Ассоль Сливец: Мой Грэй мчал ко мне на всех парусах...

В эти выходные известная белоруссская фристайлистка Ассоль Сливец опробовала себя в роли невесты. За пару дней до свадьбы серебряная призерка чемпионата мира по фристайлу пооткровенничала с корреспондентом «Народной воли».

Ассоль Сливец: Мой Грэй мчал ко мне на всех парусах...

....Ее джип “Хонда” украшен с тыльной стороны огромной ромашкой. В ее волосах — цветы, а может быть — бабочки, и вся она — такая возвышенная, солнечная и жизнерадостная — напоминает мне ее тезку из гриновских “Алых парусов”.

— Так я же и есть возвышенная, — заливисто смеется Ассоль, пока мы прогуливаемся по набережной Свислочи. — Знаешь, как во фристайле высоко приходится взлетать!

— А еще я слышал, что ты могла стать выдающейся скрипачкой.

— Конечно, могла, если учесть, что дома у меня была декоративная скрипка, — ее глаза снова улыбаются. — Хотя нет, давай серьезно, к музыке-то я никогда никакого отношения не имела. Как с детства меня и Тимку (тоже фристайлист — Тимофей Сливец — Авт.) родители отдали в
спорт, так все время по жизни со спортом и иду. Плавание, водные лыжи... Музыка сюда никак не вписывалась, к тому же мама жутко ненавидела музыкальную школу, в которую в свое время ее заставляли ходить.

— То есть фристайл — это судьба...

— Скорее всего да. С высоты прожитых лет понимаешь, что не могло не сложиться так, чтобы меня тогда не отдали в балет на воде. Что может быть красивее для девочки? Правда, это счастье через полгода закрылось, и я перешла на батут. И опять-таки — разве не интересно детям
кувыркаться? Да и Тимка, как младший, был под присмотром.

— Нужен был присмотр?

— Ой, мы столько ругались, когда не могли чего-нибудь поделить, что лучше не вспоминать. Тарелки, подушки, игрушки — все делили. Но это же детство. Сейчас он мой очень хороший друг.

— Кто с большим удовольствием тренировался?

— Наверное, одинаково. Это ж такой спорт веселый, особенно для детей. Это в гимнастике с утра до вечера надо пахать в зале, а здесь все более занятное. На лыжах в воду прыгали — тоже своеобразный кайф.

— Во фристайле страшно не было?

— Маленькой — нет, тем более что прыгать сальто — ничего сложного. Но вообще страх — это нормальное явление.

— Страх бывает в какой момент?

— У меня — когда резко меняется погода, и ты не можешь просчитать все варианты. Изменяются направление ветра, температура снега, и вот здесь иногда действительно бывает страшно. Но лишь иногда. На Олимпиаде, например, был сильный туман, но для меня это не было помехой. А бывает
немотивированный страх, когда он, как заноза, заседает где-то в подкорке мозга.

— Родители твои нормально относятся к тому, что занимаешься таким экстремальным видом спорта?

— Мама не смотрит мои выступления вообще. Или же в записи, по прошествии времени. Смотреть на дочку на соревнованиях — на это, как она говорит, у нее нервов не хватает.

— Соля, после того как случилось несчастье с Дмитрием Раком, психологически тяжело было идти на трамплин?

— Честно говоря, мы до последнего не верили, что все так серьезно. Это произошло на разминке, мы к тому времени уже отсоревновались и сидели в гостинице. Я и все девочки самого происшествия не видели. Мы увидели Диму только тогда, когда его уже реанимировали. Это было страшно, но казалось, что сейчас он придет в сознание и все будет нормально. С
фристайлистами такое случается где-то раз в год, но бессознательное состояние обычно длится 15—20 секунд. Если что-то совсем серьезное, то прилетает вертолет и увозит. Дима Дащинский тогда поехал в больницу. Не верилось, что на ровном месте все может быть настолько серьезно.

— Ничего себе — “на ровном месте”...

— Понимаешь, я считаю, что не было такого, что Дима упал и именно этот удар стал причиной такой серьезной травмы. Возможно, все это накапливалось со временем. Как инсульт. Такое может случиться с любым спортсменом в любой момент... Кстати, сейчас мы проводим акцию
“Спортсмены — в помощь Дмитрию Раку”. Диме нужны деньги на лечение в московском реабилитационном центре на восстановление речи и прикладных навыков. Обещают выделить деньги Министерство спорта и НОК, но их все равно не хватает.

— Много не хватает?

— Около четырех тысяч долларов. Уже дали деньги хоккеисты, гимнастки, Наташа Цилинская, Юля Нестеренко... Все отнеслись с пониманием. И дело даже не в деньгах — беда ведь может случиться (тьфу-тьфу-тьфу) с каждым. Я тоже падала, меня тоже увозили в бессознательном состоянии, но обошлось. Помню — прыжок, падение, а дальше — ничего не помню. Открываю глаза — люди в белых халатах.

— Дилетанты утверждают, что у всех фристайлистов на “пятой точке” — мозоли?

— Глупости какие-то! Извиняюсь, на попу мы вообще редко приземляемся. Бывает, когда сильно перекрутишь, то можно зацепиться о землю спиной, но на спину надевается “черепашка”, которая смягчает удар. Парни вообще никак не защищают себя, считают, наверное, что у них и так спины сильные.

— Соля, я так понял, фристайл — достаточно ответственный вид спорта, который вырабатывает в спортсмене самостоятельность и индивидуальность. Надеяться-то приходится только на самого себя, правильно?

