Генпрокуратура: В ближайшие два-три года перепрошивка телефонов станет невозможной

Об особенностях борьбы с проникновением на белорусский рынок "серых" мобильных телефонов и о перспективах внедрения новых способов борьбы в эфире Радио TUT.BY рассказал начальник отдела по надзору за дознанием в органах внутренних дел Генеральной прокуратуры Республики Беларусь Салауди Магамадов.

Генпрокуратура: В ближайшие два-три года перепрошивка телефонов станет невозможной
О каких нарушениях идет речь, когда говорят о "серых" телефонах? Собственно, корректно ли "серые" мобильные телефоны так называть?

Правильно будет называть их телефонами, ввезенными на территорию Республики Беларусь с нарушением законов, то есть в обход таможен, и реализация которых происходит тоже в нарушение закона, зачастую лицами, которые занимаются незарегистрированной предпринимательской деятельностью, связанной со сбытом этих телефонов.

Каким же образом ввозят эти контрабандные телефоны? Откуда их везут?

Давайте будем для удобства все же называть эти телефоны "серыми". Основной поток идет с юга, из Украины. Часть этих поставок идет с территории России. Как свидетельствуют материалы уголовных дел, телефоны возят из Украины через украино-российскую границу, а потом через российско-белорусскую границу они попадают к нам. Кроме того, телефоны поставляют не только в укомплектованном, товарном виде, но и в разобранном – в виде плат, запчастей, отдельно везут разобранные коробки, зарядные устройства, а собирают уже на белорусской территории. В разобранном виде телефон не считается товаром, так что провезти его через границу можно.

Кто чаще возит контрабанду: наши граждане или иностранцы?

Чаще всего это белорусы, которые занимаются этим нелегальным бизнесом. У них налажены связи с такими же нелегалами в Украине, в России, и по этим каналам эти телефоны и поступают. По имеющимся у нас материалам оперативных проверок, здесь четко распределены роли: провозом занимаются одни лица, сбытом другие. То же касается похищенными телефонами: похищают одни, перепрограммируют другие, продают третьи.

А как же их продают? В розничную торговлю, в магазины такие телефоны могут поступить?

Мы не исключаем такую возможность. Их продают в комиссионных магазинах, в интернет-магазинах, по объявлениям в Интернете и газетах объявлений от частных лиц. Ради интереса можно провести эксперимент. В объявлении указано, что человек продает свой телефон. Если позвонить ему, то может выясниться, что в наличии есть разные корпуса, разные модели, то есть продается по таким объявлениям явно не один телефон. Органы внутренних дел нами в этом плане ориентированы. Сейчас эта оперативная работа ведется более активно, более результативно. Только в отношении лиц, которые занимаются перепрограммированием телефонов, на сегодняшний день возбуждено уже четыре уголовных дела. А ответственность для них предусматривается – вплоть до лишения свободы. Некоторых лиц, которые занимаются перепрограммированием, это заставит более трезво смотреть на совершаемые ими деяния и, может быть, в последствии от них воздержаться. Кроме того, ведутся оперативные разработки в отношении лиц, которые ввозят контрабанду на территорию страны. Недели две-три назад на станции Шклов была задержана партия телефонов, ввозимых из России. Везли около сотни укомплектованных для продажи телефонов, с соответствующими документами. Здесь подключен весь блок правоохранительных органов: прокуратура, органы внутренних дел, Департамент финансовых расследований и таможни. Безусловно, такая комплексная работа дает свой результат. За пять месяцев текущего года, по сравнению с таким же периодом прошлого года, наблюдается снижение на 24 процента только хищений телефонов.

Можно ли посчитать, сколько нелегальных телефонов используются абонентами наших операторов сотовой связи?

Такие исследования проводились. Количество легально ввезенных телефонов, подключенных к мобильным сетям, составляет только 20-25 процентов. А нелегально телефоны ввозят большими партиями. Вы, наверное, помните недавние времена, когда лица, занимающиеся реализацией "серых" телефонов, спокойно занимались этой деятельностью на территории больших рынков. Сейчас этого уже нет. С другой стороны, коль уж я заговорил о комплексном подходе в решении этой проблемы, нужно сказать, что уже есть усилия операторов сотовой связи, с которыми органы внутренних дел находят взаимопонимание. Уже около четырех лет действует единая автоматизированная база учета данных о похищенных и утерянных телефонах. Суть этой базы заключаются в том, что органы внутренних дел на уровне УВД областей и ГУВД Мингорисполкома ежесуточно в автоматическом режиме отсылают данные о похищенных и потерянных телефонах операторам сотовой связи. Те, в свою очередь, в случае обнаружения у себя в сетях таких телефонов по IMEI-номерам, тут же сообщают об этом инициаторам запросов. Ну, а за этим уже следуют оперативные следственные мероприятия.

