Дело Шантолосова: продолжение

В громком уголовном деле, впервые возбужденном по статье 253 УК Республики Беларусь в 2005 году, к концу 2007-го наметился очередной разворот. Адвокаты объявленного в розыск бывшего футболиста сборной Беларуси Валерия Шанталосова, которому заочно вынесено обвинение в попытке “подкупа участников профессиональных соревнований”, небезуспешно добиваются передачи трех томов практически завершенного расследования в Россию.

Таким образом, цепь загадочных обстоятельств, сопровождавших “Операцию “Крот” от самого начала, может привести к ее ликвидации. Словно по сценарию захватывающего сериала Сергея Урсуляка, где с “кротами” борется маршал Жуков, следствие продвигается героическим, но странным путем, где на каждого Гоцмана есть свой Кречетов.

Дело то волокитят, то отстраняют от него ретивого следователя, то тихо объявляют в розыск подозреваемого, когда тот спокойно, не торопясь, успевает уехать из страны, то не замечают его появлений дома, то, наконец, добиваясь экстрадиции обвиняемого, вовсе сбывают материалы с рук. Это похоже на “Ликвидацию”, но в отличие от художественного кино документальное предполагает плохой конец. “Реэкстрадиция” ведет к необратимым последствиям.

От Ш. до П.

Пока правоохранительные органы сняли маску лишь с одного фигуранта. В интервью печатному органу МВД 20.07.2007 начальник следственного управления предварительного расследования ГУВД Мингорисполкома Геннадий Казакевич раскрыл одного из антигероев публикации “ПБ” трехлетней давности, сообщив, что под нарицательным футболистом Ш. следует, собственно, понимать бывшего голкипера сборной Беларуси Валерия Шанталосова. Подтверждено также, что объявленный в розыск белорусской милицией нынешний тренер вратарей российской “Сибири” осенью 2003-го во время попытки подкупа участников отборочных матчей чемпионата Европы (6 сентября Беларусь — Чехия и 10 сентября Молдова — Беларусь) действовал не один, о чем мы также писали три года назад. Напомним, в стартовом материале “Операции “Крот”, положившем начало первому на территории бывшего СССР уголовному делу по купле-продаже спортивных соревнований, наряду с футболистом Ш. фигурировал и журналист П. “6 сентября белорусские футболисты с трудом “выполнили установку”. В дебюте ворота Чеха неожиданно поразил Булыга, и лишь на 85-й минуте проскользнувший между Островским и Лухвичем Шмицер позволил “вкладчикам” вздохнуть с облегчением — 1:3, они не остались обманутыми. Однако 10 сентября проблемы у заказчиков оказались куда более серьезными. Один из них в лице известного российского спортивного журналиста П., и сегодня для отвода глаз пописывающего на страницах московских газет, решил лично проконтролировать ход сделки, приехал в Тирасполь. Там, на месте, и выяснилось, что некоторые из фигурантов, мягко говоря, не в курсе и никаких денег от Ш. не получали. Иные же несколько перестарались — на 89-й минуте путем случайного рикошета молдаванин Ковальчук вышел на убойную позицию и удвоил счет. Но, видимо, не зря журналист П. приезжал в Тирасполь: в добавленное время хозяева (Иванов) совершенно немотивированно, в углу штрафной площади, и слишком явно успели скосить нашего игрока. Смачная “точка”! Ее для статистики поставил Василюк — 2:1”... (“ПБ” от 16.12.2004, “Ставка на понижение, или Почему трибуны пустеют”).

В интервью газете “На страже” Геннадий Казакевич фактически подтвердил версию “ПБ”: “Следствию известно, что в 2003 году бывший голкипер нашей сборной Валерий Шанталосов несколько раз встречался с другим игроком национальной команды, в то время действующим, и предлагал ему несколько десятков тысяч долларов за проигрыш с нужной разницей... Наша дружина действительно уступила в тех матчах, причем с “необходимой” разницей мячей... Как мы предполагаем, преследовались интересы российского тотализатора. Через действующего игрока национальной сборной пытались подобраться к остальным. В деле есть еще один фигурант — журналист известной российской спортивной газеты. Вместе с Шанталосовым он приезжал в столицу Беларуси. На игре с чехами, правда, сам не присутствовал. Кроме того, он встречался с нашими футболистами в Тирасполе, где проходила игра с Молдовой, а также в одной из стран
дальнего зарубежья”...

