Стрелочник?

Его признали виновным в гибели 90 тысяч кур и обязали выплатить птицефабрике почти 125 тысяч долларов материального ущерба, но коллеги со всей страны просят оправдать ветеринара

В августе прошлого года на птицефабрике “Беларуснефть-Особино” в Буда-Кошелевском районе Гомельской области случилось ЧП. В течение двух суток на предприятии погибло более 90 тысяч цыплят-бройлеров, предприятию был нанесен ущерб в размере 500 миллионов белорусских рублей. Следствие по факту гибели кур длилось три месяца. Около месяца дело слушалось в Гомельском областном суде. Приговор суда был суров.
Главный ветврач предприятия и главный технолог были признаны виновными в ненадлежащем исполнении своих служебных обязанностей, повлекшем по неосторожности причинение ущерба в особо крупном размере. Ветврача Александра Осипенко суд приговорил к одному году лишения свободы с запретом два года занимать руководящие должности на ветеринарных станциях и обязал выплатить ущерб предприятию в размере 250 (!) миллионов рублей.

Когда обстоятельства этого дела стали широко известны, в защиту Александра Осипенко выступили сотни сотрудников птицефабрик, ветеринарных лабораторий и станций всей страны. Практически все они не были знакомы с осужденным, никогда с ним не встречались. но все понимали — молчать нельзя. Случись завтра подобное ЧП на их предприятии, каждый может оказаться на месте Александра Осипенко. По их мнению, в роли стрелочника...

Как это было

Александр Осипенко до мельчайших подробностей помнит все, что происходило на птицефабрике 5 августа 2006 года.

“Был выходной день, суббота, — рассказывает Александр Владиславович. — В полдень мне позвонил ветврач бройлерного цеха и сказал, что в трех птичниках из четырнадцати наблюдается повышенный падеж птицы. Через полчаса я был на птицефабрике. Мы произвели вскрытие кур, но установить причину падежа не смогли. Характерных изменений в органах, которые возникают при кормовом отравлении, не наблюдалось. Требовалось лабораторное исследование, чтобы выяснить причину падежа. Я провел весь комплекс лечебно-профилактических мероприятий. Ситуация стабилизировалась, падеж прекратился, и я уехал домой”.

Однако в 17 часов Александра Осипенко снова вызвали на предприятие. Падеж кур начался уже в других птичниках.

“Я снова примчался на работу, — продолжает свой рассказ ветврач. — В те дни стояла очень жаркая погода. Температура в птичниках тоже превышала допустимые нормы. Вентиляция, которая установлена на фабрике, устарела, она не способна обеспечить необходимый микроклимат. Снизить температуру объективно невозможно. Можно было подумать, что причина падежа в плохой вентиляции и жаркой погоде. Очень опасались, что, может быть, это птичий грипп. Но выяснилось, что дохла перерощенная птица, возраст которой 55 дней при норме 42—43 дня. Кроме того, питалась эта птица одной и той же партией корма, который поступил на фабрику 3 августа. Вот тогда и возникло подозрение, что причина падежа птицы в плохом корме”.

Александр Осипенко говорит, что отстранить птицу от корма без соответствующего распоряжения директора птицефабрики он не имел права. Если птицу не кормить сутки, она может получить кормовой стресс и погибнуть уже от голода. Значит, необходимо было приготовить новую партию комбикорма.

“Вызвать на работу сотрудников в выходной день мог только директор, — Александр Осипенко старается не волноваться. — Но на предприятии его не было, а трубку рабочего мобильного телефона он не снимал. Я смог дозвониться только с мобильника жены. В ее телефоне есть функция ”подавление номера", и директор не знал, откуда ему звонят. Он находился в Калинковичах и сказал, что приедет на фабрику только к 23.00 и чтобы без него никаких действий мы не предпринимали...

Зайдя на птичники, директор произнесет заветные слова: “Поднять кормушки”. И ему — медаль, а нам — кочерыжки. Хотя падеж после отстранения птиц от корма все равно наблюдался. Птице два дня скармливался некачественный комбикорм без видимых клинических изменений. Это привело к необратимым последствиям на биохимическом уровне.

Согласно должностной инструкции и ветеринарному законодательству, ветврач может запретить использовать для кормления птиц корм только тогда, когда его качество можно определить визуально. Например, корм заплесневевший, почерневший, затхлый. Но данный корм поступил на фабрику еще 3 августа, вторые сутки птиц кормили этим комбикормом. Визуально корм был хорошего качества. Кроме того, данный корм поступил с Узовского комбината, где есть производственная лаборатория по проверке качества и который выдает качественное удостоверение о пригодности комбикорма к скармливанию".

О том, что причина падежа кур — отравление кормом, стало известно в воскресенье. При вскрытии падшей птицы уже были видны характерные признаки отравления — кровоизлияние в желудок, увеличение желчного пузыря, подкожные отеки. Позже эту же причину гибели кур подтвердят и лабораторные исследования.

Кто виноват?

Следствие по факту падежа кур на птицефабрике “Беларуснефть-Особино” длилось три месяца. В ходе следствия обвиняемым по делу проходил только директор птицефабрики. Но за две недели до передачи дела в суд статус директора изменился — он уже проходил по делу как свидетель. Обвиняемыми стали главный технолог и главный ветврач птицефабрики Александр Осипенко.

