Бизнесмены подземелья

В Гомеле начался судебный процесс над работниками РУП «Белтелеком». Они научились делать деньги «из ничего».

Бизнесмены подземелья

Тягачи
…Бригада связистов выполняла, казалось бы, обычную работу: из канализационных люков вытаскивала толстый кабель. Действовали четко, без лишней суеты. Один конец кабеля цепляли прочным стальным тросом за фаркоп служебного автомобиля с надписью “Связь”, тот медленно двигался, доставая из подземелья десятки метров кабеля.
А неподалеку за работой бригады внимательно следил человек. Наблюдение велось из дорогого серебристого “Крайслера”. Как только связисты сматывали извлеченный кабель и забрасывали его в служебный ГАЗ, иномарка трогалась с места. Вслед за ней отправлялся грузовик. Бывало, “Крайслер” отрывался от машины связи, проверяя таким образом обстановку на пути следования. Убедившись, что дорога не таит опасности, иномарка пропускала вперед ГАЗ. Он же абсолютно уверенным курсом ехал в поселок Победа Гомельского района, хотя должен был — на склад предприятия.
Как только грузовик сворачивал с центральной улицы на одну из второстепенных, “Крайслер” останавливался посреди дороги, преграждая таким образом путь всякому автотранспорту. И оставался там до тех пор, пока из служебного ГАЗа во дворе одного из домов выгружался, как уже нетрудно догадаться, похищенный кабель.
Похитителями не были переодетые под связистов злоумышленники. Кабель воровали настоящие работники городского узла электросвязи Гомельского филиала РУП “Белтелеком”. Впрочем, в этом сразу, как только появилась информация о систематических хищениях кабеля, были уверены правоохранительные органы. Результатом оперативно-розыскных мероприятий, проведенных управлением КГБ Республики Беларусь по Гомельской области, стало задержание в марте 2007 года с поличным бригады связистов. Вскоре следствие разоблачило и других участников хищений, среди которых, на удивление руководства предприятия, оказались и должностные лица.
Тягать кабель (а именно так между своими назывался незаконный бизнес) работники ГУЭС начали с середины 2004 года. Именно в это время в эксплуатацию вводились новые цифровые автоматические телефонные станции, которые приходили на смену устаревшим декадно-шаговым АТС. Для этого прокладывался новый волоконно-оптический кабель, а старые линии связи, содержащие в своем составе цветные металлы — медь и свинец — отключались, но оставались лежать в подземных коммуникациях. Извлекать их предприятие не спешило.
Зато кое-кто из работников ГУЭС быстро сообразил, что под землей лежат хорошие деньги. В частности, 33-летний начальник линейного цеха ГУЭС Виталий Мешков. Он-то и предложил одному из своих подчиненных — электромонтеру подземных сооружений и коммуникаций связи Сергею Матюхину — демонтированный кабель на склад ГУЭС (как того требовали нормативно-правовые акты) не сдавать, а сбывать нелегальным скупщикам цветных металлов и вырученные деньги делить между собой. Тот, посоветовавшись с электромонтерами, согласился.

“Многое украдено до нас…”
Мешков, который по долгу службы был в курсе того, где и какие кабели уже отключены и лежат под землей “без дела”, сообщал эту информацию Матюхину. Позже к “делу” подключился инженер линейных сооружений связи и абонентских устройств Андрей Напеленок. Он по требованию Мешкова выписывал наряд-допуск на демонтаж кабеля, при этом просил бригадира хотя бы какую-то часть кабеля завозить на склад. Что, впрочем, выполнялось не всегда.
В “лучшие” времена “тягали” кабель несколько раз на неделе, демонтируя в среднем до тонны. Бывало, что по ошибке обрезали действующий кабель и тогда на восстановление связи направлялась ремонтная бригада, а “тягачи” получали профилактический нагоняй от Мешкова.
До середины 2005 года похищенное сбывали в различные пункты нелегального приема цветмета, перед этим самостоятельно разделывая и обжигая кабель (чтобы выделить медную жилу) в лесу недалеко от жиркомбината. Однако это было довольно хлопотным и опасным занятием, поэтому согласились с радостью на предложение одного из членов бригады отвозить кабель в поселок Победа знакомым скупщикам. Ими были Николай Малашенко и Виталий Леонов. Они принимали кабель в “натуральном” виде и разделывали его сами. За кабель Матюхин получал в среднем по 4,5 доллара за килограмм меди и свинца (по оперативным данным известно, что впоследствии цветной металл продавался в Россию в несколько раз дороже). Деньги делили между всей бригадой. Рядовым рабочим доставалось в среднем по нескольку сотен тысяч рублей. Больший куш, естественно, отдавался Мешкову как  идейному вдохновителю и покровителю.
А покрывать промышлявшую воровством бригаду приходилось. Неоднократно Мешкову коллеги рассказывали и о том, что видели служебную машину ГУЭС там, где ее быть не должно, и о серьезных подозрениях в причастности бригады кабельной канализации к хищениям. На это начальник обещал провести проверку, но чаще сводил всё к шутке, убеждая оппонентов, что такого просто не может быть.
Но 16 марта 2007 года оперативным сотрудникам УКГБ удалось доказать обратное. Бригада рабочих была задержана аккурат после сбыта на “точке” более 5 тонн кабеля связи, демонтированного из канализационных колодцев по проспекту Космонавтов.
Следствие длилось около года. Были проверены все без исключения смотровые колодцы по маршруту прокладки кабеля. В ходе сплошной инвентаризации установлено отсутствие более 179 километров кабеля. Тем не менее удалось доказать, что обвиняемые работники ГУЭС причастны к хищениям лишь 71 километра кабеля как минимум на 25 улицах города. Куда исчез остальной кабель, учитывая то, как его “надежно” охраняли, догадаться нетрудно.
— В этом уголовном деле поражает прежде всего то, как работники предприятия ловко и так долго пользовались пробелами в организации сохранности кабеля, — рассказывает прокурор отдела прокуратуры области, поддерживавший государственное обвинение в суде, Дмитрий Дебой. — В итоге государству нанесен ущерб на сумму более 119 миллионов рублей.

