Наградами торгуют, как семечками


Случаи преступных посягательств на награды фронтовиков фиксируются с удручающей периодичностью. За минувший год — около 70 происшествий. Похитители чужой славы, как правило, действуют крайне цинично. Вспомнить хотя бы историю с фальшивым фотографом, который для начала заводил со своими жертвами душевные беседы, а затем отвинчивал ордена и медали с парадных мундиров и менял их на муляжи. Одно из последних преступлений, о котором мы уже писали, — кража 17 боевых, юбилейных и трудовых наград у минчанина Дмитрия Зубко. Благодаря усилиям милиции вор был изобличен и на днях предстал перед судом. Но точку в этом деле ставить явно рано: найдена лишь часть украденных реликвий. Остальное осело у перекупщиков, которые своим спросом и порождают криминальные предложения. Отвратительная картина: госнаградами торгуют на «блошиных рынках», как семечками. Причем никакой ответственности за «бизнес» на орденах и медалях не существует.

...В зале Первомайского суда Минска только близкие родственники и друзья Дмитрия Зубко. Сам Дмитрий Алексеевич на заседание прийти не смог: так и не оправился от пережитого потрясения — попал в больницу. На скамье подсудимых — молодой человек, которому в доме ветерана доверяли безгранично. Александр Кудло считался женихом внучки фронтовика. В тот вечер парень остался ночевать у подруги. В квартире, кроме них, была дочь Дмитрия Зубко Светлана. Отца из–за обострившихся хронических недугов в очередной раз госпитализировали. Его комната пустовала. Пока хозяйки готовили ужин, гость пошарил по углам. Буквально через пару часов Светлана обнаружила, что пропали награды и документы к ним.


— Ящик стола был открыт. Через полиэтиленовый пакет я случайно увидел, что в нем — ордена и медали. Но какие именно и были ли там документы, не разглядел, — в показаниях Александр осторожен и немногословен.


У Светланы другая версия: гость явно целенаправленно искал реликвии и документы.


— Я закрыла «шуфлядку», но забыла в замке ключ, — припоминает детали дочь Дмитрия Алексеевича. — Причем награды и документы хранились раздельно, а не в одном пакете. Нужно было хорошо поискать, чтобы их найти.


Долгое время Светлана не решалась рассказать больному отцу о случившемся и в милицию обратилась не сразу. Она догадалась, кто виновник семейного ЧП, но надеялась уговорить вора вернуть похищенное добровольно. Однако Александру уже нечего было возвращать. Содержимое полиэтиленового пакета он на следующий же день после кражи продал на «поле чудес» в Ждановичах за 80 тысяч рублей — намного дешевле их стоимости (разумеется, рыночной, для ветерана реликвии бесценны). Оперативникам удалось вычислить скупщика, который проходил по делу как свидетель. В судебном процессе торговец с «поля чудес», представившийся коллекционером, твердо держал «круговую оборону».


— Он мне что–то продал? (Свидетель кивает в сторону обвиняемого. — Т.Щ.) Наговор, в первый раз его вижу! Происки конкурентов!


Впрочем, легенда о «подножке недоброжелателей» рассыпалась в прах. Дмитрий Зубко узнал среди изъятых у коллекционера раритетов 14 своих наград, в том числе и медали «За боевые заслуги» и «За победу над Германией». О чем в деле имеются показания потерпевшего. Судьба ордена Красной Звезды, золотой медали «ВДНХ СССР» и нагрудного знака к почетному званию «Заслуженный работник образования» остается неизвестной. И трудно сказать, откроется ли когда–нибудь их местонахождение.


По решению суда Александр Кудло приговорен к 2 годам исправработ. Опознанные награды будут переданы хозяину. Кроме того, вор обязан возместить ветерану моральный вред — 1 миллион рублей. Что касается остальных «конфискованных» орденов и медалей, предстоит выяснить, кому они принадлежат на самом деле. Направлен запрос в российское Министерство обороны. Не исключено, что другие раритеты тоже попали в коллекцию преступным путем.


У похищенных медалей есть и обратная сторона: несмотря на показания Александра Кудло, уличить коллекционера в скупке краденого невозможно. Любой старожил «блошиного рынка» при попытке прижать его к стенке только рассмеется: «На товаре не написано, что он ворованный». Казалось бы, наказывать нужно уже за то, что святыни превращают в предмет купли–продажи. Но, увы, разочаровали меня в главном управлении уголовного розыска МВД: за такую «коммерцию» ответственность не предусмотрена... Даже если и так, почему, скажем, молчат местные власти? К примеру, несколько лет назад в Севастополе решение о запрете на торговлю государственными наградами Советского Союза, Российской Федерации и Украины принял горсовет.


Проконсультировалась я и в Министерстве культуры: специального разрешения на коллекционирование орденов и медалей не требуется. Соответствующее свидетельство необходимо лишь при вывозе наград за рубеж. Выходит, внутренний рынок бесконтролен?


Вывод из этой истории, по–моему, очевиден: по крайней мере, можно было бы ввести лицензии для собирателей военных раритетов и сделать этот «бизнес» прозрачным.
07:07 01/04/2008




Loading...


загружаются комментарии