Товарищи ученые, доценты с кандидатами

Мы положили, как вы знаете, в основу пятилетнего развития вас, ученых. (Из выступления А. Лукашенко на первом съезде ученых).

Под шумный аккомпанемент государственных СМИ в Минске прошел первый съезд ученых, который должен был знаменовать триумфальное шествие белорусской науки. Но, увы, триумфа не получилось.

В выступлении А. Лукашенко на этом форуме положение дел в нашей науке было оценено очень критически. Из его слов вытекает, что участие ученых в развитии промышленности, сельского хозяйства небольшое, лишь единичные проекты дают значительный эффект. «К сожалению, несмотря на весь научно-технический потенциал, здесь нам опереться практически не на что», - констатировал президент.

Действительно, отдача от науки падает. Снижается доля расходов на науку в госбюджете, сокращается наукоемкость ВВП. Председатель президиума Национальной академии наук (НАН) М. Мясникович в своем докладе признал, что только 12% технологий в стране соответствуют мировому уровню.

В 2001 году А. Лукашенко, назначив М. Мясниковича руководить НАН, поставил перед ним задачу реформировать всю систему научных учреждений таким образом, чтобы наука стала эффективным инструментом развития страны. По прошествии шести лет президент фактически вынужден констатировать, что эта задача не выполнена. Иначе говоря, в реализации программы инновационного развития страны роль науки незначительна.

Иначе и быть не могло. Старая, оставшаяся от советского прошлого форма организации научной деятельности сохранилась в рамках такой же старой социально-экономической модели. Не реформирована ни та, ни другая. Отсюда и соответствующий результат, и все болезни советской науки: бюрократизация, приписки и пр.

Например, такая неразрешимая для СССР, но совершенно отсутствующая в странах Запада проблема, как внедрение разработок ученых в производство, полностью перекочевала в сегодняшнюю Беларусь. Об этом говорили многие выступавшие на съезде, это же отметил и А. Лукашенко: «Наука у нас функционирует сама по себе, а производство развивается само по себе. Обе сферы мало пересекаются».

В таком плачевном положении науки есть вина и руководства государства. В этом смысле очень показательна реплика А. Лукашенко о космических исследованиях: «На создание спутника я пошел, скажу вам откровенно, не только потому, что уж очень он нужен был нашему обществу и государству. Мне вас, умных людей, которые когда-то занимались космосом, было не просто жаль, а катастрофически жаль потерять». Что касается
экономической целесообразности запуска спутника БелКА, то очевидно: выгоды не покрывают затрат. Но, думается, президент здесь немного лукавит. На первом месте в этом проекте была не гуманитарная помощь ученым, а политический престиж государства и его главы.

Второй пример. Лукашенко выразил недовольство тем, что Парк высоких технологий превратился в банальный оффшор. «Но мы же не ради этого затевали дело… «Силиконовая долина» состоится только в том случае, если она привнесет что-то принципиально новое в экономику страны».

Вот эта модель отношений – политический престиж плюс интересы научных и иных экономических корпораций – доминирует в государственной политике по отношению к науке. Общенациональные же потребности остаются на втором плане. Начисто отсутствует независимая экспертиза крупных проектов, их общественное обсуждение. Корпоративные лоббисты имеют полную возможность втюхать главе государства любую «куклу» в научной оболочке. Это касается и космического спутника, и Парка высоких технологий, и строительства атомной электростанции.

Сейчас обсуждаются различные варианты реформирования системы функционирования и управления научными учреждениями. Заместитель главы Администрации президента А. Рубинов еще в прошлом году предлагал по образцу развитых стран переместить фундаментальные исследования из НАН в вузы, оставив за Академией наук, как можно понять, функцию общественной организации. Руководство НАН, наоборот, выдвинуло идею упразднить осударственный комитет по науке и технологиям и передать его функции Академии наук. За новую форму организации научных исследований выдается
создание научно-практических центров.

Однако простая организационная перестройка структуры и управления научными учреждениями ничего не решает. Все эти предложения реформ не затрагивают основополагающих причин плачевного состояния белорусской науки. Безусловно, Национальная академия наук в ее нынешнем виде – это рудимент другой эпохи. Но передача фундаментальных исследований в университеты ничего принципиально не решает. Ибо вузовская наука сегодня в большей части – это профанация. При той учебной нагрузке, которую имеют преподаватели университетов (в 2-3 раза большей, чем в развитых странах), говорить серьезно о научной деятельности не приходится.

В рамках существующей социально-экономической модели проблема повышения эффективности науки не имеет решения. И дело не в плохом управлении, как считал А. Лукашенко шесть лет назад, и стоит заменить руководителя НАН, как сразу все образуется. Главная проблема состоит в том, что Академия наук и все остальные научные учреждения существуют в нерыночной, неконкурентной среде. В такой ситуации НАН не может быть ничем иным, как типичным советским учреждением, функционирующим в условиях полусоциалистической экономики со всеми ее прелестями. С плановым государственным финансированием, оплатой ученых званий и т.д. В такой системе оценку научного продукта дает не рынок, а бюрократ, ценится не талантливый ученый, а человек, удобный для руководства.

Безусловно, небольшое, небогатое государство не в состоянии финансировать развитие фундаментальной науки в тех объемах, которые были в СССР. Выход нужно искать в кооперации с научными центрами развитых стран и крупных международных корпораций. На этом пути может быть частично решена проблема «утечки мозгов».

А новый толчок развитию прикладной науки могут дать только рыночные преобразования. Ибо нынешняя белорусская хозяйственная система, как и советская, невосприимчива к научно-техническому прогрессу. Отсюда и извечная для нас проблема внедрения разработок ученых в производство. Рыночная экономика быстро адаптировала бы систему научных учреждений к новым требованиям.

А съезд ученых – это обычное политическое шоу. Никакого обсуждения научных проблем, как уверяют государственные СМИ, тем более «определения стратегии развития науки» в стране там не могло быть. 2 тысячи человек за два дня в принципе ничего обсудить не могут. Тем более, если все выступающие прошли жесткую селекцию. Не для этого собирался этот форум.

При отсутствии реальных стимулов к эффективной работе, их нужно чем-то компенсировать, чтобы система могла функционировать в прежнем режиме. Поэтому периодически необходимо включать механизмы мобилизации. Без постоянных импульсов с вершины административной пирамиды, призывов, грозных требований («настало время …капитального спроса с ученых за результат»), угроз, разносов, а иногда и «посадок» существующая модель просто не будет работать. Плюс демонстрация электорату неустанной заботы президента о благе своей страны. Для этого и проводятся регулярно съезды работников промышленности, сельского хозяйства, учителей, юристов и т. д. Дошла очередь и до ученых. И то, что они оказались едва ли не последними в этой очереди государственных приоритетов, тоже очень показательно.

 

14:54 09/11/2007




Loading...


загружаются комментарии