Сергей Михалок: «В Беларуси много идеологов и идиотов»

В сентябре этого года в интернете появился новый альбом белорусской группы "Ляпис Трубецкой" - "Манифест". Диск был выложен для скачивания абсолютно бесплатно. После этого группа отправилась в большой "Манифест-тур" по России, который станет первыми полноценными гастролями коллектива в РФ. В Москве пластинку официально презентуют 24 октября в "Б1 Maximum". О песнях с нового альбома, о том, почему "Ляписы" предпочитают записывать альбомы на Украине, а не в Беларуси, станет ли практика бесплатного выкладывания песен в интернет постоянной, а также о других событиях из жизни группы читателям "Ленты.ру" рассказал лидер коллектива Сергей Михалок.

Сергей Михалок: «В Беларуси много идеологов и идиотов»

1. Какие планы на будущее, Сергей?

2. Как вы относитесь к тому, что многие поклонники недовольны тем, что вы практически не исполняете старых песен на концертах?

Сергей Михалок: 1. С момента выхода пластинки с мартеновских печей, с конвейера музыкальной индустрии прошла неделя, началась первая часть нашего DIY-тура (как я его называю). Сейчас мы ездим по регионам бывшего СССР, потом, наверное, поедем в Европу, потом, скорее всего, будет мировой тур. Просто сейчас разогревающие группы взяли небольшой перерыв и ведутся переговоры о восстановлении достаточно позитивных коллективов, например, Bitch Brothers. Поэтому тур будет нескончаемый, наверное, он будет длиться лет 20. Надо же по меридианам проехаться, а потом еще по параллелям. Потому что наше дело – материализаторов, глашатаев - донести до всех уголков нашей многострадальной планеты эту благую весть, которую мы пытаемся сжать до рамок одного магнит-альбома. Вот такие мои творческие планы. Я считаю, что сейчас глупо мыслить микро-категориями, сейчас очень важен масштаб и дикий пафос. В любом элементе искусства без дикого пафоса никуда. Да вы посмотрите, даже могильные ограды сейчас красят в яркие цвета. Все пытаются привлечь к себе внимание, поэтому я стараюсь блестеть. Это блесна такая, да. Если ты не будешь блестеть, на тебя не клюнет крупная рыба.

2. Знаете, я не врач-терапевт, чтобы разбирать жалобы. Меня совершенно не интересуют археологи, я не считаю поп-культуру достоянием архивариусов. Я не думаю, что то, что было 25 или 10 лет назад, обречено на долгое существование. В этом и интерес нашего современного вида искусства – быстро, громко, но здесь и сейчас. Совмещаем восточные практики (Гурджиева, Ошо) с европейскими психотерапевтами типа Ницше.

Я считаю, что музыкант - это не человек, который должен торговать брендом с тридцатилетним стажем, ссылаться на давние победы либо постоянно вспоминать переживания прошлых лет. Конечно, это можно суммировать на каком-то небольшом собственном сайте. Можно завести даже подобие девичьего дневника, рисовать сердечки напротив 98-го года, а напротив 99-го гробик с крестиком и так далее и тому подобное. Но я не хочу возвращаться опять и опять к тому, что было когда-то. Есть вариант - прослушать наши старые опусы и воскресить вот этих бестелесных гомункулов, придя в караоке-бар и исполнив в пьяном бреду песни "Метелица", "Яблоня", "Сочи" и другие. А еще есть вариант - разбудить демона Вельзевула и сыграть на нашем тщеславии: пригласить нас за громадные деньги, и мы в узком кругу иногда можем позволить себе петь эти песни. А на больших публичных концертах нам нравится не оправдывать ожидания, а неожиданно удивлять.

-- Если не музыкой, то чем бы занимался в жизни, или хотел бы заняться?