— Нет, есть же еще тренеры, которые все время тебя “координируют” во время прыжка, но то, что я рано стала самостоятельной, — это правда. И насчет индивидуальности — этого, простите за нескромность, не отнять. Не люблю стадность. Помню, пришла однажды в БРСМ их устав посмотреть, надо было, по-моему, для экзамена...

— Фе, — брезгливо отворачивается моя собеседница, увидев, как рыбак насаживает на крючок червяка. — Не люблю рыбалку, потому что там надо червяка в руке держать — толстого, шершавого, извивающегося...

— Мы отвлеклись от БРСМ...

— Да, так вот пришла просто устав их посмотреть, а они мне в рукав вцепились — вступай в организацию, и все тут. Так и держали за рукав, пока бежала к двери. Ну не хочу я ходить строем, как им было это объяснить? Не хочу быть как все, не хочу вступать куда-то только потому,
что туда все вступают. И дело здесь не в БРСМ, просто не люблю стадность. С точки зрения государственной идеологии я, наверное, не очень сознательный гражданин, которым тяжелее управлять, но тут уж ничего не поделаешь. Хотя, с другой стороны, я также не люблю и
трепачей, которые только и умеют, что ругать, но сами ничего толкового и полезного в этой жизни не сделали. Вот они говорят, например: уеду за границу, там мне будет хорошо. Так и за границей им хорошо не будет, если они будут сидеть на диване и смотреть телевизор.

— Сама-то ты начала ездить за границу рано.

— Так это мама нас возила на машине на отдых в Болгарию, Турцию. А вообще, мне нравится отдыхать в Испании. Очень дружелюбные люди, чистое красивое море, доступный, ненавязчивый сервис. Понравился серфинг на острове Бали в Индонезии — жаль только, что двенадцать часов лететь надо.

— А дома как отдыхаешь?

— Первую неделю, когда приезжаю домой после всяческих сборов и соревнований, — просто сплю днем, потому что ночью в период акклиматизации брожу с Тимофеем по квартире. Отдых зависит от того, насколько устала.

— В этом году ты уже стала серебряным призером чемпионата мира, июнь тоже обещает стать для тебя памятным...

— Что есть, то есть! Представляешь, 7 июня у меня защита диплома в Академии физвоспитания, 9 июня — свадьба, а 22 июня — День рожденья. Три в одном!

— О свадьбе давай, если не против, поподробнее.

— Суета сует, что там рассказывать. То да сё, платье еле выбрала... Ходишь, смотришь, вроде и выбор большой, и красивые все, а присмотришься — не то. Но выбрала. Жениху-то нельзя платье невесты до свадьбы видеть, а вот костюм Сергею выбирали вместе. Неплохой такой купили, светленький.

— Свадьба большая будет?

— Нет, совсем небольшая — человек 50. Можно было, конечно, и с конями веселье отгрохать, и гостей пригласить человек под двести, но соль-то семейного счастья все же, наверное, не в этом. Уверена, что я не стану счастливее, если приеду в загс на белом лимузине. У нас тоже будет
кортеж машин, но еще радостнее, что приедут самые близкие друзья. Швейцарская и канадская подружки, фристайлистка из Москвы Даша Серова будет первой свидетельницей. Может быть, на свадьбе выступят некоторые наши белорусские артисты. Одним словом, подготовка идет полным ходом, подозреваю, что на самом мероприятии нам приготовили, коль я Ассоль, и алые паруса. Кстати, Сергея часто называют Серым, а серый по-английски — это “грэй”. Ассоль, как известно, ждала Грэя — все как у Грина.

— Жених-то как к тебе приплыл в свое время?

— Давно познакомились, он детский тренер по конькобежному спорту.

— Соля, а что тяжелее — скажем, Олимпиаду выиграть или замуж выйти?

— Ой, ну ты и сравнил! Выйти замуж, по-моему, вообще особого ума не надо. Хотя, не в обиду будет сказано девушкам, но запросы у многих не соответствуют предложениям и доходам. Я смотрю недавно: девушка платье выбирает, явно студентка, скромненько одетая, парень рядом с ней — видно, что тоже студент. Но платье она хочет за 800 долларов! Боже ты мой, думаю, неужели платье за 800 долларов сделает тебя счастливее?

— А ты за сколько выбрала?

— За 350, но продавщица узнала меня и сделала скидку на 50 долларов. И вообще, я шила платье на заказ. Белое платье с розовеньким бантиком, не слишком широкое, чтобы не ходить, как кукла, — к Сергею не дотянешься поцеловаться.

— Кольца покупали или заказывали?

— Заказывали у ювелира. В наших минских салонах почему-то так получилось, что если есть колечко, которое мне нравится, то нет для Сергея. Если есть мужские, то женские не подобрать. Одним словом, мы решили заказать кольца по своему эскизу у знакомого ювелира. Из белого и
желтого золота. Инь и Янь, мужское и женское начала. У меня в колечке есть один бриллиантик.

— В свадебное путешествие куда отправитесь?

— Хотим в Париж, но только в августе. Сейчас должны поехать на сборы в Швейцарию.

— После свадьбы о пополнении в семье не собираетесь подумать?

— Пока рано об этом говорить — все-таки мне еще надо попрыгать. Для знакомых фристайлистов из Швейцарии вообще дико, что я выхожу замуж в 25 лет. Они сочетаются браком лет в 30, только в 32 и позже обзаводятся детьми. Но я считаю так — сердцу не прикажешь. И главное, чтобы люди любили друг друга, — остальное приложится.

13:11 11/06/2007




Loading...


загружаются комментарии