Возможно, загадочного журналиста П. могли бы опознать руководители белорусской делегации в Молдове Байдачный (на тот момент главный тренер сборной) и Вергеенко (по сей день зампред БФФ). Ведь один из футболистов, оскорбленный предложением П. в Тирасполе, немедленно известил об инциденте Анатолия Николаевича и Михаила Никифоровича. Однако история об этом умалчивает. “Прессбол” же, продолжая
разрабатывать тему, наткнулся на созвучную заметку в петербургской газете “Невское время” от 26.05.1998.

“Матчи “Жемчужины” с “Черноморцем” вызывают особое внимание после прошлогоднего скандала. Как, наверное, помнят читатели, тогда ведущий “Футбольного клуба” (НТВ) Василий Уткин обвинил команды в сговоре, а в качестве доказательств предъявил записи телефонных переговоров человека, сделавшего крупные ставки в букмекерской конторе Москвы на победу сочинцев с перевесом в два мяча, с хозяевами конторы, не пожелавшими выплачивать ему крупный выигрыш (итог матча — 3:1 в пользу “Жемчужины”). Уткин заявил, что голос принадлежит Михаилу Пукшанскому — обозревателю газеты “Спорт-экспресс”. Поднялся шум, газета подала в суд, ПФЛ занялась расследованием обстоятельств матча. Кончилось все (как водится в нашем отечестве) тихо — доказательств не нашли, иск отозвали, Пукшанский стал завотделом российского футбола в своем издании, Арсен Найденов, главный тренер “Жемчужины”, перенеся операцию на сердце, отошел от дел, Уткин перестал (надолго ли?) играть в комиссара Каттани”.

Василий Уткин: заказ с форой

Чтобы выяснить, “надолго ли” и куда “отошел” ведущий российского телеэкрана, мы связались с самим Василием УТКИНЫМ. В результате оказалось, что голос, содержащийся на пленках, которыми располагают “ПБ” и следствие по “делу Шанталосова”, удивительным образом перекликается с историей десятилетней давности, когда мошенники были еще не такими матерыми и только раскидывали свои букмекерские сети...

— Василий, мы бы хотели вернуть вас в 1997 год и поговорить о событиях, развернувшихся вокруг матча чемпионата России “Жемчужина” — “Черноморец” от 23 июля. В эфире НТВ вы назвали игру договорной...

— Были высказаны соображения, что матч вполне мог быть договорным, потому что к тому имелись веские основания. Накануне игры, нет, точно в день тура и обзорной программы чемпионата России на НТВ нам позвонил сотрудник одной из крупнейших в Москве букмекерских контор. Это был не кассир, а высокопоставленный представитель компании.

— Какой?

— Я не хочу разглашать ни название конторы, ни имя звонившего нам человека именно потому, что это очень солидная, крупная фирма, и я не согласовывал с ней вопросы упоминания в прессе.

— Что сообщил человек?

— Он сказал, что если нам интересно, у него есть информация о странных ставках, произведенных непосредственно в этот же день. То есть до того, как начался тур, сотрудник сообщал, что в нескольких филиалах компании был сделан ряд крупных ставок на победу “Жемчужины”, причем сумма одного из взносов, как сейчас помню, превышала размер моей трехмесячной зарплаты на НТВ. Сам по себе факт заслуживал внимания, потому как это было черноморское дерби, встречались команды Краснодарского края, и
история этих встреч носила особый непримиримый характер. А здесь крупная ставка “с форой” — “минус полтора”, если не ошибаюсь. Плюс ко всему сотрудник конторы сообщил, что одну из ставок сделал не кто иной, как журналист газеты “Спорт-экспресс” Михаил Пукшанский.

