На “Белорусском фронте” грядут перемены?

31 июля в Беларуси вступили в силу новые изменения в Уголовный кодекс, принятые парламентом и одобренные президентом в конце июня нынешнего года. Исходя из того, что все законы принимаются в силу диктуемой реальностью либо с «прицелом» на будущее, от новых поправок в УК РБ мурашки бегут по коже. Даже при их беглом анализе у сотрудников правоохранительных органов создалось такое впечатление, будто Беларусь готовится к масштабным вооруженным конфликтам, которые должны произойти в стране в самом ближайшем будущем.

Позитив


Изменения в УК РБ вводятся в Законе РБ №147-З «О внесении дополнений и изменений в Уголовный, Уголовно-процессуальный кодексы Республики Беларусь и кодексы Республики Беларусь об административных правонарушениях». Документ был принят Палатой представителей 23 июня и одобрен Советом Республики 30 июня. Как прокомментировал поправки министр внутренних дел Владимир Наумов, применение нового Уголовного кодекса, вступившего в действие в 2000 году, постоянно анализируется и в него вносятся изменения, исходя из тех ошибок, которые обнаруживаются на практике. Поэтому министр оценивает вносимые изменения, как положительные.


Если оценивать документ в целом, то его действительно скорее можно назвать позитивным. Так, в Уголовный кодекс введены минимальные размеры ущерба причиненного при совершении имущественных преступлений (хищение, кража, растрата, присвоение, мошенничество и т.д.), при которых может быть возбуждено уголовное дело. Если раньше следователь обязан был возбуждать уголовное дело в отношении любого человека даже за кражу одного колоска, то теперь ситуация в корне изменилась. С 31 июля больше не подлежит уголовной ответственности лицо, совершившее хищение имущества в сумме, не превышающей десятикратного размера базовой величины. На данный момент эта сумма составляет 310 тыс. белорусских рублей. При хищении имущества физического лица сумма похищенного должна составлять более двух базовых величин – на данный момент более 62 тыс. рублей.


Следователи восприняли данные изменения довольно позитивно. Как они говорят, давно пора было внести эти ограничения, чтобы не делать из человека преступника за незначительные прегрешения и разгрузить следственные органы от вала мелких дел. К слову сказать, сотрудники МВД и надзирающие прокуроры начали указывать на необходимость установления минимальных сумм хищений с момента принятия нового УК РБ. Однако к ним прислушались лишь спустя почти шесть лет.



К чему готовимся?


К сожалению, позитивный настрой у сотрудников правоохранительных органов, которые уже приступили к изучению и применению документа, на этом и заканчивается. Несколько поправок, внесенных в Уголовный кодекс, заставило их всерьез задуматься над тем, какое будущее ждет их и всю страну в ближайшее время.


В частности, на невеселые мысли наводит п.6 ст.1 принятого закона. Этот пункт утяжеляет ответственность по четырем составам преступлений. Так, например, при совершении изнасилования повторно, группой лиц либо в отношении заведомо несовершеннолетней (ч.2 ст.166 УК РБ) теперь срок максимального наказания будет составлять 13 лет, вместо 12-ти. Аналогичные изменения внесены и в ч.2 ст.167 УК РБ - насильственные действия сексуального характера, «совершенные повторно, либо лицом, ранее совершившим изнасилование, либо группой лиц, либо в отношении заведомо несовершеннолетнего (несовершеннолетней)».


Все это понятно. Как говорят в прокуратуре, в последнее время наметился серьезный рост этих преступлений и его необходимо остановить. До 13 лет заключения теперь будут давать и по ч.2 ст.157 УК РБ (заражение вирусом иммунодефицита человека, совершенное в отношении двух или более лиц, либо заведомо несовершеннолетнего, либо с прямым умыслом). Если читатели помнят, в прошлом году по стране прокатилась волна преднамеренного заражения ВИЧ, и действия властей в этой ситуации можно назвать вполне адекватными. Но как можно понять тот факт, что в Законе утяжеляется ответственность по ч.2 ст125 УК РБ (нападение на служебные или жилые помещения учреждений, пользующихся международной защитой, либо на транспортные средства этих учреждений с целью провокации международных осложнений или войны, повлекшее по неосторожности смерть человека, либо причинение тяжкого телесного повреждения, либо сопряженное с умышленным уничтожением имущества или важных документов)?