Еще до суда оценку действиям ветврача Осипенко дал Главный государственный ветеринарный инспектор страны Александр Аксенов. В официальном письме на имя председателя Гомельского областного суда Аксенов указал, что “главный ветврач РУП ”Беларуснефть-Особино" Осипенко А.В. действовал в рамках ветеринарного законодательства Республики Беларусь", т.е. все его действия соответствовали закону и должностной инструкции. Аксенов также написал, что, по мнению Государственной продовольственной инспекции, “следствие односторонне подошло к установлению круга виновных лиц”, что “не по всем пунктам постановления имеются документальные подтверждения вины обвиняемого”, что “причина и диагноз заболевания, вызвавшего массовую гибель птицы, ставится комплексно на основании анамнеза, клинических проявлений, патологоанатомических, лабораторных и других специальных исследований, а на эти исследования отводится установленный норматив времени”, а также и то, что “без внимания следователя остался вопрос — качество комбикорма и весь процесс его производства”.

Генеральный директор Республиканского объединения “Белптицепром” Н.Шерстнев тоже дал заключение действиям ветврача птицефабрики — “со стороны главного ветврача Осипенко А.В. были предприняты исчерпывающие действия по выявлению причины падежа и сохранению птицеголовья”. Судья Гомельского областного суда В.Мельников получил также официальные письма от главного ветврача Буда-Кошелевского района Е.Фрейвальда, начальника управления Комитета по сельскому хозяйству и продовольствию Гомельского облисполкома В.Курпатова, который лично участвовал в работе оперативного штаба на птицефабрике 5 августа. Оба они констатировали, что Александр Осипенко действовал правильно, не нарушил ветеринарного законодательства
и в полном объеме провел весь комплекс профилактических и лечебных мероприятий.

Были в распоряжении суда и выводы ветеринарной экспертизы, проведенной специалистами ГУ “Белгосветцентра”. В этом документе черным по белому написано, что птица отравилась некачественным кормом, а лечебные мероприятия в отношении заболевшей птицы были начаты своевременно. Специалисты “Белгосветцентра” также указали, что на птицефабрике “Беларуснефть-Особино” не соблюдались сроки выращивания птицы, температурный режим в птичниках, что комбикорм, который использовался для кормления птицы, содержал питательные вещества, рекомендованные для выращивания бройлеров до 42-дневного возраста.

Необходимое исследование иммунной системы птицы проводили и специалисты Института им.Вышелесского. Их заключение — бройлеры не болели вирусными и бактериальными заболеваниями.

Но, выходит, выводы специалистов разных ведомств Гомельский областной суд не принял к сведению. Ветврача Осипенко осудили за ненадлежащее исполнение своих обязанностей.

— В мои обязанности не входит общее руководство административно-хозяйственной деятельностью, как сказано в постановлении суда, — говорит Александр Осипенко. — Основной моей задачей является проведение ветеринарно-санитарных мероприятий, направленных на предупреждение возникновения и ликвидацию инфекционных заболеваний птицы. Я не отвечаю за своевременный убой птицы и реализацию продукции.

Не я виновен в том, что в птичниках стоит птица, возраст которой превышает 42 дня. Этот вопрос, к слову, главный технолог производства каждый раз поднимала на собраниях у директора фабрики. Но вопрос не решался положительно. Решение об использовании комбикорма принимает главный зоотехник фабрики. Я не нарушил ничего, что касается проведения ветеринарно-санитарных работ в период июня-июля 2006 года. А 5 августа действовал согласно должностной инструкции и ветеринарно-санитарным правилам. Ветеринарная экспертная комиссия, к слову, подтвердила это.

Солидарность

О решении Гомельского областного суда сообщило Белорусское телевидение. Услышав, что виновным в падеже 90 тысяч кур признан главный ветврач птицефабрики Александр Осипенко, ведущий ветврач-эпизоотолог Гомельской областной ветлаборатории Максим Яковиц решил собрать подписи в защиту коллеги.

“Я не был лично знаком с Яковицем, — говорит Александр Осипенко. — Он позвонил мне через несколько дней после суда, сказал, что не понаслышке знает о моем деле, и попросил разрешения начать сбор подписей в мою защиту. Я не стал возражать”.

Письмо в защиту Александра Осипенко подписали сотни человек, подписи ставили целыми коллективами —- Гомельская облветлаборатория, Гомельская районная ветеринарная станция, Могилевская, Гродненская, Брестская облветлаборатории, РУ “Калинковичская районная ветеринарная станция”, Мозырская районная ветеринарная станция и многие, многие другие. Не остались равнодушными к судьбе коллеги ветврачи птицефабрики “Рассвет”, Оршанской птицефабрики, Смолевичской и других. Всего было собрано 36 листов подписей. Копии письма были разосланы во всевозможные инстанции —  в Администрацию президента, Совет министров, Палату представителей,
Генпрокуратуру, МВД, Комитет госконтроля.

Ответ подписанты получили пока только из Генпрокуратуры. Им ответили, что писать такие письма они не имеют права, поскольку не относятся к обвиняемым...

В конце марта коллегия по уголовным делам Верховного Совета будет рассматривать кассационную жалобу Александра Осипенко. Он, естественно, с приговором Гомельского областного суда не согласен.

— Странно получается: действовал по закону, а оказался виновным, — говорит Александр Осипенко. — Сейчас я в отпуске, что будет потом — не знаю. Откуда взять деньги, чтобы выплатить такой материальный ущерб, тоже не могу представить. Моя зарплата на фабрике составляла около миллиона рублей. Очень надеюсь, что Верховный суд внимательно изучит мое дело... Знаете, когда шло следствие, я даже представить себе не мог, что могу оказаться на скамье подсудимых. Думал, какая-то ошибка произошла, следователь молодой, не разобрался в нюансах, потому что дело сложное, узкоспециализированное. Но в суде, на мой взгляд, тоже не очень-то стремились разобраться в сути дела. Очень надеюсь на честный и справедливый подход к моей жалобе Верховного суда...
13:51 22/03/2007




Loading...


загружаются комментарии