Трудно было предполагать, что это совпадение, потому как разные крупные суммы в разных точках Москвы одной конторы выставились на кон практически одновременно! Почему? Потому что тогда невозможно было поменять линию, коэффициент. Вы знаете, что по мере роста ставок на конкретный результат коэффициент снижается, становится менее выгодным для клиента. И одновременные ставки делаются для того, чтобы коэффициент на момент подачи не пошатнулся, остался зафиксированным в высшей точке. У звонившего нам сотрудника компании, да и у нас, были все основания предполагать, что эти ставки сделаны одним человеком формально при помощи нескольких подставных лиц. Следовательно, этот человек либо жутко рисковал, либо заранее знал исход футбольной встречи в Сочи. Мы сразу же выдали свои предположения в эфир.

Версия риска как бы отпала, когда “Жемчужина” в принципиальном поединке выиграла “с форой” — 3:1. Ставка сыграла. И на том основании на следующий день мы заявили типа того, что вода на сочинских пляжах в пик сезона не так мутна, как футбол на местном берегу. Тогда “Футбольный клуб” на НТВ выходил четыре раза в неделю.

— Продолжали расследование?

— Да, мы знали, что букмекерская контора, у нее есть такая возможность, объявила результат спорным и приостановила выплату выигрыша. Целью этой акции было выявить, кто в итоге придет в центральный офис компании с этими вот квитками. То есть контора не разрешила выплачивать деньги “клиентам”, предложив явиться в центральный офис.
Прошло несколько дней, и в компанию позвонил человек, который был возмущен таким решением. Он сообщил, что эта ставка его, и по голосу легко узнавался журналист “Спорт-экспресса” Михаил Пукшанский.

— Компания записывала разговор?

— Да, и эту кассету они передали нам. И, так как программа выходила почти ежедневно, мы раздробили тему на несколько фрагментов. Помню, мы преподнесли историю странных матчей, по полочкам разложили события, происходившие на поле Центрального стадиона Сочи и пришли к выводу, что до жесткой спортивной борьбы во многих эпизодах было далеко.

ИЗ ДОСЬЕ “ПБ”

На 88-й минуте матча “Жемчужина” — “Черноморец” белорусский легионер Александр Вяжевич, заменивший в начале второго тайма своего соотечественника Владимира Острикова, сократил счет до минимума. Однако тут же гости позволили сочинцам практически беспрепятственно провести комбинацию, и на 90-й минуте “фора” была восстановлена — 3:1. Вяжевич так комментирует сегодня тот матч: “Я прочно сидел в запасе, и выход на поле в таком поединке явился для меня некоторой неожиданностью. Тем более одной ногой в тот момент я был уже в Ставрополе, где местное “Динамо” гарантировало мне место в основе. Если матч и являлся договорным, что вполне допускаю, то сдавали его не легионеры — обычно на такое дело снаряжаются местные футболисты, с ними легче договориться”.

— Знакомо. Ситуация как бы очевидная, но доказать что-либо сложно.

— В передаче на НТВ мы сделали интервью с ведущими российскими букмекерами, которые в один голос заявили, что есть все основания называть ставку “фиксированной”. Потом было разбирательство в РФС, который имеет возможность просто на основании видеозаписи матча признать его договорным. Меня тоже туда вызывали, я изложил свои резоны, которые мне были совершенно ясны — мы их к тому моменту уже озвучили в эфире.

ИЗ ДОСЬЕ “ПБ”

4 августа экспертный совет Профессиональной футбольной лиги  по поручению исполкома Российского футбольного союза рассмотрел обстоятельства матча 19-го тура чемпионата России “Жемчужина” (Сочи) — “Черноморец” (Новороссийск), который, по мнению передачи НТВ “Футбольный клуб”, носил “договорной характер”.

