Валентин Елизарьев: «Буду ставить в России»

Объединение Театра оперы с Театром балета закончилось скандалом. Театр остался без опытного руководителя.

Валентин Елизарьев: «Буду ставить в России»

Минкульт: театру нужен крепкий хозяйственник

Если бы скандал случился не в балете, который традиционно считается «конвертируемым» белорусским искусством, если бы ушел человек, не столь знаменитый, увенчанный множеством международных наград, никакого шума бы не случилось. К тому же с ним расстались без сожаления - не успел Елизарьев написать заявление по собственному желанию, как оно тут же было подписано министром культуры. И это при том, что никакой другой кандидатуры на должность руководителя недавно объединенного Театра оперы и балета просто нет!

Теперь интервью Валентин Николаевич дает дома: «Кабинета рабочего у меня нет». Что творится у него на душе, может представить, наверное, только человек, отдавший своему делу почти четыре десятка лет, познавший славу и почет. А таких в нашей стране немного. Сам Елизарьев признается: «Я пока в шоке». И без снотворного не спит уже больше двух месяцев.

- За 36 лет работы никто мне не сказал «спасибо». Они (Министерство культуры. - Ред.) делают вид, что ничего не произошло.

- Может быть, вы заявление писали на эмоциях, сгоряча?

- Нет, совершенно осмысленно. Хотя сейчас многие пытаются сказать, что Елизарьев угрожал, спекулировал.

Само увольнение случилось в минувшую субботу. Пять дней - срок ничтожный для того, чтобы не только перестроить свою жизнь, даже понять, что случилось.

- Я так же просыпаюсь в 6 утра, и к 9 меня тянет на работу. Вы даже не представляете. Это такой годами сложившийся ритм, вплоть до идиотизма. Я все выходные хожу в театр, все лето… (Валентин Николаевич за пять дней так и не привык говорить о театре в прошедшем времени. - Авт.). Это просто болезнь. Это ведь мой дом родной. Мы говорим с вами сейчас (на часах 10 утра. - ред.), а мне так странно, что я в квартире. Это ведь самые рабочие часы.

- Телефон у вас не замолкает.

- А что было в день увольнения! Думали, это будет самый печальный день, а получился самым веселым - друзья нас (Маргарита Изворска-Елизарьева подала заявление об уходе с поста руководителя Белорусской оперы вместе с мужем. - Ред.) не оставили, дверь не закрывалась ни на минуту. До двух часов ночи сидели, смеялись, анекдоты рассказывали. Даже не думали, что так много людей, которые нас любят. Зато уволили нас на день раньше, чем мы писали в заявлениях. В выходной вызвали бухгалтера, отдел кадров и кассира и к 12 часам субботы нас уже рассчитали. Когда все случилось, мне стало так легко. Но и очень горько - я ведь представляю, во что ввергнется театр.

- Вы все о театре. А о себе?

- У меня все в порядке, все родные здоровы, жена прекрасная, дети замечательные, внук, которого обожаю. И перспективы есть. Буду ставить в России. Если даже мне заплатят самый низкий гонорар - тысяч 15 долларов, это все равно будет моя годовая зарплата в театре.

«ОБЪЕДИНЕНИЕ ПОГУБИТ ТЕАТР»

То, что для большинства поклонников театра было как гром с ясного неба, зрело давно. Пока театр был на реконструкции, Министерство культуры решило снова объединить оперу и балет, которые были разделены в 1992 году. Это решение было принято в штыки в первую очередь самим Елизарьевым.

- Это решение принималось тайно, келейно. Об объединении я узнал из подписанных уже документов. Мы были очень успешным театром и в финансовом отношении, и в творческом. Я понимаю, что объединение абсолютно разрушительно для балета.

- Но для чего снова объединять труппы?

- Хотят получить легко управляемый театр, когда достаточно приказать одному директору, а не трем. Думаю, только в этом причина. Объединенный театр - огромная неповоротливая машина. В штатном расписании театра балета - 70 человек. Теперь балетная труппа должна будет кормить (потому что все остальные коллективы существуют только на дотации) тысячу с лишним человек всего объединения. Кстати, когда театры разделялись, весь коллектив Театра оперы и балета был 600 человек. Штат балета за эти годы не вырос.

- Выходит, 400 человек - это технический персонал?

- Да, только одних сантехников 52 человека.

Так или иначе, указ об объединении был подписан, а Валентину Елизарьеву предложили его возглавить. Правда, как теперь оказывается, устные предложения не имеют никакой силы.

ШТАБ ПО РЕКОНСТРУКЦИИ БЫЛ В МОЕМ КАБИНЕТЕ

- Я вникал во все вопросы реконструкции, везде совал свой нос. Это безумно всех раздражало, но терпели. Когда на объект пришел президент, всем сказал: слушаться Елизарьева! И тут началось. Меня выбросили из всех комиссий по реконструкции, я не имел в последнее время влияния на ремонт. Им не нужен человек, который будет говорить: вот это плохо и это плохо. Им нужно быстренько сдать объект. Хотя сроки уже сорваны, хор до сих пор на улице, репетировать им негде. У оркестра та же ситуация… Думаю, что и сцена в положенные сроки не будет готова к работе. Там очень сложные пуско-наладочные работы, ведь впервые на территории СНГ сцена будет работать на гидравлике - это уникальное потрясающее сооружение. Я настоял на том, чтобы сцена была сделана под наклоном в 4 градуса, как на лучших мировых сценах. Но зато мы приближаемся к какому-то европейскому уровню. Из-за этого я и ввязался в это дело. Ведь никто ничего не знает, не понимает. У меня в кабинете практически был штаб, не в дирекции строящихся объектов, не в Министерстве культуры, а у меня.

- То, что вас отстранили от ремонта, стало первым звонком, что что-то не так?

- Нет, я абсолютно ничего не понимал.

Изворска-Елизарьева: «Ведь Валентину Николаевичу сказали подбирать себе команду на новое штатное расписание».

КРЕПКИЙ ХОЗЯЙСТВЕННИК В ТЕАТРЕ ДОЛЖЕН БЫТЬ ЗАВХОЗ

- Я уехал с театром в Корею на весь декабрь. Вернулся, а оказалось, что театру нужен «крепкий хозяйственник». А мне-то всегда казалось, что театру нужна личность, которую знают в мире, которую уважают и с которой хотят общаться. Ни с каким хозяйственником ни один уважающий себя директор театра на Западе, ни один импресарио разговаривать не будет. Хозяйственник должен быть завхозом или комендантом. Но не генеральным директором.

- Но ведь вы отдали театру почти сорок лет…

- Может, неудобно про себя говорить, но я в каждой зарубежной энциклопедии - как западной, так и восточной. Оказывается, им не нужен мой опыт, мои знания менеджерские, импресарские возможности. Все это зарабатывается годами, путем проб, ошибок, шишек - я прошел через это все.Я убежден: хозяйственник убьет театр! Я даже написал письмо президенту. А когда не получил ответа, написал заявление об уходе.

- У вас есть какие-то предположения, что произошло?

- Ни малейших. Я ведь по кабинетам не хожу, в интригах не участвую. Но на такое понижение я не могу согласиться. И хозяйственнику подчиняться не буду. Это ведь значит, что каждую бумажку, любой приказ нужно идти к нему, кланяться, просить подписать, поставить печать.

06:48 22/01/2009




Loading...


загружаются комментарии