СМ: Я не занимаюсь музыкой. Я рассматриваю жизнь как мистический опыт и перформанс. Музыкой занимаются Вагнер, Рахманинов, Моцарт, Бах и Бетховен, они занимаются музыкой и сейчас. Они формируют музыкальную религию, пишут библии, талмуды, от чего все мы, бедные жалкие воробушки, должны отталкиваться и понимать: то, чем мы занимаемся, это в лучшем случае объединение музыки, легких танцев, аэробики, мозговой гимнастики, цирковое искусство... Все здесь намешано очень сильно, и я не возьму на себя смелость говорить "я занимаюсь музыкой". Группа "Ляпис Трубецкой" - это не музыкальное формирование, у нас есть околомузыкальные отголоски в виде рингтонов, но мне стыдно, когда меня называют музыкантом. Если вы имеете в виду, что музыканты - это пафосные люди с гитарами, которые изображены на рекламе корпорации "Музторг", то я тогда вообще антимузыкант.

-- Тогда "Ляписа Трубецкого" можно считать антигруппой?

СМ: И даже контр-арт. Меня не интересует полное слияние или поглощение в каком-либо из жанров. Меня интересует очень много всего: кино, видео, интервью - как творческий элемент, а не как элемент серьезный. Я даю интервью крайне редко, потому что я не вижу в этом никакого смысла – сидеть и рассказывать, как я умею готовить салат, как лечу свои мигрени и боли в спине, учу своего ребенка. Это все прерогатива серьезных, специально обученных людей. А мы (я имею в виду 95 процентов людей, следящих за телеэкранами и за масс-медиа) пытаемся с помощью Сергея Зверева, Тимати и других сформировать принцип движения.

-- На заре творчества вы стебались над поп-культурой, притворялись театром, шансоном и кабаре, в альбомах «Капитал» и «Манифест» объектом сатиры стали антиглобалисты, политики и политические фанатики, но совершенно непонятно, куда группа будет двигаться дальше. Кто станет объектом насмешек в следующих альбомах?

СМ: Знаете, наш девиз - Castigat ridendo mores, то есть "смехом бичуем нравы". Стебутся обычно люди, которые скрывают собственные комплексы и пытаются найти причины собственных неудач в действиях других людей. У нас все-таки самоирония. Мы прежде всего подставляем себя сами, как древние клоуны. Мы не говорим с высокой трибуны, как современные юмористы: "Этот плохой, этот - козел". Мы пытаемся разобраться в вопросе, почему лично мы доверяем этим козлам, нас волнует вопрос собственной адекватной оценки мира, а это уже немного не стеб. Да, конечно, у нас есть элемент цинизма, очень много сатиры, но слово "стеб" подразумевает бездумное хихиканье и безосновательное оскорбление. Я бросаюсь на какие-то амбразуры, только если меня очень сильно разозлить. Это редко бывает.

Вашему коллективу не много не мало 18 лет,альбомы "Капитал" и "Манифест" являются будто второй молодостью группы,так ли это по Вашему?И что же все-таки повлияло на столь резкое изменение стиля?

На самом деле слово "эволюция" подразумевает гибкость и плавность движения, поэтому люди не воспринимают то или иное движение целиком. Они воспринимают только пиковые формы. Ты стоишь на вокзале, для тебя появление поезда резкое и неожиданное. А он прошел тысячи километров. И то же самое с группой "Ляпис Трубецкой". Мы ничего резко не делали, просто мы сделали акцент, когда посчитали нужным. У нас не было записи до 95-го года, но могу всех уверить: в 91-м году у нас намного больше песен, схожих с альбомами "Капитал" и "Манифест", чем в 98-м или в 2000-м году. Просто я уже говорил про наш темный период (где-то с 97-го по 2002-2003-й), связанный с нашей очень серьезной зависимостью от кучи обстоятельств. Мы были очень слабыми. В частности, я могу говорить за себя. Принималось очень много спорных решений, мы забыли о своей интуиции, что такое творческое кредо, что такое сверхзадачапотеряли нить повествования. Мы боролись за выживание, а во время таких аффективных состояний человек, конечно, делает очень много глупых, ненужных и совершенно гадких вещей.