В заседании приняли участие Виктор Царев (председатель совета), члены совета Алексей Парамонов, Игорь Аввакумов, Владимир Агапов, Виктор Филиппов, Леонид Липовой, Игорь Береговский (секретарь совета). Члены совета заслушали инспектора матча Анатолия Иванова, главного судью Сергея Зуева, главного тренера “Черноморца” Олега Долматова, исполнительного директора “Черноморца” Виктора Ивасева, комментатора НТВ Василия Уткина, а также просмотрели соответствующие видеоматериалы. Экспертный совет постановил: имеющиеся в распоряжении совета материалы не дают достаточных оснований для того, чтобы утверждать, что матч “Жемчужина” — “Черноморец” носил “договорной характер”. Вместе с этим экспертный совет завил о своей готовности и в дальнейшем рассматривать доказательные материалы о договорном характере тех или иных матчей".
(Пресс-релиз Центра общественных связей ПФЛ от 4.08.1997)

Экспертный совет не признал договора, и, после того как решение состоялось, мы вывели на экран, озвучили эту вот самую кассету, сопроводив ее фотографией Михаила Пукшанского, сидящего на трибуне рядом с тренером “Жемчужины” тех лет Арсеном Найденовым — фигурой в российском футболе весьма одиозной.

Кстати, вопрос к вам. Я много слышал о “деле Шанталосова”, так же, как я понимаю, основанном на аудиозаписях. Скажите, по законодательству Беларуси записи разговоров, если они велись без санкции прокурора, могут являться в суде доказательствами?

— Только уликами. Но если дело особой важности, а торговлю матчами национальной сборной вполне можно приравнять к измене Родине, не правда ли, может быть назначена фоноскопическая экспертиза. Процедура эта долгая, кропотливая и дорогостоящая, но по “делу Шанталосова” голосовой анализ все-таки сделали, и, насколько мне известно, вердикт экспертов однозначен: пленки не смонтированы и на них голоса совершенно конкретных граждан. К тому же “дело Шанталосова” основано не только на пленках, но и на свидетельских показаниях.

— Что ж, вам остается только позавидовать. В России этим никто не занимался бы. В российском суде видеозапись и аудиозапись не являются прямыми доказательствами, они могут быть приняты лишь к сведению, использованы в качестве улик. Поэтому, когда пускали пленку в эфир, мы рассчитывали только на то, что все, кто знаком с Михаилом Пукшанским, а в футбольном мире таких людей немало, наверняка опознают его голос. К
тому же ни для кого не являлось секретом, что Пукшанский и Найденов находились в близких отношениях...

На следующий день после эфира на НТВ газета “Спорт-экспресс” опубликовала намерение обратиться в суд, дабы отстоять честь своего сотрудника.

— От “Де-Юре” к де-факто, естественно, дело не сдвинулось...

— Само собой. Никакой суд такого заявления не принял бы, поскольку мы не обвиняли Михаила Пукшанского в преступно-наказуемом деянии, каковым не является звонок в букмекерскую контору с требованием выигрыша. А матч судейский совет уже признал честным, вернее, не признал договорным. За нечеткими доказательствами. Кроме того, мы и не утверждали, что на кассете был голос Пукшанского. Мы сказали, что очень трудно прийти к иному выводу тем, кто знает этого человека. Поэтому письма и публикации “Спорт-экспресса” мы просто проигнорировали, хотя перед следующим эфиром пришел факс за подписью заместителя главного редактора Титоренко, в котором предлагалось зачитать текст опровержения, а иначе, мол, обращение в суд. Но здесь “Спорт-экспресс”, конечно же, вступался, в первую очередь, за честь своего мундира, а не за репутацию футбольного матча, футбольного клуба или что-то в этом роде. Мы просто проигнорировали это — и все. На том история и закончилась.

ИЗ ДОСЬЕ “ПБ”

“Вчера журналист Уткин, ведущий программы “Футбольный клуб” на телеканале НТВ, обвинил обозревателя “СЭ” Михаила Пукшанского в том, что он мог знать о якобы имевшем место сговоре между “Жемчужиной” и “Черноморцем” и использовать это в корыстных целях. Вчера же редакция “СЭ” поручила адвокатскому бюро “Де-Юре”, представляющему наши интересы, подготовить соответствующее представление по поводу выступления Василия Уткина. Оценку даст суд”.
“Спорт-экспресс” от 5.08.1997

— Василий, из вещественных доказательств у вас была только запись разговора “клиента” с букмекером или что-то еще? И насколько длинным был этот разговор, чтобы делать выводы о принадлежности голоса?

