Образовательный феномен Беларуси

Есть два способа изменить темпы и уровень развития любой страны. Первый — опереться на дорожающие источники энергии. По этому пути пошла Россия. Второй стратегический путь — ускоренное формирование экономики знаний (Сингапур и ряд азиатских "тигров"). Что же в этом смысле происходит в нашей стране, и какие имеются шансы на изменение экономической динамики и качества жизни?

Мы объективно переходим в новое качественное состояние, когда вектором развития может стать экономика знаний. Ежегодный прием в вузы 75 тыс. чел. (цифра может меняться по годам, но этот уровень следует сохранить) создает историческую перспективу национальному интеллекту. Половине молодых людей надо платить за образование, конкурс также существует 2005 г. 174 чел. в среднем на 100 студенческих мест), но стремление получить высшее образование является доминантой ценностных предпочтений. По первым итогам вузовской кампании 2006 г. стало понятно, что в ряде университетов возникает недобор. Некоторых это испугало, видимо, найдутся сторонники снижения размеров финансирования системы высшего образования. Это было бы неправильно, поскольку ведущие государства проводят политику 100% дипломирования граждан с теми или иными поправками на "уровень" дипломов. Но принцип прост: конкурентоспособность страны начинается с образования ее жителей.


Практически Беларусь вышла на позиции, когда весь выпуск школ и учреждений среднего образования полностью может "уйти" в вузы и ссузы. Если среди дедушек и бабушек нынешней молодежи всего 12% имеют дипломы вузов и техникумов, то внуки могут иметь их, что называется, поголовно, причем нового качества, присущего информационному обществу.


В деловую жизнь в течение ближайших лет пойдет только подготовленный специалист (профессии подсобного рабочего и грузчика из этой перспективы выпадают). Страна вступает в фазу массовой интеллектуализации.


Готовы ли мы к этому экономически и психологически? Не будет ли конфликта между высокими образовательными устремлениями молодежи и структурными и системными возможностями экономики, госсектора, частного бизнеса? Кто будет основным носителем проекта "экономика знаний"? Вторая сторона вопроса — каковы шансы создания своего рода "интеллектуального лобби" Беларуси?


Реально в стране существует корпоративная общность интеллектуалов и специалистов из сферы науки и образования. Они-то и получают шанс стать авторами и исполнителями упомянутого проекта. Правда, эта общность организационно не развита. Сильны позиции старой научной номенклатуры, которая выжила на останках постсоветского общества и даже кое в чем выиграла. Кроме того, научный и интеллектуальный корпоративизм с недоверием воспринимается частью политической элиты.


Особый вопрос — эффективный лоббизм. Что мы знаем о лоббистской практике в Беларуси? Экономическая политика последних 15 лет показала высокую роль лоббизма в формировании национальных экономических приоритетов. В середине 90-х годов были названы и реализованы на уровне государственной политики 3 основных приоритета: строительство жилья, сельское хозяйство и экспорт. Т.е. главными лоббистами до сих пор по сути были аграрии и строители. И удивительно — именно в этих секторах менее всего требовалось качественное образование и интеллект, что объясняется не только технологическими свойствами данных сегментов экономики, но и особенностями образования и типологии поведения корпоративных групп. Их геномом был сельский житель или выходец из сельской местности. Конечно, это накладывало отпечаток на всю систему ценностей в стране, формировало своеобразную мораль, способность к высокой адаптивности, экономической и социальной выживаемости.


Корпоративные группы аграриев и строителей влияют и на нынешнюю экономическую ситуацию. Иначе чем можно объяснить высокую стоимость продуктов питания при их посредственном качестве? Что касается строительства, то цены за 1 кв. м жилья стали в последние годы просто фантастическими. По существу за счет бюджетных потоков, кредитных эмиссий взращен монополист, который превратился в насос для выкачивания денег из домашних хозяйств.


Внешние факторы конкуренции, новые тренды мировой экономики заставили руководство страны искать перспективные сегменты национальной экономики. Стало понятно, что экономическая структура требует изменений, причем радикальных и конструктивных. Что именно следует принимать в расчет?


Во-первых, для малой открытой экономики Беларуси требуется новый сильный сегмент, который улавливает тенденции мирового рынка. Им становится информатика и коммуникации.


Во-вторых, ограниченность природных и энергетических ресурсов делает главным переход к интеллектуальному производству в широком смысле этого слова.


В-третьих, постоянный рост цен на нефть и газ ставит структуру и цены белорусского производства в зависимость от внешних факторов, играющих роль непреодолимой силы. Например, при введении тарифов на газ на уровне европейских стран Беларусь должна будет выплачивать Газпрому дополнительно 4 млрд. USD ежегодной ренты. В 2006 г. это составит треть всех расходов домашних хозяйств. При введении таких тарифов уровень жизни сразу опустится на 30%, причем катастрофическим будет снижение для пенсионеров, жителей небольших городов и семей с низкими и средними доходами.


Энергетический и ценовой вызов, в той или иной степени осознаваемый политической элитой страны, ведет к необходимости выработки новой стратегии промышленной и структурной политики. Начало же "нового курса" находится в новой образовательной и научной политике. Часть элиты это осознала и лоббирует в качестве пилотного проект белорусской силиконовой долины, формирующейся как Парк высоких технологий. Создался шанс быстрого роста и влияния научного и образовательного лобби в стране.


Следует подчеркнуть, что расстановка сил в правительстве и парламенте пока не в его пользу. Ситуация интересна и в отношении признания поддержки наукоемких производств самим экономическим классом страны. Социологические опросы ИПМ показали, что бизнесмены находятся в состоянии раздумий и даже некоторого замешательства. 20% считают, что государство должно оказывать поддержку высокотехнологичным и наукоемким отраслям, 17% отдали свои голоса в пользу поддержки сельскохозяйственных производителей. Желание адресовать ее "всем сестрам по серьгам" характерно для 48,8% белорусских бизнесменов.


Иначе говоря, отношение к экономике знаний в бизнес-среде находится в фазе абстрактного понимания. Это и результат, и исходный момент. Наверно, в этом нет ничего странного, хотя инерционная советская привычка просить и ждать неприемлема в "прорыночной" экономике. Общество только выигрывает при ясной и грамотной артикуляции корпоративных интересов. Казалось бы, у академиков и профессуры это является профессиональным качеством. Нет, в реальной лоббистской и общественной практике даже у них это не получается.



Леонид ЗАИКО, экономический обозреватель "ЭГ"

13:06 22/08/2006






загружаются комментарии