Елена Леонова: «Мой муж считает себя невиновным...»

За последнее время из мест лишения свободы вышло довольно много известных людей. Одних освободили под давлением Запада, других помиловали, к третьим применили условно-досрочное освобождение. А бывший генеральный директор Минского тракторного завода Михаил Леонов, которого приговорили к 10 годам лишения свободы, уже больше шести лет находится за решеткой.
"Народная воля" встретилась с женой бывшего промышленного генерала Еленой.

Елена Леонова: «Мой муж считает себя невиновным...»

— Елена Георгиевна, не так давно у вас было свидание с мужем. Расскажите, как он выглядит, о чем думает…
— Тюрьма не сломала его, а наоборот, дала возможность по-другому взглянуть на многие вещи и на некоторых людей. Михаил Васильевич — мужественный, стойкий и добрый человек, к тому же оптимист по жизни. Все эти годы он старается поддерживать себя в хорошем жизненном тонусе. Хотя здоровье, конечно, лучше не стало. Мы постоянно передаем ему лекарства, обезболивающие. Он не привык хныкать. Наоборот, старается еще и меня с дочками подбодрить, успокоить. Михаил Васильевич уверен в том, что жил правильно, а поэтому не испытывал и не будет испытывать стыда, глядя в глаза людям. Он много читает. Насколько возможно, следит за общественно-политической жизнью в стране и в мире, с помощью регулярной гимнастики поддерживает себя в хорошей физической форме. Старается выполнять все, что от него требуется. Работает. Он привык всю жизнь работать и там работает.
— Он по-прежнему считает себя невиновным?
— Конечно. На мой взгляд, он представил суду все доказательства не только своей невиновности, но и непричастности к тем деяниям, в которых его обвинили. К сожалению, его не услышали… Услышав приговор, муж процитировал немецкого философа Иммануила Канта: "Когда справедливость исчезает, то не остается ничего, что могло бы придать ценность жизни людей".
Михаил Васильевич до сих пор не может забыть день, когда его задержали. А 8 января 2002 года почти все радиостанции и телеканалы вещали о том, что при попытке бегства из страны задержан вор и расхититель. Хотя он о бегстве даже и не думал. С середины декабря 2001-го по 5 января 2002 года Михаил Васильевич находился на стационарном лечении в 5-й городской больнице, где ему рекомендовали пройти более глубокую диагностику. Он решил проконсультироваться с московскими светилами и, согласовав этот вопрос с премьер-министром, получив письменное разрешение на административный отпуск в Министерстве промышленности, назначил отъезд на вечер 7 января. Стоит отметить, что в тот же вечер он по приглашению митрополита Филарета вместе с А.Лукашенко и другими vip-персонами принимал участие в Рождественском богослужении в Кафедральном соборе Минска. Видимо, в тот момент претензий к Леонову еще не было… Более того — его даже ни разу не приглашали в правоохранительные органы для дачи каких-либо объяснений. Михаил Васильевич считает, что за ним была установлена незаконная слежка, что он кое-кому мешал, поэтому его и посадили.
— А кому он мешал?
— Я думаю, что при первой возможности он сам назовет все фамилии. Мне бы не хотелось кого-то обидеть, но в нашей стране, к сожалению, не нашлось ни правозащитных организаций, ни представителей оппозиции, ни независимых экспертов, которые проявили бы настоящий интерес к делу моего мужа и предоставили бы общественности непредвзятую и объективную информацию об этом непростом деле. Хотя поначалу были открытые обращения работников МТЗ, видных ученых, а потом… Поймите меня правильно, мы с мужем не имеем ни к кому претензий, кроме как к обвинителям: я просто высказала свою точку зрения. Сейчас я иными глазами смотрю на многие вещи и считаю, что законность и справедливость, к которым тяготеет наше общество, воцарятся только тогда, когда каждый будет воспринимать чужую боль и чужую обиду как свою. Но пока этого нет, поэтому с такой легкостью и было сфабриковано дело в отношении моего мужа…
Десять лет лишения свободы — это ведь приговор не только Леонову. Это еще приговор и всем членам его семьи…
— Через некоторое время после задержания ваш супруг написал письмо на имя Лукашенко с просьбой взять под личный контроль его дело…
— Да, это было первое и единственное обращение мужа к Лукашенко. Однако оно осталось без ответа. А Михаила Васильевича словно в наказание за это отправили из Минска в Жодино. О том, что для него это стресс и что для нас поездки в Жодино были затратными, никто не думал…
Позже была растиражирована клеветническая информация о том, что мой супруг якобы похитил около 20 миллионов долларов, которые якобы хранил на счетах в западных банках. Хотя, как следует из приговора, он якобы похитил чуть более 14 млрд бел. руб., что составляет менее 7 млн долларов США, а это не 20 и даже не 10 млн долларов.
Муж считает, что в суде на триста процентов доказал свою невиновность. Однако суд признал его виновным в уклонении от уплаты подоходного налога на доходы, полученные преступным путем, легализации преступно нажитых доходов и получении взятки.
— Как думаете, если бы Михаил Васильевич написал слезное прошение на имя Лукашенко о прощении и досрочном освобождении, он был бы уже на свободе?
— Я разговаривала об этом с мужем. Он говорит, что не будет писать прошение о помиловании, потому что считает себя невиновным.
Видимо, из-за того, что Леонов не хочет никому кланяться, по сей день продолжается беспрецедентное давление на всю нашу семью.
— Что вы имеете в виду?
— Адвокаты говорят, что в январе 2006 года мужу должны были заменить режим на более мягкий, а в мае 2007 года он мог быть освобожден условно-досрочно. Но этого не произошло. На протяжении четырех лет Леонов пишет письма председателю Верховного суда с просьбой принять решение о применении к нему амнистии 2002 года. Но ему отвечают: оснований для вынесения протеста на приговор нет. Хотя он не просит изменить приговор, а всего лишь применить законную амнистию.
В конце минувшего года я обратилась с письмом к Александру Лукашенко с просьбой восстановить законность и справедливость по отношению к нашей семье. Но, судя по всему, мое письмо в руки Александра Григорьевича не попало, так как было перенаправлено в Генеральную прокуратуру, которая потребовала от меня оплатить госпошлину за жалобу. Хотя я писала не жалобу, а обращалась к президенту. Позже, правда, мне прислали ответ, что амнистию к Леонову не применили правильно и что условно-досрочного освобождения он не заслуживает, так как не встал на путь исправления.
— Согласно приговору суда, у Леонова должны были конфисковать имущество…
— Если честно, то этот вопрос, наверное, добьет нас вконец. В Уголовно-исполнительном кодексе четко записано, что конфискации не подлежит квартира, если осужденный и его семья постоянно в ней проживают. А в нашем случае единственная квартира включается в состав имущества, подлежащего конфискации, за мой счет делается оценка ее рыночной стоимости и в ней выделяется Михаилу Васильевичу 24 доли, а мне — 76. На мой взгляд, суд незаконно исключил из имущества, подлежащего разделу, автомобиль, охотничье ружье и семейные финансовые накопления. Ведь по закону мне принадлежит 50 процентов всего имущества, которое мы нажили в период совместной жизни…
Прошло уже шесть лет с того момента, как муж находится за решеткой, а нас все никак не могут оставить в покое…
Пользуясь случаем, хочу выразить огромную благодарность всем тем, кто оказывал поддержку Михаилу Васильевичу и нашей семье в этот непростой для нас период…

 

 

08:30 07/03/2008




Loading...


загружаются комментарии