— Разговор был достаточно длинный — букмекеры специально его затягивали, а “клиент” решительно требовал выплаты. Но это не все. У нас были подлинники квитанций, корешки странных ставок, которые оставались в конторе.

— А вы лично с Пукшанским знакомы? Здороваетесь?

— Мы долгое время не здоровались. Но прошло столько лет. Кроме того, он сейчас пресс-атташе ФК “Сатурн”. В последнее время виделся с ним несколько раз, нормально общались.

— К вам лично он предъявлял претензии?

— Нет. Миша очень любит делать ставки, но в этом нет никакого преступления. Я знаю, во многих изданиях журналистам запрещают хаживать к букмекерам, но, во-первых, эта мера малоэффективна, есть посредники, во-вторых, не вижу в этом самого факта криминала. У нас, например, две трети телекомментаторов так или иначе играют на матчи. Но это связано просто с тем, что необходимо разнообразить жизнь. Когда у тебя
три-четыре трансляции за уик-энд, необходима встряска. Я сам иногда прихожу домой смотреть матч, звоню знакомому и делаю через него ставку. Просто знаю, что если поставлю на матч, не усну — дополнительная мотивация не смыкать глаз, смотреть ночной футбол.

В принципе мне не известны наши сотрудники, для которых ставки являются источником дохода, — это во-первых, а во-вторых, поскольку у нас достаточно тесный коллектив, если кто-то играет нечестно, мы все об этом знаем. Или узнаем. Случись такое, думаю, человек будет тут же предупрежден и, возможно, потом отстранен от работы.

— До сих пор таких случаев не было?

— Возьмусь утверждать — не было. По крайней мере я никогда не делаю ставок на матчи чемпионата России. Как раз после того случая с Пукшанским...

Трехтомник на выданье

Как бы там ни было и кто бы ни был российский журналист П., работавший в паре с белорусским футболистом Ш. на подкупе национальной сборной нашей страны, в “деле Шанталосова” в очередной раз намечаются странные, но на сей раз уже необратимые последствия. Адвокаты подозреваемого напирают на то, что их подзащитный является гражданином России, который, согласно статье 61 Конституции РФ, “не может быть выслан за пределы Российской Федерации или выдан другому государству”. Другими словами, Шанталосов якобы ни от кого не скрывается, но сам приезжать в Беларусь
отказывается, прикрываясь российским паспортом, который не позволяет выдать обвиняемого какому бы то ни было государству, в том числе и союзному. Экстрадиция по закону якобы невозможна, и на том основании уголовное дело для принятия решения хорошо бы передать в Россию. Но, что самое странное, сия адвокатская логика нашла отклик у белорусских обвинителей, более того, они ее считают законной и едва ли не
единственно верной. Все три тома уже снаряжены и готовятся к отправке на пышные похороны — иной исход при оборотах российского черного тотализатора с одной стороны и коррупции тамошней правоохранной системы с другой предположить трудно.

Однако отбросим эмоции, разберемся по закону. Шанталосов не просто родился и вырос в Могилеве, играл за нашу национальную команду — всего два года назад он получил действительный ныне паспорт полноправного гражданина Республики Беларусь. В то же время статья 11 Закона “О гражданстве...” гласит: “За лицом, являющимся гражданином Республики Беларусь, не признается принадлежность к гражданству иностранного
государства, если иное не предусмотрено международными договорами”.

Никаких соответствующих договоров с иностранными государствами, в том числе и с Россией, Беларусь не имеет, следовательно, белорусские государственные (правоохранительные) органы не могут признавать и принимать во внимание гражданство России, даже если бы таковое было присвоено гражданину Беларуси Шанталосову законно.

