С Богом!

С этой картиной я столкнулась пару лет назад. Могилевская область. Костюковичский район. На весь район – пару церквей, в самом райцентре и в нескольких крупных деревнях. А малые деревни охвачены каким-то религиозным безумием.

С Богом!

Бросив свой огород, женщины бегут копать картошку Отцу. Они уверены, что, оказывается, раньше людей хоронили по неправильному обряду, а теперь Отец научил их правильному. Они собираются вечерами и поют какие-то песни, слушают проповеди. Они готовы молиться на Отца, потому что мужиков и подростков он уговаривает не пить, лично, не боясь, ходит в каждый «пьяный дом» и грозит карой небесной. На каждый вопрос у него есть ответ, на каждую беду – отклик. 

Я сначала подумала, что в деревню, наконец, прислали священника. Оказалось – нет, как была в период постчернобыльского переселения заброшена церковь рядом с покосившимся домиком, в котором родился Аркадий Кулешов, так и погибает. Новый Отец в нее не наведывается – черное место, говорит.

- Так кому вы молитесь?

- Иисусу Христу.

- И это православный священник называет церковь «черным местом»?

В ответ – замешательство. А потом неуверенное: «Это он про радиацию».
 
- Но вера у вас какая?

- Да какая разница, что за вера. Хороший человек – хорошему учит, о Боге рассказывает. Мы-то православные, но в район не наездишься, тем более что и автобусы не ходят. А верить ведь надо...

Честно говоря, когда стало известно о сектантах, которые закопались в землянке в Пензенской области, моей первой мыслью было, что там обязательно окажутся люди из Костюковичского района. На огромных просторах – ни одной церкви и ни одного священника. «А верить ведь надо...»

Особенно разительно это отличие на фоне Минска, где церкви скоро будут в каждом дворе. В столице и пригороде церковь набирает себе все новые и новые участки земли, и не успевает их осваивать, и все не закончено, не доделано - сплошная нескончаемая стройка. И ведь все понимают, что в Беларуси много мест, где реальный дефицит культовых заведений и служителей. Но на такие окраины, как Костюковичский район, денег нет. Вот и появляются какие-то плюгавенькие «отцы» и дурят людям голову своими бреднями.

«Секта - это зло, которое разъедает самосознание, от него страдает мнение о церкви и христианстве, - говорит сегодня Митрополит Филарет. - Необходимо что-то делать, нужны не ругань, не физические меры, а надо собраться и обсудить то, как мы можем противостоять раздирающему наше обществу сектантству".

Я вношу первое предложение: объявить мораторий на строительство новых церквей, гостиниц, загородных православных лагерей и так далее в Минске и пригороде. И хотя бы вахтовым методом, но направлять священников из крупных городов туда, где на несколько десятков километров нет ни одного служителя культа – в первую очередь, в глубинку Могилевской и Гомельской областей, туда, где у людей нет возможности ни креститься, ни собороваться.

Ситуация в Брестской области, которая, собственно, и «выстрелила» в связи с пензенскими землекопами, требует отдельного изучения. Всем известно, что Брестско-Кобринская епархия – пожалуй, самая скандальная в Беларуси. Многие еще помнят громкое убийство одного из самых влиятельных священников епархии Михаила Сацюка. Суд был закрытым, поскольку дело затрагивало «интимные вопросы жизни потерпевшего  или подсудимого». В убийстве обвинили церковного дьякона, потом Верховный суд отменил ему приговор. Чем вся эта история закончилась, я, честно говоря, уже и не помню. Но тщательно заминаемый скандал в узких кругах тем не менее стал настоящим скандалом, поскольку два церковнослужителя сошлись на интимной почве.

Можно вспомнить и конфликт в Ружанах, где прихожане просто выставляли священника из церкви, обвиняли его в краже икон, забирали у него ключи... Именно здесь верующие обращались в прокуратуру с заявлениями, что на реставрацию отправляются старинные иконы, а вместо них возвращаются новоделы.

Наконец, тревожным симптомом должно было стать и то, что именно в Бресте и Брестской области верующие массово стали подавать заявления на регистрацию приходов Русской православной церкви за рубежом. Значит, верят они, и православные они, но не находят они понимания с традиционной церковью.

Так, может, не только в заезжем самозваном отце Петре дело и не только в его гипнотических способностях? Поехали ведь следом за ним не католики, не протестанты. Поехали истово верующие православные женщины. Так, может, проблема глубже?..

В общем, я рекомендую митрополиту Филарету начать борьбу за души верующих с борьбы за чистоту Православной церкви. Сектантство – это симптом болезни, но не сама болезнь.

08:26 29/11/2007




Loading...


загружаются комментарии