Можно было бы, конечно, начать говорить о том, как бедные мы попали в лапы системы, коррупционных корпораций, медиахолдингов, какими мы были непризнанными, но очень хорошими. Но не буду лукавить, вектор движения, в любом случае, начинается с нас и с меня лично. Мы делали очень много ошибок, и то, что воспринималось многими как группа "Ляпис Трубецкой", мне ужасно не нравилось, мне не нравилась моя профессия. Но просто у меня не было другого выхода выжить, как-то держаться на плаву и сохранить внутри этого жалкого пьющего трясущегося трусливого существа хоть немного истинного "Я" (такого восемнадцатилетнего смелого нонконформиста, каким я был когда-то очень давно). Поэтому никакой резкой смены не было, мы просто вовремя сделали правильный акцент. До этого мне нравилось работать на грани сливания с объектом собственных насмешек. Мне нравилось притворяться маргиналом из спального района, мне нравились такие достаточно опасные игры. То, что произошло – результат того, что мы смогли сохранить силы для такого гипер-рывка. Все было достаточно плавно, просто "Капитал" и "Манифест" – это гипер-рывок, мы (я со своими друзьями) совершенно точно знаем, что мы полностью независимы от обстоятельств, мы делаем то, что хотим, мы не принадлежим никакой субкультуре и никакому музыкально-политическому течению. Мы не панки, мы не анархо-синдикат, не группа, которая играет русский рок, не SKA-коллектив. Мы живем сами по себе и не выражаем ничьих интересов, кроме своих собственных. То, что мы сейчас делаем, нам нравится. Мы не преследуем никаких целей. Не было никакого маркетинга, мы не пытались найти в этом моду и угодить общепринятым тенденциям. Мы думаем, что группа "Ляпис Трубецкой" появилась именно для того, чтобы играть такую музыку и декларировать именно такие тексты.

-- Когда концерт в Минске?

СМ: Безусловно, у нас будет тур по стране, если, конечно, не будет никаких препон со стороны властей, потому что система проведения концертов в Белоруссии намного сложнее, чем в любой другой точке планеты. Мне кажется, что даже в Камбодже, на Кубе или в Ираке концерт сейчас легче организовать, чем в Белоруссии. Надо получить очень много разрешений из различных инстанций. Мы делали концерт в Витебске, и пришлось предоставить организаторам концерта список песен и краткое содержание каждой из них. Размещая рекламу, никто не застрахован от того, что за неделю до концерта может поступить звонок из управления культуры. Короче, много идеологов и идиотов во всей этой системе. Поэтому не хочется никого подводить, надо быть уверенным хотя бы на 80 процентов, что концерт состоится, прежде, чем браться за его реализацию. Но, думаю, все будет нормально.

-- Не усиливается ли давление властей в последнее время?

СМ: Давить можно на то, что поддается идентификации. Я стараюсь жить так, чтобы меня было невозможно идентифицировать в государственной системе координат. Я не нарушаю десять заповедей, я никого не убиваю, не граблю. У меня есть четкая жизненная позиция, твердый вектор на добро, как бы глупо и банально это ни звучало в наш век цинизма. Я знаю, что такое глубокое уважение моих друзей, у меня есть очень много ориентиров – Пифагор, Иисус, Моисей, Бодхидхарма, Махакашьяпа, Гильгамеш. И вот на них я ориентируюсь, потому что для меня эти ценности незыблемы, а некоторые государственные ценности (я имею в виду не только Белоруссию) заставляют относиться с недоверием к тому, что создавалось веками. Я выбираю то, что существует тысячелетиями, и для меня нарушить это – все равно, что нарушить те морально-этические принципы и нормы законодательства, которые нам декларирует современная система контроля и бичевания. Поэтому я просто стараюсь жить так, чтобы меня было невозможно идентифицировать, как в фильме "Матрица": я просто отключил двигатели. У меня нет юридического лица. Я официально безработный. У меня нет вкладов и у меня нет личной собственности. И как на меня давить? Я живу по позитивным законам небес, назовем их так. Я не торгую наркотиками или оружием, не совращаю малолетних, не ем младенцев и не торгую человеческими органами. Как можно на меня давить – чистый дух, божественный гомункул из "Фауста" Гете, свет в пробирке.