Но ведь не секрет, что, если уж украли телефон, перед продажей его перепрошивают, и по IMEI его уже найти довольно проблематично.

Такая сложность есть, но специалисты в этой области из Университета информатики и радиоэлектроники и из Академии наук заявляют, что все-таки возможность остается. Сейчас разрабатывается специальная методика для идентификации даже перепрошитых телефонов. Кроме того, все новые телефоны уже не так просто поддаются перепрограммированию – здесь уже потребуется вмешиваться в микросхемы. По оценкам специалистов, в ближайшие два-три года перепрошивка телефонов вообще станет невозможной.

А удалось ли договориться с операторами мобильной связи о внедрении за их счет дорогостоящего оборудования, которое будет определять у себя в сети и отключать нелегальные телефоны?

Диалог на эту тему продолжается. Речь идет об аппаратно-программном комплексе EIR, который позволяет обнаруживать в сетях "серые" и похищенные телефоны, а главное – в перспективе позволит отсеивать, не допускать в сеть телефоны с идентичными номерами. А у нас встречаются с одним IMEI-номером до десятков тысяч телефонов. Сейчас стоит вопрос о том, чтобы подвести под такое решение проблемы правовую базу. Проект соответствующего указа президента, который предусматривает совершенствование системы оборота всех телефонов в стране, пока что находится на доработке в Совете министров.

Будут ли в этом указе предусмотрены исключения, например, для иностранцев, приезжающих со своими трубками, или случаи, когда белорусы сами привозят себе из заграницы аппарат?

Все эти моменты в проекте учтены. Но основная задача – создать единую республиканскую базу данных, реестр IMEI-номеров всех ввозимых телефонов. Все, что не находится в этой базе, обслуживаться в сетях не будет. Кроме того, телефоны, которых нет в республиканской базе, будут запрещены к продаже.

А что будет с теми телефонами, которыми все мы пользуемся сегодня?

Есть различные варианты постепенной легализации этих телефонов. Одномоментно их никто отключать не будет. А тем тысячам телефонов, которые у нас значатся под одним IMEI-номером, будут присваиваться новые индивидуальные номера, чтобы не осталось никаких совпадений. И потом, ведь средний срок обращения мобильных телефонов – около двух лет. Абоненты постепенно заменят старые трубки на новые. И наша задача – как раз в том, чтобы эти новые не были "серыми".

Не кажется ли вам, что при введении таких мер, люди пересмотрят сроки обращения телефонов в сторону увеличения? Кто же станет торопиться сменить свой старый мобильный на новый, легально ввезенный, за который придется платить вдвое дороже?

У меня встречный вопрос. Кто позволит себе или своему ребенку пользоваться таким "серым" телефоном, собранным неизвестно где, в какой-то подпольной мастерской или мини-заводе, с нарушениями существующих технологий, с отсутствием контроля за безопасностью этого телефона, зная, что он может нести потенциальную опасность для здоровья человека?

Но ведь большинство "серых" телефонов абсолютно ничем не отличаются от "белых", кроме того, что "серые" были ввезены без уплаты пошлин и налогов…

Я не говорю обо всех "серых" телефонах. Но среди них есть немало потенциально опасных аппаратов. Об этом свидетельствуют исследования, которые недавно проводились российскими учеными-биологами. Если на одном IMEI-номере числятся, повторюсь, десятки тысяч разных телефонов, то в этом случае нет никаких сомнений в том, что это партия, произведенная подпольно, на конвейере, людьми, которые даже не удосужились присваивать каждому телефону индивидуальный номер.

Мы уже давно говорим об этой проблеме и пытаемся бороться с "серым" экспортом разными путями. А когда же, наконец, белорусский рынок будет избавлен от "серого" товара?

Белорусский рынок серым товаром насыщался не один год. Естественно, за месяц-другой нам не удастся решить эту проблему. Здесь нужен комплексный подход: с одной стороны – усилия блока правоохранительных органов; с другой – действия операторов сотовой связи, которые не допустили бы в свои сети такие телефоны; и с третьей стороны – действия самих пользователей этих телефонов. Ведь покупая телефон в официальном магазине, он может, в случае чего, прийти с претензиями к продавцу и требовать возмещения ущерба или замены телефона. Более того, телефон, купленный с рук, может оказаться в списке разыскиваемых, причем, даже не по краже, а по какому-то более серьезному преступлению. Зачем вам эти неприятности? Так что потребители тоже должны принять участие в процессе "обеления" рынка мобильных телефонов. Поверьте, все это делается не в ущерб нашим пользователям.
06:54 01/07/2009




Loading...


загружаются комментарии