Из Бреста в деревню выселили четырех женщин

Суд подвел черту под делом о выселении семьи Абрамовых, младшей из которых шесть лет. Две ее сестры и мама – члены ОГП.

Жили они в благоустроенной двухкомнатной квартире в центре города. Вердикт судьи Реутской жесткий: "Выселить без предоставления жилой площади". Инга Абрамова об этом пока не знает: она учится за границей и приедет в Брест только зимой. Но – куда? Бо-ольшой вопрос! Их мама – Инга Владимировна Абрамова жила, да и сегодня живет в этой квартире уже 20 лет.

– Просто нужда была в свое время оформить на себя дом в деревне после внезапной смерти свекра, – говорит она. – Дом тот ветхий, куплен был, чтобы жить летом. Так я выписалась. А тут была прописана моя старенькая мама. Потом прописали и Жанну, как ей подошло время получать паспорт. Два года мурыжили. Предлагали прописать как квартирантку – и это к родной бабушке! В январе исполнится Жанниной прописке 6 лет.

Гибрид квартирного килерства и рейдерского захвата?

У Жанны Абрамовой к апрелю текущего года минул, таким образом, пятилетний рубеж легитимного проживания на этой жилплощади. Статья 29 Жилищного кодекса гласит: "…Иные граждане, проживающие не менее пяти лет совместно с нанимателем … и ведущие с ним общее хозяйство, могут быть признаны в судебном порядке членами семьи этого нанимателя".
Однако официальный наниматель – бабушка – умерла в 2005 году. В ЖРЭУ лицевой счет оформили на мать семейства Ингу Владимировну Абрамову, – как было и до бабушки. Никаких проблем!
– Вопросы появились весной этого года, – говорит Жанна Абрамова. – Сестра моя, Инга, в свое время сидела ни за что, за ленточки синие – оппозиционные – семь суток, и написала острую статью в местную газету либерального толка. И меня тоже задерживали на пикетах.  Весной я пожаловалась министру внутренних дел господину Наумову на условия содержания в изоляторе. Так вот, пришел в апреле лейтенант милиции проверить, я ли писала, все ли так, как в жалобе…. И через дней пару решение: выселить из квартиры!  
Тут в разговор вступает мама:
– Я пошла на прием к мэру. Принял зам Ковальчук: "Что Вы, женшчина! В Бресте случая не было, чтобы внучку из бабушкиной квартиры выселили!”
Инга Владимировна показывает мне визу Ковальчука для ЖРЭУ: "Решить спор мировым соглашением".
– А через десять дней приходит бумага из горисполкома за его же, Ковальчука, подписью: "Всё решит суд".


Наш суд – самый-самый суд в мире!

Инициировало выселение  семейства Абрамовых Коммунальное унитарное предприятие "Жилищно-ремонтное  эксплуатационное управление" (КУП ЖРЭУ). Относительно Абрамовой Жанны заявили неэлегантно: мол, живет на условиях поднайма, наниматель умер – значит, вэк! А чтобы не возмущалась, предоставили документы, согласно которым она прописана  – еще раз внимание! – с апреля 2002 года!
Здесь подлог. Ведь штампик с датой  прописки Абрамова Жанна восемнадцати лет от роду не сама себе в паспорт ставила. Да и не квартирантка она у своей родной бабушки – прописана именно как внучка.
– Суд не принял во внимание эту разницу в датах, – объясняет Абрамова-мама.
Но я не понимаю.

А наши дети – самые….

Как не понимаю и следующее слагаемое элегантного решения суда – выселить шестилетнюю Абрамову Марианну. Ведь она наверняка не ходила еще на пикеты! И ее интересы в суде, кроме мамы, представляла служба по охране детства отдела образования Московского района Бреста. Что же это за раздираемое противоречиями государство: одна служба холит детей, другая  заявляет о намерении выкинуть девочку при благополучной маме и оплаченных счетах  на улицу.
Третья служба – суд – тоже вцепилась в дитяти: геть в деревню!
"Там тоже есть школа. Болеет часто? И врачи там есть", – так, по свидетельству  представителя девочки в суде, откомментировала свое решение судья Реутская.
 

Важен контекст

А он, по словам Сергея Вакуленко, въедливого профсоюзника и давнего знакомого Абрамовых, таков.
Весной перед судом в подъезде девятиэтажки, где живут Абрамовы, появились странные агитаторы. Представлялись: "Мы из суда" и предупреждали, чтобы ни в коем случае не ходили в суд свидетельствовать в пользу Абрамовой.
По словам Жанны Абрамовой, ей не единожды оказывали странное "внимание" милиционеры, стучат в окно (квартира на первом этаже), предлагают выйти. Несколько раз на улице пробовали затянуть ее в свою "буханку". Раза три приходили заявлялись в помещение, однажды дверь высадили ногами.
– Соседи видели, – уточняет Инга Владимировна. – Крепкие вроде были двое ребят. Один в цивильном, второй в форме милиционера.

Версия Кисляка

Юрист Роман Кисляк о деле Абрамовых знает не понаслышке. И – он внимательный телезритель. Недавно промелькнул там сюжет: Константин Сумар, руководитель областной вертикали, любимый многими журналистами, вручает награды милиционерам. Соответственно, и милиционеры теперь его будут любить. Тем более, губернатор обронил фразу: мол,  наши участковые молодые, в основном, неустроенные – надо во что бы то ни стало и в ближайшее время найти возможность обеспечить их благоустроенным жильем.
Так не здесь ли разгадка такого вердикта суда? Версия логичная.
А Жанна Абрамова вышла 2 декабря на площадь Ленина с двумя молодыми соратниками, раскладушкой и плакатом: "МЕНЯ ВЫСЕЛИЛИ, Я ЖИВУ ТУТ".


Постскриптум

Все Абрамовы, кроме шестилетней Марианны,  входят в Объединенную гражданскую партию. Мотивация простая: им хочется, чтобы не было беспредела. Ну а власти отстаивают свое право именно на него.

 

18:20 05/12/2008




Loading...


загружаются комментарии