Почему жители Новоельни не хотят пускать на территорию поселка туберкулезных больных

— Вот, посмотрите, это частный магазин, где они покупают спиртное… А вот и улица Дятловская, по которой идут в поселок, им и пройти каких-то пару сотен метров, — именно с этих слов начинается для меня своеобразная экскурсия по городскому поселку Новоельня Дятловского района.

«…Они покупают вино, водку, приходят в наши дворы, садятся на наши скамейки, за наши столики, пьют и плюют в детские песочницы. А мы, выслушав поток брани в свой адрес, забрав своих детей, молча уходим, потому что боимся… Мы уже слышали, что они тоже люди, имеют право на жизнь и лечение, что мы должны быть милосердными но…» Под письмом в редакцию от жителей Новоельни — более пятисот подписей — фактически каждый пятый взрослый поселка.

О чем идет речь в письме? Поясню. Камнем преткновения стала созданная в 2005 году в Новоельне республиканская туберкулезная больница. А пресловутые «они» — пациенты этой больницы, люди с тяжелой формой туберкулеза. Если оперировать медицинскими терминами – хроническим туберкулезом легких с явлениями множественной лекарственной устойчивости возбудителя, то есть такой формы болезни, которая хорошо приспособилась к известным лекарственным препаратам и требует особых методов лечения.

Авторы письма говорят о том, что не чувствуют себя безопасно в своем городе. Их постоянно преследует страх заразиться и заболеть туберкулезом, страх за родных и близких, а также страх перед асоциальными личностями, которые проходят лечение в больнице. Ко всем уверениям врачей, и местных, и столичных, что туберкулезом заразиться, а тем более заболеть, совсем даже непросто, и соседство с подобными
больницами на заболеваемость населения никак не влияет, местные жители относятся весьма скептично. Люди в панике бьют тревогу. По городу ползут слухи и разные страшилки. Дошло даже до того, что некоторые «знатоки» заговорили о необходимости строительства крематория: мол, людей, умерших от туберкулеза, на общем кладбище и хоронить-то нельзя…

Между тем больница в Новоельне появилась далеко не на пустом месте. Здесь лечили больных туберкулезом еще до 1939 года, когда территория эта принадлежала Польше. В послевоенное время лишь в стационаре в Новоельне, наряду с Минском, проводились операции на легких. В 50-х годах здесь открылся туберкулезный санаторий. Гораздо позже, в связи со снижением заболеваемости туберкулезом в стране, число коек в санатории стало сокращаться: если в 1981 году санаторий принимал одновременно до 400
пациентов, то в 2004-м – только 160. Вот тогда-то и было принято решение о создании на месте санатория больницы. А вскоре начало расти и недовольство жителей Новоельни.

И связано это недовольство, думается мне, совсем не со страхом заразиться. Ведь жители Новоельни спокойно жили бок о бок с тубинфицированными на протяжении более чем столетия и прекрасно знают, что на заболеваемость такое соседство не влияет. Риск заразиться есть разве только у тех, кто долгое время находится с тубинфицированным под
одной крышей, в замкнутом пространстве.

Дело здесь, скорее всего, именно в контингенте тех, кто лечится в больнице. Ведь ни для кого не секрет, что туберкулез, а тем более тяжелые его формы, развивается там, где есть неблагополучная среда: некачественное питание, тяжелые и антисанитарные условия проживания, болезни, отсутствие иммунитета, алкоголь, курение, наркотики, ВИЧ –
обычные спутники этого недуга.

Вот и в Новоельненской больнице 40 процентов проходящих лечение имеют судимость, 36 процентов страдают от алкогольной или наркотической зависимости. Вряд ли кому понравится, что такие люди беспрепятственно выходят за пределы своих палат, сидят в кафе, курят и выпивают во дворах на лавочках. Тем более в маленьком городке, где все друг друга знают и любой чужак, особенно если он весь в татуировках и постоянно кашляет, всегда заметен.

