10 лет трагедии на Немиге

10 лет назад в переходе минской станции метро «Немига» толпа, спасаясь от грозы, раздавила 53 человека. Больше 160 человек были ранены. Большинству погибших было по 14-20 лет. Они умирали под свист и веселое улюлюканье разгоряченных пивом людей, топтавших себе подобных. Отголосок того веселья – траурные марши над гробами, в которых лежали молоденькие девочки в свадебных платьях.

10 лет трагедии на Немиге
А те, кто родился в рубашке, долго еще залечивали раны. Они болят и сегодня. И на самом деле неизвестно, сколько времени должно пройти, чтобы ушла та нечеловеческая боль.

Сегодня о трагедии вспоминают ее очевидцы и врачи, которые в тот страшный день оказались на «Немиге».

ВОСПОМИНАНИЯ ВРАЧЕЙ

«ТАМ БЫЛ АД»

30 мая 1999 года на городской станции скорой помощи практически не было вызовов, нагрузка на бригады была небольшая. Суточное дежурство было у главврача станции Виталия Титишина. Как только началась гроза, он первый получил просьбу дежурного милиционера прислать бригады. Рядом с главврачом в этот момент находился врач-реаниматолог Эдуард Козырев. Именно его бригаду первой отправили на «Немигу». Он был и первым медиком, который увидел лестницу, заполненную человеческими телами.
«Просили прислать хотя бы две машины»

- Сразу после начала грозы поступил первый звонок от дежурного работника милиции о том, что на «Немиге» что-то случилось: то ли кого-то придавило, то ли провалился кто-то. Мы подумали, что проломились ливневые решетки. На наш вопрос: «Сколько бригад послать?» - работник милиции ответил: «Пошлите хотя бы две машины», - вспоминает Виталий Тишин. - Говорю Козыреву: «Будете старшим, срочно выезжайте, берите пять машин, докладывайте». Сам стал обзванивать милицию и МЧС, чтоб уточнить, сколько пострадавших и что случилось. Никто не мог сказать, не знали еще масштаба катастрофы. Вдруг через три минуты позвонил врач, который, возвращаясь с вызова на подстанцию, проезжал мимо «Немиги». По рации передал: «Машину остановили люди. Из перехода выносят много пострадавших. Оказываю помощь». И сразу отключился. Я понял, что что-то серьезное, и направил еще десять бригад. А через пару минут и Козырев вышел на связь. Доложил, что была страшная давка и есть не только пострадавшие, но и много погибших… Я дал команду диспетчерской направить на Немигу все свободные бригады, которые были в городе в этот момент. Их оказалось 56. Через 35 минут доложил врач одной из бригад: «Я стою третий в очереди за пострадавшими, но пострадавших уже нет».

По оперативности сработали хорошо. Тяжело было дальше: травмы, не совместимые с жизнью, больные, которых нельзя было спасти… Но мы всех доставили в клиники. Врачи потом вспоминали: по дороге реанимировали пострадавших в состоянии клинической смерти, в больнице продолжали реанимировать. Но не всех удавалось спасти -несколько человек погибло в больнице.

«Такого количества пострадавших мы никогда не видели»

- Когда мы подъезжали к «Немиге» и оставались буквально метры, я увидел, что на траве лежит много тел. Я моментально понял, что многие из них уже мертвы, - рассказал Эдуард Козырев. - Реанимационная бригада тут же стала проводить осмотр лежащих. Их становилось все больше и больше, их выносили из подземного перехода... Я подбежал к переходу и увидел, что большое количество людей лежит на лестнице...
Начали подъезжать бригады «Скорой», мы проводили осмотры, сортировку. Хотя это было очень сложно в тех условиях. Там был ад. Такого количества пострадавших мы никогда не видели…

Когда слышу о «Немиге», эта картина и встает первой перед глазами: они лежали на траве, были совсем молодыми, люди, которым абсолютно невозможно было помочь. В основном это были люди, которым еще жить да жить…

В ближайшую 2-ю больницу многие добирались самостоятельно - на попутном транспорте, пешком, кого на руках несли. Некоторые в шоковом состоянии ушли домой, травмы заметили только там. Потом всю ночь мы ездили по вызовам, выезжали и к родным тех, кто не возвращался с концерта. Им становилось плохо… У всех было шоковое состояние. У пострадавших и их знакомых, и у врачей. Морально мы к такому готовы не были.

ТЕПЕРЬ БРИГАДЫ «СКОРОЙ» ДЕЖУРЯТ НА ВСЕХ МАССОВЫХ МЕРОПРИЯТИЯХ

Всю ночь «Скорая» составляла списки пострадавших и погибших, принимала звонки встревоженных минчан, которые ждали дома родных после концерта.

