же не преминули воспользоваться бывшие хозяева BST и их новые покровители, появившиеся теперь в среде Комитета государственного контроля. Одновременно с завершением расследования по сахару ДФР КГК начинает новые оперативные мероприятия, на этот раз - по доведению до банкротства винодельческого завода BST.



Октябрь 2004. Еще одна своевременная смерть


Новые обстоятельства, всплывшие в момент рассмотрения президентом вопроса по сахару, влекли для "Евроопта" новые серьезные неприятности, вплоть до потери прибыльного производства, которое, по приблизительным подсчетам, приносило в год около 2,5 млн долларов чистого дохода. Чтобы не терять «золотую жилу», "Евроопт" предпринимает очередную попытку поднять тему испанских контрактов и тем самым перевести стрелки на бывших руководителей BST. Именно тогда заинтересованные лица вспомнили о Веронике Черкасовой, которая единственная из всех журналистов, освещавших передел собственности на BST, владела информацией по испанским контрактам и даже некоторыми копиями пропавших во время смерти бухгалтера документов.


По информации, которую удалось выудить в ближайшем окружении "Евроопта", на встречу с Черкасовой было решено послать Александра Соловьева. Во-первых, это был красивый и импозантный мужчина, что при встрече с красивой и умной женщиной было немаловажным обстоятельством. Во-вторых, Соловьев в 1999 году яро защищал BST и в октябре 2004 года представлял из себя прекрасный пример кающегося грешника, что придавало звучавшей из его уст информации дополнительную достоверность. Самому Соловьеву в этой ситуации бояться было нечего, так как ему от кредитов не перепало ничего, а все деньги были переведены на счет другого учредителя. Правда, несмотря на то, что данная информация получила весьма устойчивое распространение в обоих лагерях, конкретных доказательств махинаций по испанскому кредиту ни у кого до сих пор нет и, надо полагать, теперь уже никогда не появится.


К сожалению, с достоверностью установить, состоялась ли встреча Черкасовой с Соловьевым, не удалось. По одним свидетельствам, встреча произошла, и во время ее Ника пообещала еще раз внимательно изучить ситуацию, а затем решить вопрос о публикации материалов. По другим свидетельствам, Вероника была убита до встречи с представителем "Евроопта". Сам Соловьев в настоящее время находится под стражей и недоступен для опроса. Но в обоих конфликтующих лагерях мнение о том, что Вероника была убита именно в связи с намерением предать огласке обстоятельства хищения денег по испанским кредитам получило устойчивое распространение. Уж очень вовремя произошла трагедия. Важно также отметить, что, по мнению ряда лиц, Вероника была единственной журналисткой, которая на то время владела наиболее полной информацией о двух лагерях. Не исключено, что к моменту своей гибели она уже понимала, что BST и "Евроопт" один другого стоят. Поэтому она вполне могла, не вставая на сторону какого-либо лагеря, разгромить оба, а заодно и их "крыши". Она лишь не владела информацией о жертвах винной войны, иначе поостереглась бы в нее вмешиваться.



Кровавая история


Обстоятельства гибели Вероники Черкасовой очень хорошо проецируются на своевременную смерть бухгалтера, о которой говорилось выше. И там, и тут никто ничего не видел, а сотрудники прокуратуры, словно слепцы, не замечают или не хотят замечать очевидных вещей, имеющих, как нам кажется, существенное значение для установления истины.


Наконец, самое существенное. Свидетели, с которыми нам удалось переговорить в обоих конфликтующих лагерях, однозначно говорят, что публикация Вероники имела бы весьма негативные последствия для BST. Ведь кредит выдавался под гарантии правительства Беларуси, а президент всегда был весьма щепетилен в таких вопросах. В этой ситуации, если бы перед главой государства встал выбор, какую разработку поддержать, он наверняка встал бы на сторону "Евроопта", у которого к тому же имелись весьма влиятельные покровители в парламенте, Государственном таможенном комитете, МВД и Высшем хозяйственном суде. После этого "Евроопт" мог рассчитывать не только на прекращение дела по обстоятельствам банкротства винодельческого предприятия, но и на существенное снижение, если не на списание, "штрафа" и по сахарной теме, о которой мы рассказывали выше. А так все пошло своим чередом.


По информации, которую Литвин и Василько рассказывают в изгнании, в августе 2005 года они перечислили более 8 млн долларов в погашение нанесенного ими ущерба в бюджет страны и еще столько же - на счет лица, имеющего свой "государственный" бюджет.


В январе 2006 года генеральному директору "Малиос консалт" Александру Ковалеву и директору ООО BST ltd Александру Соловьеву были предъявлены обвинения в незаконной предпринимательской деятельности. Финансовая милиция также расследует уголовные дела по доведению винодельческого завода до банкротства и хищениях в особо крупном размере. По предварительной информации, речь идет о потерях на сумму около 8 млн долларов.


Впрочем, если криминал в действиях должностных лиц подтвердится, то дело, вероятнее всего, закончится так же, как и предыдущее. То есть президент определит сумму нанесенного ущерба, которую нужно будет перечислить в бюджет, и размер "штрафа" с перечислением на известный счет. Только на этот раз все будет по закону, так как Александр Лукашенко в конце 2005 года сам наделил себя такими полномочиями. Завод же, вероятно, будет отдан Герасименко. Этот вариант, конечно же, не устраивает Литвина и Василько. По имеющейся информации, после президентских выборов они рассчитывают вернуться в Беларусь и поправить свои дела. Но начатое расследование этому явно не будет способствовать. Как удалось нам выяснить, уже сегодня у Департамента финансовых расследований есть достаточно доказательств, которые свидетельствуют, что А.Соловьев и А.Ковалев действовали по указанию владельцев "Евроопта". Фактически перед арестованными стоял достаточно простой выбор: либо делать, что велят, либо разделить судьбу описанных выше пропавших и убитых лиц. Они выбрали первое. Однако сегодня А.Соловьев и А.Ковалев стали весьма опасными для "Евроопта" свидетелями. Именно поэтому заинтересованные лица предпринимают серьезные меры, чтобы вытащить их из Следственного изолятора. Не исключен и вариант более серьезного развития событий, поскольку ставки слишком высоки.


Понятно, что о судьбе Вероники Черкасовой и других убитых и пропавших в этой войне людях никто вспоминать не будет. Впрочем, не аксиома, что война вообще закончится. Ведь несмотря ни на что ВХС Беларуси упорно продолжает процедуру банкротства предприятия, словно пытается спрятать все концы в воду.



Творческая мастерская "Агентство журналистских расследований"

17:08 10/04/2006






загружаются комментарии