Европейское наследие

Великое Княжество Литовское или Литва-Беларусь, где сформировался наш народ, было восточным аванпостом единого европейского мира. Это единство выражалось прежде всего в культуре и традициях государственной и общественной жизни. Власть монарха была ограничена здесь своеобразным парламентом из двух палат — Рады и Сойма.

Европейское наследие
Жизнь белорусских городов строилась на основе магдебургского права на самоуправление. Для защиты своих интересов ремесленники и купцы, точно так же, как их «коллеги» в западноевропейских странах, объединялись в цехи и гильдии. Принятый в 1588 году Третий Статут ВКЛ был, по оценке современных специалистов, самым передовым сводом законов в тогдашней Европе. Он провозглашал идею правового государства, законодательно утверждал идею религиозной толерантности, защищал природные богатства страны.


В Статуте было тщательно разработано уголовное право: вводилась презумпция невиновности, определялась ответственность дворянина за убийство простого человека, более тяжкие наказания предусматривались за преступления против женщин. Статут оказал существенное влияние на юридическую мысль Польши, России, Украины, Латвии, Эстонии. Его использовали при кодификации прусского права. Выдающийся юридический памятник белорусов и сегодня привлекает внимание ученых разных стран. В течение целого семестра изучают спецкурс по Статуту 1588 года студенты-юристы Сорбонны.


ВКЛ было самой веротерпимой страной Европы. На площадях белорусских городов и местечек православные, а позднее униатские церкви мирно соседствовали с католическими костелами, синагогами, а порой и мечетями (со времен Витовта на наших землях жили приглашенные сюда татары, которые переняли белорусский язык и создали на нем свои уникальные религиозно-нравственные книги — китабы). Беларусь не знала ужасов инквизиции, попытка введения которой в XV в. завершилась провалом.


Беларусь стала восточным рубежом общеевропейского Ренессанса. Она дала той эпохе своих титанов, среди которых исключительное место занимает Франциск Скорина — белорусский и восточнославянский первопечатник, переводчик, издатель и художник. Сын народа, живущего на европейском пограничье, он гениально соединил традиции византийского Востока и латинского Запада. Благодаря Скорине наш народ получил печатную Библию на родном языке раньше, чем большинство других европейцев. Скоринова Книга книг опередила немецкое издание Лютера. Она была первой печатной Библией у восточно- и южнославянских народов и появилась почти на полвека раньше польской.


Посетив в 1925 году Беларусь, сотрудник Британского Библейского общества Уайзман писал в своем отчете: «Белорусы — один из первых народов, напечатавших Священное Писание на своем языке. Это произошло в 1517 году, за восемь лет до первого издания по-английски. Можно представить, кем белорусы были бы теперь, если бы не преследования и угнетение...»


В Великом Княжестве Литовском, как и в других государствах Европы, с Ренессансом была тесно связана Реформация. На белорусских землях наибольшее распространение получило такое течение протестантизма как кальвинизм. Реформаты возвели более 250 своих храмов, многие из которых стали ценными памятниками архитектуры. Во 2-й половине XVI века белорусским протестантам принадлежало 10 типографий, где вышли в свет сотни книг отечественных и зарубежных авторов на белорусском, латинском, польском и других языках. Белорусскому читателю были доступны произведения Эразма Роттердамского, Мишеля Монтеня, Фрэнсиса Бэкона...


В сравнении с соседним Московским государством жители ВКЛ имели неизмеримо больше прав и духовной свободы, гораздо более широкие возможности для получения образования. Еще до того, как в 1579 году была основана Виленская академия, тысячи юношей-белорусов учились в университетах Чехии, Германии, Польши, Италии, Швейцарии, Франции. Кстати, Франциск Скорина, выпускник Краковской alma mater, уже будучи доктором «свободных искусств», в 1512 году блестяще выдержал экзамен на степень доктора медицины в прославленном Падуанском университете.


К востоку от Смоленска, в Московии, ситуация, увы, была принципиально иной. В то время как культурная традиция и Статут вводили наш простой люд в гражданское состояние, московский народ, по словам знаменитого российского историка Василия Ключевского, был обречен на роль «государевых людишек», чья жизнь во всех ее проявлениях зависела не от их собственного выбора, а исключительно от воли царя-деспота. Освобождение от татарского ярма, этой величайшей трагедии русского народа, вырвавшей последний из европейской цивилизации, во многом было, к сожалению, лишь внешним. Вместо забытых, демократических традиций древних княжеств Московия унаследовала от Орды и жестокое единовластие, и полное бесправие перед «государем» даже самых знатных российских родов, и идею власти надо всем миром — «Два Рима пало, а Москва третий есть, а четвертому не быти». Восточная соседка Беларуси объявила себя правопреемницей последнего «истинно христианского царства» — Византии, а значит, спасительницей христиан от всех «поганых» и «раскольников». В этот разряд в первую очередь, разумеется, попали ближайшие соседи. Уже в конце XV века Москва заявила о претензиях на Беларусь и Украину, именуя их не иначе как «искони русскими землями».
10:54 21/10/2006




Loading...


загружаются комментарии