В материалах же уголовного дела есть сведения о том, что россиянином подозреваемый стал по поддельным документам. Органы внутренних дел Кустаная, где Ш. выступал за местный “Тобол”, подтвердили, что не выдавали паспорт гражданина Казахстана, который Шанталосов предъявил в Новосибирске в качестве основания для обретения очередного подданства. Очевидно, российское гражданство Шанталосова не соответствует буквам
закона не только Беларуси, но и России — оно фиктивно во всех отношениях.

Да, сейчас подозреваемый осел в Сибири, но оформленную им всего год назад (!) могилевскую прописку никто не отменял, квартира в Минске тоже не продана. Таким образом, едва материалы уголовного дела будут переданы в Россию и розыск с белорусской стороны прекратится, ничто не помешает подозреваемому, не дожидаясь суда либо следственных действий со стороны российских правоохранительных органов, посмеиваясь над всем и вся, вернуться к родным пенатам. Ведь дома все вопросы к обвиняемому на тот момент будут сняты.

Да, уголовное дело подобного рода и по данной статье заведено и расследуется впервые не только в Беларуси. Нет прецедентов, практики, примеров борьбы с куплей-продажей спортивных матчей правовым, законным путем и на территории всего бывшего СССР. Проделана огромная, длительная работа, сопряженная со многими препятствиями, сложностями, противоречиями. Но спустя годы, в течение которых, несмотря ни на что,
законно разрабатывались и расследовались попытки подкупа белорусских футболистов, специалисты утверждают: до передачи дела в суд осталось провести всего два формальных следственных действия — очную ставку одного из свидетелей с подозреваемым и замену заочной формы обвинения прямой.

Но свидетели проживают и работают в Минске, а их поездка ради следственных действий и дачи судебных показаний в Россию, где сосредоточены корни преступности, сопряжена с реальной угрозой для жизни. Ходя до суда дело дойдет вряд ли, скорее, свершится самосуд, где главную роль будут играть не законы и даже не понятия — деньги. И разве
не понимают белорусские правоохранительные органы, что, отдавая такое уголовное дело на откуп в чужую страну, они попросту сдают свидетелей, а Республика Беларусь — своих граждан?

О разнице в законодательствах да и в подходах к борьбе с черным тотализатором в двух странах мы уже говорили — устами Василия Уткина. Некоторые серьезные доказательства, собранные белорусским следствием, российским судом могут быть даже не рассмотрены. В то же время в данном случае затронуты национальные, государственные интересы Беларуси. Пытаясь обеспечить поражения национальной сборной нашей страны, преступники посягают на чувства, честь, достоинство, моральные и материальные интересы сотен тысяч жителей нашего государства.
Но, в конце концов, даже если отбросить патетику и все приведенные доводы против реэкстрадиции, передача данного уголовного дела для принятия решения в Россию незаконна хотя бы по той причине, что, согласно статье 11 нашего закона “О гражданстве...”, белорусские подданные, “имеющие также иное гражданство, не могут на этом основании быть ограничены в правах, уклоняться от выполнения обязанностей или
освобождаться от ответственности, вытекающих из гражданства Республики Беларусь”. То есть подозреваемый как полноправный гражданин Беларуси должен предстать перед белорусским правосудием — иного закон не предусматривает.

Как претворить закон на практике? Всего лишь профессионально, честно и последовательно следовать его букве. Ведь, по большому счету, для России ГУВД Мингорисполкома — не Скотленд-Ярд, да и Шанталосов далеко не Луговой. Легче предположить, что иностранные паспорта для бывшего белорусского футболиста, как в одесской “Ликвидации”, рисовали на Малой Арнаутской, нежели состряпали на Лубянке или в МИ-6. И тогда экстрадиция подозреваемого в родное государство, равно как и долгожданный вывод “крота” на свет, видится не таким уж темным делом. Рано или поздно “чужих” выдадут. Вот бы прежде не закопать своих.

 

10:15 21/12/2007




Loading...


загружаются комментарии