Чем продиктована необходимость данных изменений, если в Беларуси что-то подобное произошло аж пять(!) лет назад, когда неизвестные бросили гранату на территорию Посольства России? Да и то тогда никто не пострадал, и при всем желании в акции нельзя было найти цели «провокации международных осложнений или войны». Но если в Беларуси, в этом тихом уголке Европы, нет и не ожидается никаких провокационных нападений на международные учреждения, почему вдруг законодатель обеспокоился этим составом преступления? Если эта статья не применялась, то какие ошибки, по словам В.Наумова, исправляются?


Ответ напрашивается только один: белорусские власти ожидают, что нападений на учреждения, пользующиеся международной защитой, вскоре может произойти достаточно много и, вероятно, будут жертвы. Кому-то может показаться, что увеличения срока заключения на один год слишком незначительно, чтобы обращать на него внимание. Это ошибочное мнение. Дело в том, что если преступление предусматривает наказание до 12 лет лишения свободы, оно квалифицируется как тяжкое, а вот с 13 лет – как особо тяжкое со всеми вытекающими отсюда правовыми последствиями. А последствий этих очень много, и они очень серьезные – жесткая мера пресечения при проведении предварительного расследования (только СИЗО); невозможность применение статей УК РБ, позволяющих назначать наказание ниже низшего предела, с отсрочкой исполнения приговора либо условно; увеличение на пять лет срока давности преступления, минимальное подпадание под действие амнистии, практически полное исключение возможности условно-досрочного освобождения, более жесткий режим содержания под стражей и т.д. и т.п. Достаточно сказать, что матерые уголовники с удовольствием сдают своих друзей только за устное обещание следователя смягчить квалификацию преступления с особо тяжкого на тяжкое.



Вооруженный конфликт или военные действия?


Неприятный осадок в душе остается и после прочтения изменений, вносимых в ст.132 УК РБ- «вербовка, обучение, финансирование, иное материальное обеспечение и использование наемников для участия в военных действиях против иностранного государства…». Как видно из текста, статья устанавливала ответственность за подготовку наемников для участия в боевых действиях исключительно за границей.


Теперь все будет совершенно иначе: «вербовка, обучение, финансирование, иное материальное обеспечение и использование наемников для участия в вооруженных конфликтах или военных действиях». Дело не только в том, что «иностранное государство» исчезло, и законодатель фактически подготовил страну для вступления либо в вооруженный конфликт, либо в военные действия. Как говорят в прокуратуре, сама статья предусматривает наступление ответственности за подготовку наемников для уже действующих «горячих точек». Иными словами, в применении к Беларуси статья носит не профилактический (например, для предотвращения возможных вооруженных конфликтов внутри страны), а подготовительный характер. Остается только гадать, к чему готовятся белорусские власти: к вооруженному конфликту или к полномасштабным военным действиям? Добавим, что эта статья также еще не применялась, поэтому опять же непонятно, какие ошибки в ней, исходя из практики, устранялись.


В тему ожидающего страну мрачного будущего попадают и изменения, вносимые в статьи, касающиеся хищения и других незаконных действия в отношении огнестрельного оружия, словно вся Беларусь только и занята тем, что вооружается. Если ранее была предусмотрена ответственность только за хищение составных частей огнестрельного оружия, то теперь - за хищение «составных частей или компонентов». Разница существенная. С нынешнего дня к ответственности может быть привлечен любой, кто вынесет из воинской части, например, шомпол для автомата. Власти также дополнили Уголовный кодекс двумя новыми статьями, которые касаются оборота оружия: ст.295/1 и ст.295/2. Первая значительно расширяет наступление ответственности за «незаконное изготовление или сбыт охотничьего огнестрельного гладкоствольного оружия, его составных частей, компонентов или боеприпасов к нему». А вторая вообще вводит ранее не существовавшую ответственность за «подделку или умышленное уничтожение маркировки огнестрельного оружия».


Подготовка к возможному неконтролируемому распространению огнестрельного оружия в стране, к вероятным провокационным нападениям на учреждения, пользующиеся международной защитой, к вооруженным конфликтам или военным действиям на территории Беларуси – все это идет в разрез с официальным положением дел в стране и должно иметь под собой какую-то основу. Ведь капкан не ставят на зверя, который тут не водится.


Сергей САЦУК

14:20 31/07/2006




Loading...


загружаются комментарии