-- Не боитесь ли Вы того, что многие слушатели могут воспринять текст песни "Манифест" - буквально "О, прикольно, я так хочу", не уловив иронии? Или это их проблемы?

-- Я не собираюсь никому ничего расшифровывать. Пропадает интрига и элемент искусства. Почему я должен ориентироваться на слабейших? Когда играешь в шахматы, чтобы научиться играть, надо играть с тем, кто играет лучше тебя. Поэтому я всегда обращаюсь к людям, которые умнее меня и больше понимают. Вот продавщицы цветов из универмага "Беларусь" в Минске - это женщины, которые живут в постоянном счастье. Они все время (на 90 процентов, не в тех случаях, когда у них покупают цветы на похороны) встречают счастливых людей, безрассудных пьяниц, спешащих на свидание. Вокруг них все время тепло, цветы, подвыпившие ухажеры... Я шучу. На самом деле, меня в моей жизненной квалификации интересуют люди, которые знают и умеют что-то лучше меня. В этом смысл древнего лозунга "совершенствуй себя". Я сам аутсайдер. Почему я должен ориентироваться на людей, которые знают меньше меня? Не собираюсь никому ничего разжевывать и не собираюсь нести за все за это ответственность. Я не лидер группировки прямого действия. Меня не интересует революция на улице как таковая. Мои гранаты не должны выходить за рамки ментального человеческого уровня, за рамки головы. Если кто-то не так поймет, то, наверное, будет иметь дело с органами.

-- Очень нравится ваш проект "Саша и Сирожа". Также в своё время понравился их первый альбом "Ска-ты". Планируете ли вы новый альбом этого проекта?

-- Сейчас есть программа, называется "Желтуха", в которой "Саша и Сирожа" объединились с ансамблем "НОМ", Масяней и другими колоритными персонажами современного артхауса. Ее можно найти в интернете. А есть еще такое "СаСи ТВ", где можно посмотреть много различных передач. Вся эта игра изначально была для частного пользователя. То, что Саша и Сирожа стали мейнстримовыми персонажами на Украине и в Белоруссии - это нелепая случайность. Я никогда не хотел зарабатывать деньги с помощью носов из папье-маше.

-- Сергей, а как рождаются ваши песни? Кто то еще подкидывает вам материал или все своими силами?

СМ: За исключением кавер-версий – я автор идей, рифмованных заметок и текстов (назовем их так, потому что слово "поэзия" сильно ответственное, поэзия звучит сама по себе, без гитар и барабанов, наполняя все пространство собой). У меня тексты сами по себе не имеют волшебства, его добавляют ребята, которые вместе со мной занимаются музыкальной составляющей. Аранжировки, гармонии – это все уже коллективное творчество. Там включается мануфактура и проявляются наши коммуникативные способности, ну и на концертах, конечно. Я не могу, как Петросян, выходить и повелевать миллионами.

-- Сергей, Вы решили выложить свой новый альбом в интернет и выступили с разоблачением: "Корпорации, медиа-холдинги, рекорд-лейблы и другие монстры шоу-бизнеса - это губительный фильтр для любых свежих идей! Продажа аудио-носителей, отчисления с концертов, авторские поборы кормят целую кучу этих дармоедов, а музыкант при этом получает жалкие проценты. Есть единственная возможность бороться с околомузыкальной системой - надо всем выкладывать музыку в Интернет!". Но после этого стало известно, что Вы, как ни в чём не бывало, продолжаете сотрудничать с теми же самыми лейблами, выпуская альбом на CD. Некоторые люди стали упрекать Вас в непоследовательности и пустословии. Что можете ответить своим оппонентам?