- Один час мы не принимали никакие другие вызовы по неотложной помощи: высокая температура, боли в руках, ногах, радикулит. Только те, которые угрожали жизни больным, - вспоминает Виталий Титишин. - Объясняли людям, что в городе чрезвычайная ситуация, все бригады работают на ее ликвидации. Никто не пожаловался…
- Как поменялась работа «Скорой» после трагедии 30 мая?

- После этого случая бригады начали дежурить на всех массовых мероприятиях. А до этого случая такой команды не было, - рассказал главврач «Скорой» 1999 года Виталий Титишин. - Вспоминая все эти годы нашу работу, думаю, что, если бы, не дай бог, повторилось подобное, мы бы лучше не сработали. Все, что могли, мы сделали. Я не боялся приходить на пресс-конференции и смотреть людям в глаза.

- Сейчас перед массовыми мероприятиями все продумывается: расстановка бригад, дополнительное оснащение, создание значительного резерва бригад на ближайших подстанциях, - говорит нынешний главврач городской скорой Эдуард Козырев. - Руководители «Скорой» участвуют в каждом массовом мероприятии. Мы должны быть рядом со своими сотрудниками. Время идет, меняются подходы. Но отправной точкой стали события на «Немиге».

КСТАТИ

Милиционеры, бывшие на Немиге, уже не работают в МВД

Мы не смогли найти ни одного сотрудника милиции, дежурившего на Немиге 30 мая 1999 года.

- С тех пор прошло много времени. И большинство из тех, кто работал тогда, уже на пенсии, - рассказал «КП» пресс-секретарь ГУВД Мингорисполкома Александр Ластовский.

ВОСПОМИНАНИЯ ОЧЕВИДЦА

«Все происходило как в бреду»

- Мне только исполнилось 30 лет, и я купил свой первый автомобиль. С утра с женой мы поехали искупаться на речку, а потом с супругой и товарищем пошли на концерт группы «Манго-Манго», - вспоминает очевидец минчанин Алексей. - Была очень жаркая погода, как обычно перед грозой. Молодежь даже поснимала майки и завязала их на пояс. Стояли, слушали песни, и вдруг начал накрапывать дождь. Друг с женой решили пойти спрятаться в метро, а я остался послушать последние композиции. И как только музыканты допели последнюю песню, все одним потоком направились к метро. Я тоже оказался в этой толпе. Как сейчас помню: свернуть в сторону было просто невозможно - все были зажаты и толпа несла всех вперед. Когда потом говорили, что кто-то кого-то смог вытолкнуть в сторону и таким образом спасти - это неправда. Вырваться из этого потока при всем желании было нереально. Как только мы подошли к первым ступенькам, то сделать хотя бы один шаг было уже невозможно. Люди стали наклоняться под углом. Получилось, что мы не стояли, а находились в полулежачем состоянии. На моих ногах стояли какие-то люди, я на ком-то лежал.

- Как вели себя люди в этот момент? Кричали в панике?

- Я не могу сказать, что люди сначала очень сильно истерили. Но когда все поняли, что началась давка, из глубины перехода стали кричать: «Назад! Назад!» Так толпа меня пронесла ступенек десять. Я помню, как надо мной склонялись чьи-то лица: бородатые, молодые... А потом я с ужасом заметил, что некоторые из них стали фиолетовыми. Было так жарко, горячо, что я сам не выдержал и потерял сознание. Очнулся от того, что мужчина, который лежал на мне, поднял меня под руку. Я в свою очередь поднял человека, на котором лежал сам. Чувствовалось, что давление ослабло, и люди потихоньку стали выходить. Все происходило, как в бреду. Я настолько потерялся во времени, что даже не знаю, сколько это все длилось.

- А что было с вашей женой?

- Этот вопрос меня мучил больше всего: ведь она на тот момент была беременна. Когда все стали расходиться, то прямо возле последней ступеньки на металлической решетке лежала метровая гора людей. Это было так ужасно! Я решил, что она там и спустился вниз. Стал среди трупов искать свою жену: попытался вытянуть чье-то бездыханное тело, но не получились. Люди были сплетены в клубок. Тут я почувствовал жуткую боль в ногах: ведь по мне хорошенько прошлись. Я, обессиленный, подошел к перилам и облокотился на них.
За несколько минут до этого подбежали какие-то курсанты. Они были в растерянности и не знали, что делать, стояли с открытыми ртами. Люди были в шоке. Никогда не забуду подростков, которые беспомощно метались с телом товарища, пытались делать ему искусственное дыхание. Смотреть на это было невозможно. Потом подбежал коренастый милиционер, он дал команду курсантам, и они организованно стали выносить тела из перехода. Я был вынужден смотреть на это, думая, что среди них моя беременная супруга. Трупы в ряд складывали на лужайке возле метро. Люди были фиолетовыми, с разодранной одеждой. Как сейчас помню, первой лежала женщина, за ней подростки 14 - 16 лет. Люди были не только задушенными, но и затоптанными: у кого-то в животе была дырка от тоненького женского каблука.

