Под Быховом поселились монахини

Дом, где рождается духовность. Так называли Свято–Вознесенский женский монастырь, основанный в XVII веке в «урочище Барокъ под местом Борколабовымъ» поборником православной веры Богданом Стеткевичем. Из этой духовной обители отправляли послушниц по свету, чтобы создавали они новые монастыри. От некогда знаменитого на всю Европу Свято–Вознесенского (здесь, в монастыре, создан известный памятник белорусского и могилевского летописания начала XVII века «Баркулабовская летопись») остались одни руины — он был разрушен в 20–е годы прошлого столетия. Но сегодня на этом месте, километрах в восьми от Быхова, снова живут монахини. Они прибыли по благословению Синода Белорусской православной церкви — возрождать святыню.

В то, что место здесь особенное, чудесное, — верят не только монахини. В день моего приезда в Быхов в местной Свято–Троицкой церкви собрались паломники из разных городов Беларуси, Москвы, Санкт–Петербурга, Волгограда и Магадана. Поклониться хранящейся здесь чудотворной Борколабовской иконе Божией Матери, празднование которой отмечается 24 июля — «в день сия икона прибыла в монастырь Борколабовский». Случилось это в 1659 году. По преданию, икону вез с собой в военном обозе князь Пожарский. Когда его отряд проходил мимо монастыря, обоз «стал недвижим» и никакие усилия не смогли сдвинуть его с места. Князь понял, что образ желает остаться в монастыре, и передал его здешней игуменье. Говорят, икона была первоначально помещена в центре храма, но в следующую ночь переместилась к стене.

— С этой иконой много чудес связано, недаром образ Борколабовской Божией Матери является одним из самых почитаемых в Восточной Беларуси, — говорит схиигуменья Антония, приехавшая в Борколабово из оршанского Свято–Успенского женского монастыря, где она была настоятельницей. — Икона защищает от бед, исцеляет. На моей памяти, а я родом из этих мест (монахини, их всего 8, обосновались в деревне Залохвенье, что по соседству с Борколабово, в отремонтированном домике отца матушки Антонии — в миру Екатерины Моисеевны Полуяновой. — О.К.), случалось подобное. И в моей жизни был чудесный эпизод. Однажды почувствовала я, что с моим родным братом неладное творится, руки на себя наложить хочет. Связаться с ним я не могла, далеко в то время он был от родной Беларуси. Побежала к иконе молиться. Спустя несколько дней брат приехал, признался, что действительно хотел покончить с собой, да не вышло...

О чудесах, связанных с Борколабовской иконой Божией Матери, немало легенд могут рассказать и жители окрестных деревень. Уверяют, что она защищает от бед даже вне монастырских стен.

— Эта икона все войны пережила, — рассказывает местный краевед 84–летний Виктор Фомич Кулешов. — Говорят, когда один из шведов ее повредить хотел, икона его от себя метра на два отбросила. Правда это или вымысел — не знаю, но то, что она нас в Великую Отечественную хранила — факт. На берегу Днепра жестокие бои шли, партизанское движение в наших краях мощное было. Лютовали фашисты страшно, но ни одну из деревень, что неподалеку от Борколабовского монастыря, не сожгли, никого из мирных жителей не уничтожили. А иконе этой люди молились и день и ночь, я это хорошо помню.

В то, что икона хранит от беды, верит и председатель Борколабовского сельсовета Иван Скрипцов, до этого лет 30 проработавший тут председателем колхоза: «А как не верить? Какие бы бури, ураганы по области, району не носились, нас не коснулись ни разу, за столько лет ни один лист шифера ни с чьей крыши не упал! Хотя могла святыня и обидеться на местных жителей, после войны растащивших сохранившиеся при храме деревянные постройки на дрова».

После войны в уцелевших монашеских кельях (монастырь закрылся еще в 1920–х, храм большей частью уничтожили немцы) какое–то время размещался дом для детей–сирот. Затем — сельская больница, а после аварии на ЧАЭС — пионерский лагерь. «А вот это — фрагменты стены склепа, — показывает Скрипцов. — Сам когда–то видел неподалеку могильные плиты, помню надпись на одной из них: «Петербургский тайный советник II класса»... Вероятно, здесь похоронены и первые игуменьи монастыря. Во всяком случае, «черные копатели» (поговаривали, что тут находили старинные чаши, иконы в дорогих окладах, бесследно исчезла и церковная библиотека — больше сотни старинных рукописных книг) как–то наткнулись на гроб с женскими останками. После этого вход в склеп заровняли бульдозером».

Останки этого склепа — пожалуй, все, что осталось от некогда величественного пятикупольного храма. Так что забот у прибывших сюда монахинь много. Для начала нужно обнести территорию храма забором, расчистить площадку — выкорчевать посаженные еще в пору пребывания здесь сирот деревья, открыть счет в пользу строительства монастыря. По словам матушки Антонии, местные жители новость о возрождении святыни восприняли тепло: «Они нас навещают, приносят овощи с грядок, жертвуют деньги на монастырь. А главное: передают старинные вещи, так или иначе связанные с судьбой Свято–Вознесенского монастыря». Одна из жительниц подарила старый подрясник, в котором, по ее словам, еще до войны проводила богослужения бывшая настоятельница. Борколабовский монах — икону Серафима Саровского, некогда находившуюся в этом храме. После того как на берегу Днепра будет возрожден женский монастырь, сюда переедет и главная святыня — Борколабовская икона Божией Матери.


 

07:58 04/08/2008




Loading...


загружаются комментарии