Любаньский синдром

Этим делом в свое время занималась солигорская правозащитница Яна Полякова.

Любаньский синдром
Два года тому назад на автополигоне Любаньского сельхозлицея нашли тело учащегося Сергея Макаревича. Его мать два года безрезультатно добивается эксгумации тела, поскольку не верит в официальную версию смерти сына – самоубийство. По неофициальной информации, с 2003 по 2007 год умерли шесть учеников этого лицея.

Прокурор Любаньского района, правда, подтвердил только три случая, сказав, что между собой они не связаны.

«Неправильно осмыслил жизненную ситуацию»

Утром 7 марта 2007 года на автополигоне Любаньского селхозлицея нашли повешенным 18-летнего ученика Сергея Макаревича. Как следует из материалов следствия, следов борьбы на месте происшествия не было. Судмедэкспертиза не нашла у покойника телесных повреждений, кроме следа от петли.

Следствие выяснило, что вечером 6 марта Макаревич выпивал в компании братьев П., в том числе, и в их машине. Пили двое – Сергей  и один из братьев, его одногруппник. Выпив, в общежитии ребята потребовали у младших учеников сигареты. При  этом Сергей якобы побил двух ребят, один из которых убежал на двор легко одетый. Было это в полночь. У  сбежавшего за плечами  уже была неудавшаяся попытка самоубийства, поэтому искали его большой группой вместе с преподавателями. Искал и Макаревич.

Сергей сказал тогда, что в случае чего, в тюрьму не пойдет.  Утром его нашли повешенным. Согласно следствию, молодой человек не имел врагов ни в Любани, ни в Солигорске, откуда приехал учиться. Дело закрыли, посчитав, что  «Макаревич С.А. совершил самоубийство, причиной которого стало неправильное осмысление жизненной ситуации». То есть выпил,  побил товарища, испугался ответственности и наложил на себя руки.

«Мой сын хотел жить»

«За сорок дней до того, как в лицее произошло это несчастье, повесился другой учащийся. Мы об этом с Сергеем разговаривали. Он не мог понять; как тот мог принести такое горе матери», - вспоминает мама Сергея Вера Васильевна, обладательница Ордена матери (одна вырастила шестерых детей). Говорит, что сын был оптимистом, после учебы собирался в армию, найти работу, женится, найти квартиру. «Он писал мне стихи, не давал покупки самой с рынка нести», - говорит Вера Макаревич.

В день похорон на лице молодого человека, появились пятна, похожие на следы битья (согласно следствию – трупные пятна), на руке родные заметили небольшую рану. На кладбище завуч лицея сказала, что «если бы не багровая легковушка, то ничего бы не произошло». Автомобиль принадлежал братьям, с которыми в тот вечер был Сергей. «После похорон друзья сына сказала, что его могли убить», - говорит мама.

По  ее информации, в тот вечер ученик убежал из интерната не из-за драки с Сергеем, а из-за ссоры с воспитательницей. Воспитательница подтвердила это в комиссии из областного отдела образования. В материалах следствия этот момент описан по-другому – перепалка с воспитательницей была, но обиженный студент вернулся в общежитие, где наткнулся на пьяных ребят. «В руке Сергея нашли пачку сигарет, зачем ему было у кого-то их отбирать?»

Родных Сергея насторожило, то что одежда на нем сидела аккуратно, что нелогично если вспомнить, что повешенный, по логике, должен был умереть в конвульсиях. След от петли, по их мнению, нехарактерный для добровольного самоубийства.

Петля как следует из протокола, была завязано слабо. Молодой человек, был недостаточно высоким, чтобы дотянутся до решетки (следователи не нашли под окном ничего, что могло бы ему помочь, а петля была на двухметровой высоте). К тому же, как говорят сотрудники морга, у Сергея было сломано ребро. Но следствие поначалу считало, что это могло случиться при перевозке тела, а потом обе стороны от этих слов отказались, не был зафиксирован сей факт и в заключительной экспертизе.

Молодого человека нашли прижатым к побеленной стене, чтобы самостоятельно завязать узел, ему нужно было карабкаться по стене, но каким-то образом его куртка оказалось совершенно чистой. Тоже нелогично. «Он мог и отряхнуться», - приводит слова следователя В. Макаревич.
На одежде родные заметили также следы крови. Куртка была порвана, на спине – след от обуви. Кроссовки чистые. Хоть в протоколе осмотра места происшествия написано, что следы от обуви принадлежат Сергею. Экспертиза, организованная только через 9 месяцев, наличие крови на одежде подтвердила, но чья это кровь – до сих пор неизвестно.