Пути Господни неисповедимы
Вскоре история приобрела неожиданный оборот. Мешков никогда не высказывал желания уволиться, более того — “скромно” предлагал свою кандидатуру на повышение (в чем ему, кстати, было отказано). Однако после задержания бригады связистов с поличным он написал заявление об увольнении по собственному желанию. И сразу же подался… в священнослужители. Когда следствие окончательно пришло к выводу о его непосредственном участии и активной роли в похищениях, бывшего начальника линейного цеха величали не иначе как отец Виталий.
Уже в мае Мешков был рукоположен в иерея и направлен для прохождения служения Богу и людям в приход храма Покрова Пресвятой Богородицы в Свято-Иоанна-Кормянском женском монастыре, что в Добрушском районе. А через 2 месяца отца Виталия перевели на священнослужение в Свято-Никольский мужской монастырь в Гомеле.
Такое резкое изменение мировоззрения наводит на мысль: а не пытался ли Мешков, почувствовав запах жареного, спрятаться за церковными стенами? Поскольку мотивы увольнения и последующего ухода в священнослужители не были предметом исследования ни во время следствия, ни в ходе судебного слушания, остается только предполагать. Но как только Мешков был взят под стражу, различного рода ходатайства руководства Гомельской епархии Белорусской православной церкви и прихожан полетели в правоохранительные органы, а после — в суд. В них — только лестные характеристики на отца Виталия и уверенность в том, что тот стал жертвой ошибки следствия и клеветы коллег с бывшего места работы.
В то же время из материалов уголовного дела следует, что В. Мешков, который занял стойкую позицию непризнания своей вины, “на предварительном следствии вел себя вызывающе, работниками линейного цеха гомельского ГУЭС характеризуется крайне отрицательно”. Данные им показания следствие посчитало надуманными, несоответствующими действительности и расценило как попытку ввести следствие в заблуждение и воспрепятствовать установлению истины по уголовному делу.
Тем не менее В. Мешков (к тому времени заштатный клирик Гомельской епархии) предстал перед судом Железнодорожного района г. Гомеля, где и держал ответ за свои прошлые мирские дела. Вместе с ним на скамье обвиняемых оказались еще 13 должностных лиц (среди них, кроме А. Напеленка, инженер В. Булавкин) и работников ГУЭС, а также двое скупщиков похищенного кабеля.
Судебные слушания длились полгода. Практически на каждом заседании присутствовали служители церкви. Все подсудимые, за исключением Мешкова и скупщика Леонова, признали свою вину.
— Суд пришел к выводу, что оба обвиняемых преследовали цель избежать уголовной ответственности за совершенные преступления, — подчеркнул председательствующий на процессе судья Николай Круподеров. — Ни в ходе предварительного, ни во время судебного следствия не установлено доказательств того, что Мешкова и Леонова оговорили из-за неприязненных отношений. Никто из допрошенных ни о чем подобном не рассказывал.
В итоге подсудимые признаны виновными в совершении хищений путем злоупотребления служебными полномочиями группой лиц в особо крупных размерах, а также в совершении краж. Виталий Мешков приговорен к пяти годам лишения свободы с конфискацией имущества. Еще 10 человек проведут по 2 — 3 года в исправительной колонии, остальные приговорены к ограничению свободы и к исправительным работам.
Областной суд оставил приговор первой инстанции в силе.

Нет кабеля — нет и соблазна
Серьезные финансовые и организационно-практические выводы после столь громкого процесса пришлось сделать и руководству предприятия. Как сообщили в УКГБ, проводимые в рамках расследования уголовного дела мероприятия позволили вскрыть факты грубого нарушения законодательства. Из почти 500 километров незадействованного кабеля электросвязи менее 10% числились по документам бухгалтерского учета, что и позволило работникам предприятия с легкостью его похищать. Благодаря принятым мерам в полном объеме было демонтировано более 300 километров высвобожденного на Гомельской ГТС кабеля, содержащего около 460 тонн цветмета. Таким образом удалось предотвратить нанесение государству ущерба еще на сумму свыше 600 миллионов рублей.
Кроме того, в настоящее время следственный отдел УКГБ передал в суд еще одно уголовное дело, фигурантами которого являются работники Гомельского филиала РУП “Белтелеком” и директор одной из коммерческих структур, осуществляющей деятельность в области электросвязи. Работники связи обвиняются в хищении путем злоупотребления служебными полномочиями, растрате имущества, легализации материальных ценностей, приобретенных преступным путем. По предварительным оценкам, их действиями предприятию нанесен ущерб на сумму около 500 миллионов рублей.

12:07 24/01/2009




Loading...


загружаются комментарии