СМ: Во-первых, у меня нет никаких оппонентов. Жалкие попытки сделать проблему из несуществующего конфликта - это просто глупость. Мы никогда не заявляли, что не собираемся ни с кем сотрудничать. Я просто хочу, чтобы все люди точно поняли наше послание по поводу DIY и корпораций. Корпорациям нужно отдавать готовый законченный продукт с твердой уверенностью: то, что ты делаешь, сделано тобой лично. Где ты подписываешься и отвечаешь за каждый аккорд, за каждую рифму и каждый кадр, несешь ответственность за каждый свой поступок.

Когда ты в этом уверен, корпорация тебе не страшна, она не может внедряться в твою творческую и имиджевую политику. Если я хочу, чтобы мой альбом прослушало как можно больше людей, почему я не должен использовать коммуникацию, налаженную годами? Другое дело, что я не хочу с ними сотрудничать на уровне формирования моего имиджа, лоббирования моих интересов, их участия в творческих советах – то, чем они сейчас занимаются, когда люди подписывают большие контракты. Вот и все, что я хотел сказать, когда говорил: "Не сотрудничайте с корпорациями". Именно на этом уровне: когда они будут заставлять тебя идти участвовать в программу "Две звезды" только потому, что они видят в этом бешеные рейтинги. Им совершенно все равно, что ты там выглядишь как кусок коровьей лепешки, по которой телега проезжает.

Вот про что я хотел сказать, я не утопист и не представляю никакую замкнутую субкультурную формацию, я не с сайта "Автономные действия". Мне неинтересны лицемерие и детские нереализованные сексуальные мечты о том, что полная изоляция от мира принесет радость и благодать. Это все глупости. Я смело открыт к общению, просто, повторюсь, важно не становиться тиражированной бренд-единицей, тогда пришла жопа, ты попался на крючок. Поэтому когда нас обвиняют: "Вот, вы с ними сотрудничаете", я отвечаю: "Я что, предлагал всем уйти в лес?". Я предлагаю сократить контакты до минимума. Если у тебя есть какое-то послание (танец, песня - неважно) - нужно работать не внутрь маленькой системки, а попытаться вовлечь людей, которые не в теме, "кузьмичей", как называются околофутбольные фанаты. Неужели кто-то назовет лицемером Лу Рида или Питера Гэбриела, которые тоже предлагают выкладывать свою музыку в сеть, но и используют коммуникации корпораций для того, чтобы просто популяризировать свой продукт? Люди, которые говорят: "Я не нуждаюсь в популярности, меня интересует только 15 человек с моего района"- с ними должны разговаривать учителя в школе, а я не не Макаренко. Мне отвечать на подобное просто смешно и глупо. Я никогда не причислял себя к последователям Яна Маккея, потому что вижу много позерства и пижонства во всех этих заигрываниях с имиджем борцов с системой.

-- Какой была главная причина, по которой вы выложили свой альбом в сеть?

СМ: Их три. Скорость: если вести переговоры о выходе пластинки, то это займет 3-4 месяца. Пластинка была готова и через неделю появилась в сети. А так нам бы пришлось формировать макеты обложек и так далее. Скорость - это важная составляющая в мире, где даже один день может играть большую роль.

Второе: корпорация начинает переговоры с твоего унижения, начинает демпинговать: "Вы старый артист. Материал свежий, офигенный, но ТВ не будет крутить эти клипы, а радио – эти песни". Они называют тысячу причин, почему именно они (исключительно из дружеского отношения к коллективу) приобретут материал за какие-то жалкие деньги. Это неправильно. Нельзя замедлять скорость при передаче эстафеты, ты никогда так не придешь к финишу первым. Я вам скажу, что для 90 процентов артистов, кроме, быть может, топовых Билана и МакSим, переговоры начинаются с этого. Такими переговорами просто не хочется заниматься, как можно доверить этим людям то, чему ты посвятил столько времени и энергии?