В Минске, в областных центрах, где, кстати, тоже есть туберкулезные больницы, эти люди как бы «растворяются» в общей массе, а в Новоельне они видны издалека. Отсюда и проблемы.

Руководство больницы старается делать все возможное, чтобы ограничить выход пациентов в поселок, что, надо сказать, весьма проблематично: запретить им покидать территорию медики не имеют права. А само лечение предполагает нахождение больного в стационаре не менее полугода, и провести такое долгое время в четырех стенах под силу далеко не каждому.

В Беларуси, конечно, существуют туберкулезные больницы и закрытого типа, но содержатся в них лишь те, кто уклоняется от лечения. Причем содержание в таких больницах может происходить лишь по решению суда. В Новоельне же лечатся добровольно.

Как рассказал главный врач больницы Мечислав Довгаль, чтобы пациентам не нужно было ходить в поселок, на территории организована работа ларька по продаже предметов первой необходимости и продуктов питания, доставка почты, посылок и денежных переводов. Есть здесь свои телефоны-автоматы, библиотека, почтовый ящик и даже парикмахерская.

Но больных все равно хлебом не корми – дай прогуляться в сторону городка. И это несмотря на то, что при поступлении в больницу они знакомятся под роспись с правилами внутреннего распорядка, предупреждаются об ответственности за распитие спиртных напитков, курение и выход за территорию учреждения. Но толку никакого: ведь
больных туберкулезом за нарушение правил внутреннего распорядка выписывать запрещено. И даже наличие в больнице круглосуточного поста милицейской охраны ничем не помогает: милиция может следить только за порядком на территории больницы, ограничить перемещение пациентов за ее пределами не в ее власти.

Чтобы разобраться в проблеме и встретиться с жителями поселка, в Новоельню выезжала комиссия под руководством главного внештатного фтизиатра республики, директора НИИ пульмонологии и фтизиатрии Геннадия Гуревича.

— И жилые, и вспомогательные корпуса больницы расположены на расстоянии 50 и больше метров от жилых домов, что в полной мере соответствует требованиям «Санитарных правил устройства, оборудования и эксплуатации лечебно-профилактических организаций», — рассказал Геннадий Львович. – Так что ГУ «Республиканская туберкулезная больница «Новоельня» не представляет эпидемиологической опасности для жителей поселка. Что же касается ситуации с поселковым кладбищем, то захоронение лиц, умерших от туберкулеза, не требует особых условий, как, например, в случае смерти от особо опасных инфекций или инфекций неясной этиологии.

В то же время многие жители Новоельни, хоть и протестуют против туберкулезной больницы, сами были бы не прочь устроиться сюда на работу. Из желающих работать здесь уже выстроилась очередь. А случись такое, что больница вдруг закроется, 165 человек ее персонала попросту останутся без работы.

Тем не менее и руководство больницы, и местные власти, и специалисты-фтизиатры из Минска понимают, что ситуацию надо как-то менять. Министерство здравоохранения уже выделило деньги на строительство двойного ограждения вокруг больницы. В скором времени территорию лечебного учреждения отделят от поселка металлическая ажурная
решетка и двухметровый бетонный забор. На въезде на территорию появится еще один милицейский пост. В планах – установка видеонаблюдения.

Кроме того, по словам Геннадия Гуревича, уже подготовлен проект приказа Министерства здравоохранения о создании в Новоельнинской больнице в следующем году отделения для принудительного лечения. Предполагается, что сюда по решению суда будут помещать не только тех, кто уклоняется от лечения, но и пациентов, грубо нарушающих больничный режим.

Все это, безусловно, сократит число выходов пациентов в поселок и, вполне возможно, снимет возникшее напряжение. Хотя, конечно, не исключено, что возведение стены вокруг больницы вызовет и новый всплеск жалоб – на этот раз уже с другой стороны забора:  от пациентов, которые посчитают это нарушением своих прав…


 

12:36 29/11/2007




Loading...


загружаются комментарии