Друг Сергея, который помогал отвозить тело в морг, говорил, что у молодого человека, когда его нашли, были согнуты руки. А вот согласно протоколу, руки трупа были опущены вдоль тела. Но таких «неправильных» свидетелей на суде просто не допрашивали, результаты следствия основывались на показаниях людей, которых родные Сергея как раз и подозревают в его смерти. Позднее окно в доме на полигоне и вовсе заложили кирпичом, стены основательно помыли, чтобы не осталось никаких следов.

«Искать корни трагедий»

В марте 2008 года Любань навестила съемочная группа программы «Зона Х», но директор лицея Николай Краснюк посоветовал журналистам искать корни трагедий не в образовательном учреждении, а в семьях. Мол, в большинстве случаев несчастье происходили из-за пьянства родителей, неустроенности в быту.  «Может, у кого-то и были проблемы, но не у нас, - не соглашается В. Макаревич.

Характеристики, полученные в школе и лицее, написанные судьями и друзьями, свидетельствуют, что Сергей был воспитанным, добрым и веселым парнем. Писал стихи, увлекался белорусской и русской литературами, а также физкультурой. Был профоргом группы. Медэкспертиза обнаружила в его крови дозу алкоголя, равную выпитой бутылки водки, а, по словам свидетелей, вместе с собутыльниками он выпил 1,5 бутылки водки и столько же пива. Мать считает, что перед смертью ему могли влить водку силой и вспоминает следы на его подбородке и распухший нос.

«Следователь давил на меня»

«Он сильно любил маму и сестер. Не мог он такой подарок им на 8 марта сделать» - не верит в самоубийство Сергея и его однокурсница. Она анонимно (назовем ее Алена) рассказала некоторые подробности трагедии, а также об атмосфере, которая царила в лицее. Говорит, что Сергей не мог отбирать у кого-то сигареты: «За всю учебу он только однажды попросил у меня сигарету. А утром вернул». Девушка припоминает, что за несколько недель до трагедии Сергея побил его одногрупник, но по словам следователей, Макаревич подрался с другим парнем. Алена вспомнила, что как-то Сергей пробовал, но не сумел вскарабкаться на крышу того здания на полигоне: «И он был трезвый. А как же он мог  ночью, сильно выпив, одолеть двухметровую высоту и  закрепить петлю?»

Друзья Макаревича составили заявление, в которой высказали сомнения насчет причины смерти их друга». Во время предварительного следствия большинство отказалось от своих подписей. Алену вызывали в прокуратуру не раз. «Следователь давил на меня – кричал, требовал отказаться от своих слов», - говорит она.

«В лицее не было дедовщины»

Со слов Алены, старшие ученики своих преимуществ над младшими не демонстрировали. Куда больше, говорит она, лицеисты страдали от некоторых преподавателей и мастеров: «который мог и обругать последними словами. Кто учился в хобзе, тот знает». По ее словам, в лицее было много учеников из  многодетных и небогатых семей.

Алена поступила в лицей в 2004 году. Уже тогда  она слышала от старших девушек о частых самоубийствах среди лицеистов. За время ее учебы погибли четверо, к которым зачислили и Макаревича. Были и  две неудачные попытки.

По информации, собранной учениками, на протяжении 2003-2007 года в лицее произошло 6 самоубийств. Любаньский прокурор подтвердил три не связанные между собой случаи суицидов.

После смерти Макаревича из лицея уволили некоторых сотрудников, в том числе завуча и воспитателя. М. Краснюк  своего места лишился недавно,  якобы за то, что один из лицеистов испортил в городе агитационный плакат.

КГБ ходатайствует

Уголовное дело по факту доведения С. Макаревича до самоубийства Любаньская прокуратура начала только с четвертой попытки после ходатайств сверху. В июне 2008 года дело остановили. Валентина Макаревич неоднократно писала в генпрокуратуру, КГБ и Администрацию президента. Один из отказов, полученный из областной прокуратуры, подписан прокурором Михаилом Снегирем. «Мой орден матери мне мало помогает». – говорит женщина.

На могиле Сергея до сих пор нет памятника, поскольку мать все еще ждет разрешения на эксгумацию тела сына, чтобы снять все сомнения насчет его смерти. Теперь появилась надежда – из КГБ ответили, что по результатам собственной проверки комитет ходатайствовал перед Генпрокуратурой о проведении дополнительной проверки и при необходимости, эксгумации и повторной экспертизе.

И все-таки в истории любаньского лицея много вопросы. «Что-то там недоброе происходило, может, какая-то секта была. Каждый раз в беду попадали дети из ненадежных семей. И про меня может, думали, что я многодетная, похороню сына и смирюсь», - плачет В. Макаревич. Она мама и имеет право добиваться правды.
07:06 18/04/2009




Loading...


загружаются комментарии