Третья причина - это слово "квази". Когда ты отдаешь кому-то пластинку, у тебя создается впечатление, что работа пошла, что она кипит, пока ты сидишь дома. Каждый день люди ставят в плеер твою пластинку и говорят, что это классно, звонят топ-менеджерам, на радиостанции. А на самом деле работы никакой нет, в этих громадных корпорациях никто и ничего не делает. Ты звонишь, спрашиваешь, почему в таком-то городе нет твоей пластинки, почему нет рекламных роликов, почему никто не приходит брать интервью. Получается, что в тот момент, пока ты бездействуешь, ничего и не происходит. А я считаю, что популяризация – это очень важная составляющая всего смысла. Ты хочешь, чтобы как можно больше людей услышали твои идеи. Те, кто согласны - приходят на концерты, и вы вместе торжествуете и поете, ты находишься в огромной радости да еще и получаешь за это дивиденды. Ты здоровый рабочий класс в сегменте чахлого бизнеса. Вот и третья причина. Мы похоронили несколько пластинок, когда отдавали их корпорациям, а они вяло сливали все это. Тем более, что ты кормишь этим всю систему. Говоря с корпорацией, ты надеешься, что они из говна сделают конфетку, благодаря своим коррупционным связям, позвонят нужным людям и пролоббируютпроплатят ротацию. Все это – сиситема, и ты попадаешь в глупый оборот, а они начинают тебе диктовать свои условия. В моем возрасте уже глупо так сильно прогибаться.

-- Ответьте, пожалуйста, серьёзно, почему всё-таки не увидел свет первоначальный вариант клипа на песню Манифест, с коровами и Михалком-дьяволом? Судя по фото со съёмок, это мог быть один из самых грандиозных клипов за всю историю группы.

-- Слово "грандиозность" в итоге перевесило разумные пределы. Мы попытаемся сделать короткометражный сюрреалистический фильм минут на 40, а уместить историю в 3 минуты просто не получилось. Нужно было либо жертвовать самой историей и делать клиповый монтаж, либо попытаться рассказать историю, но это было бы очень нудно и невнятно. Просто не получилось, но у нас много чего не получается, мы же не звезды, мы только учимся.

-- Музыкальная журналистка Татьяна Замировская после того, как прослушала Ваш новый альбом, написала в блоге, что снова ощутила подзабытое чувство гордости за то, что она беларуска. А что для Вас является настоящим признанием Вашего альбома?

СМ: Конечно, можно исчислять это в категориях математики или физики: количество концертов или количество внимания к собственной персоне, прочие составляющие успеха пластинки, но все это очень близко к тщеславию, и я уже знаю цену всему этому. Я думаю, что самая главная составляющая успеха на сегодняшних концертах это то, что 99 процентов людей не интересует то, что было раньше, их интересует "Капитал", "Манифест" и максимум, может быть, альбом "Золотые яйца", они вместе с нами живут в кибер-панке, в недалеком будущем и при этом веселятся и радуются здесь и сейчас. Они чувствуют, что эмоция это как мороженое: если ее заморозить, то потом она все равно будет невкусной, а если не потреблять - она быстро растает. Мне важно, чтобы эмоция жила сейчас. Я гастролирую и вижу, что ребятам это катит, а мне это тоже очень важно, потому что, не буду лукавить, я надеялся на это, но я не преследовал такой цели ни с "Капиталом", ни с "Манифестом". То есть я не рассчитывал на всенародную любовь и такой "мейнстримовый" успех со всеми вытекающими: когда всех интересует твое слово, твое дело, какой фирмы у тебя кроссовки, начинается вся эта "борода" ненужных девайсов, связанная с понятием успех.

-- Как изменилась ваша аудитория за годы выступлений? Замечаете ли вы это?