И только когда вынесли последнее бездыханное тело, я увидел, что весь проход в метро был услан вещами: зонтиками, сумочками, обувью, одеждой. У меня полностью онемели ноги. Я вышел из метро и остановился. И вдруг жена с другом кричат мне. Оказывается, во время давки они смогли пройти на другую сторону. Товарищ руками оперся в стенку и заслонил живой стеной жену. Те, кто был по бокам, могли еще кое-как двигаться, а кто был в центре толпы - нет.

- Вы обращались в больницу?

- Меня товарищ на машине отвез в шестую 6-ю больницу. Меня посмотрели и отпустили домой. На ногах у меня остались отпечатки подошвы обуви, каблуков. Нас еще тогда называли «потоптанцы». Я один день отлежался дома, а потом вышел на работу. Коллеги сразу же заметили, что у меня полностью поседели виски.

Вы знаете, тот день вообще был неудачным. Перед концертом мы разогревали суп и забыли выключить плиту. Соседи вызвали пожарных. И только мы вернулись из больницы, пожарные уже заходили в нашу квартиру. Они ничего не знали о том, что произошло на Немиге, и мы им сами все рассказали. Сразу эта история вообще замалчивалась, и лишь на следующий день в новостях сообщили о трагедии.

- Вы долго приходили в себя после всего произошедшего? Может, обращались за помощью к психологам?

- К психологам я не обращался. Несколько дней, когда рассказывал о трагедии, то начинал заикаться. Потом вообще прекратил общаться на эту тему. У меня за несколько дней поседела голова.

- После того дня не стали обходить «Немигу» стороной?

- Нет. Я даже дочку привел к памятнику и рассказал о том, что произошло. А вот на массовые мероприятие вообще перестал ходить.
Олег ВОЛЧЕК, был представителем в суде семьи погибшей Маши Иньковой:

- Ничего не изменилось! Я читал материалы дела и видел халатность и растерянность сотрудников милиции. Сотрудники спецслужб по-прежнему не умеют работать на массовых мероприятиях. В оцепление ставят обычных милиционеров, участковых, например. А дежурить должен специальный отдел, который знает особенности поведения толпы, может ей управлять.

Евгений НЕБЫТОВ, врач-реаниматолог:

- Я считаю, выводы сделаны. Я по долгу службы бываю на многих массовых мероприятиях. Перед каждым проводятся совещания оперативных служб - «Скорой», милиции. После мероприятия снова обсуждаем, как все прошло, что в будущем можно сделать лучше.

Наталья НОВИКОВИЧ, домохозяйка, мама троих детей:

- Не сделаны выводы! И теперь на любом городском празднике половина людей пьяные, еле на ногах стоят. После «Немиги» я решила на все народные гулянья увозить детей из города, чтобы у них не было шанса попасть в эту толпу. Еще учу детей, что пить пиво, тем более в церковный праздник и под звон колоколов, - недопустимо.

Вадим САШУРИН, призер чемпионатов мира по биатлону:

- Я сомневаюсь, что такие ситуации можно спрогнозировать на перспективу. Но для себя можно сделать вывод, что надо держаться подальше от толпы и не поддаваться стадному инстинкту.

Виктория АЛЕШКО, певица:

- Безусловно, сделаны. Я думаю, что сейчас мы стали относиться друг к другу намного терпимее и внимательнее. По крайней мере, когда у нас происходят массовые мероприятия, люди помнят тот день.

Элеонора ЕЗЕРСКАЯ, светская львица:

- Для себя я сделала вывод - остерегаться толпы. Страшной и неуправляемой.

Максим, посетитель сайта KP.BY:

- Считаю, что при подобном стечении обстоятельств ситуация может повториться в точности.

Ирина, посетитель сайта KP.BY:

- Я считаю, выводы сделаны. Теперь на всех массовых мероприятиях СТОЛЬКО милиции, что можно ничего не бояться.

Минчанка, посетитель сайта KP.BY:

- Я не понимаю, почему в городе Минске нет официальных мероприятий по этому поводу? Почему никто из мэрии не возлагает цветы, не склоняет голову на этих ступеньках перед теле- и фотокамерами? Почему по радиостанциям не вспоминает никто ничего? В США вспоминают каждую годовщину падения двух башен. Мы что - другие люди?
08:14 30/05/2009




Loading...


загружаются комментарии