-- Сейчас аудитория близка к аудитории 90-95-го годов, состоящей из достаточно иронично-цинично настроенных, но очень позитивных людей, среди которых было очень много одиозных персонажей: непризнанные поэты, авангардные художники, панки. И сейчас таких много. Слава богу, нами стали меньше интересоваться люди, которым наши песни не были адресованы. Из-за популярности в 98 году многие наши сообщения были доставлены не по назначению, и потом из-за этого стали происходить различные эксцессы.

-- Сергей, Жыве Беларусь! Нет ли у Вас мечты сняться в художественном фильме? - нам кажется, что это будет супер! Вопрос вам как беларусу и панку: ваш прогноз - до какого точно года Лукашенко будет президентом?

1. Мне предлагают сняться в кино, но для меня сейчас важна собственная материализация. Я часто использую это слово, надо мной уже даже ржут. Но я не знаю, как еще сказать. Я занимаюсь материализацией, у меня есть какие-то идеи, которым я предаю зыбкую форму – форму песни, клипа, пластинки и так далее. А кино – это чужая материализация, мне пока это не интересно. Но это я сейчас так говорю, а через полгода вдруг у меня возникнет страстное желание на эротическом уровне, на уровне чакры удовольствия, и все скажут – лицемер. Не надо так серьезно к этому относиться, я уже поговорил про себя и Диму Билана. Нужно очень серьезно вчитываться в строки, которые произнесли великие мудрые люди – перечитать Чаадаева или Герцена, а подвешенный язык – это часть нашей профессии.

2. Интересный вопрос, ничего я не думаю по этому поводу. Я не определяю свой личный жизненный путь, пытаясь подстроиться под биографии гослидеров, чиновников, тиранов, демократов, коммунистов, популистов, фашистов, националистов. Я считаю, что в этом и состоит послание и кодекс воинов Бусидо, которые были в Японии - надо уметь быть свободным и формировать свой жизненный путь, не взирая на предлагаемые обстоятельства. Поэтому меня не интересует биография Александра Лукашенко. Вот и все, что я могу сказать. Гадать на кофейной гуще, что и как там дальше будет - это не мое дело. Есть политологи, есть люди, которые пытаются строить свою жизнь в соответствии с госчиновниками, но они попадают в их энергетическую матрицу и действуют уже с ними сообща, сами того не понимая. Так что я стараюсь жить сам по себе.

-- Когда-то вы заявляли, что Беларусь станет страной, которая будет массово поставлять интересные музыкальные проекты на просторы бывшего СССР, как Швеция периодически поставляет интересные группы Европе и миру. Ваш прогноз не сбылся. Что мешает раскрутиться в России группе «Без Билета», фрик-кабаре «Серебряная свадьба», Михею «Носорогову», той же «Крамбамбуле»? Как вы способствуете продвижению белорусских групп на российскую и украинскую территории?

-- А как же группа "5 диез", а как же певец Серега, группа "Троица". Если группы известны в альтернативной андеграундной среде, то это уже большой плюс. А как же ваша любимая Подольская или певец Алехно или певица Агурбаш? Коллективы существуют, есть много творческих проектов. Друге дело, что сейчас (в связи с возросшим приоритетом национал-патриотизма в России) группам из ближайшего зарубежья все труднее и труднее реализовываться. То есть группа, поющая на белорусском языке, просто обречена на непонимание, потому что ее никто не будет крутить и так далее.

Поэтому просто сейчас такая ситуация, ничего плохого я в этом не вижу. Настанет время и мы жахнем! Очень много хороших групп, много интересных ансамблей. "ТТ-34", Rasta, металлистов хватает, много интересных панков. Все кипит и все происходит. Я залез на MySpace-страничку группы "Серебряная свадьба", у них тысячи друзей, гастроли в Париже. Или группа Together, у них туры по Чехии.

 

10:13 23/10/2008




Loading...


загружаются комментарии