«Я, может, и сорок штук женщин убил…»

ПАСЕ заступилась за убийц дрогичинских пенсионеров

«Я, может, и сорок штук женщин убил…»
Судебная коллегия по уголовным делам Брестского областного суда вынесла приговор в отношении лиц, признанных виновными в серийных убийствах пожилых людей в Дрогичинском районе. Тем самым была подведена черта под длительной (с января 2008 года) и скрупулезной работой правоохранительных органов. Предварительное следствие по этому делу длилось 11 месяцев, было допрошено около 200 человек, проведено порядка 30 экспертиз, просмотрены записи на десятках дисков, материалы следствия два месяца проходили проверку в суде, который начался 8 апреля. Суровый вердикт - смертная казнь для одного из убийц и пожизненное заключение для другого - не был неожиданностью.

Алексеевичи

Отправной точкой этого громкого уголовного дела стала трагедия, случившаяся в прошлом году в д. Алексеевичи Дрогичинского района. В начале января жители деревни готовились праздновать Рождество. 77-летняя Ольга Супрунович также собиралась печь пироги и поэтому попросила брата, живущего по соседству, купить в магазине дрожжи. Это было около 16 часов 4 января. А 5 января днем старушку обнаружили мертвой в собственном доме. Она лежала на полу окровавленным лицом вниз, с растрепанными волосами. Половик под ней также был в крови.

Возможно, и в этот раз все было бы списано на естественную смерть. Как свойственно большинству людей ее возраста, старушка часто жаловалась на головные боли и повышенное давление. Но дочке, которая приехала из Барановичей, все это показалось странным. К тому же на двери был сорван замок. Последовал звонок в милицию. Судебно-медицинская экспертиза установила, что причиной смерти стала механическая асфиксия (удушение).

Милиция, надо отдать ей должное, в этот раз сработала быстро и эффективно: уже 9 января был задержан первый подозреваемый в совершении убийства, а через неделю - второй. Они оказались жителями деревни Татарья этого же района, где компактно проживают цыгане. Признательные показания, которые дали подозреваемые, шокировали масштабом и цинизмом содеянного. Оказалось, что за ними тянется целый шлейф аналогичных убийств.
«Надо мне деньги…»

Подозреваемые не только жители одной деревни, но еще и свояки. Задержанный первым Василий Юзепчук приходится шурином (братом жены) второго преступника Сергея Гученко. Впоследствии суду придется устанавливать точные биографические сведения обоих представителей цыганской национальности: место и год рождения, отчество, семейное положение. Оба - уроженцы села Орехово Ратновского района Украины. Юзепчук - лицо без гражданства, не зарегистрирован по месту проживания в д. Татарья. Имеет несколько судимостей и два реальных срока в местах лишения свободы. Гученко является гражданином Украины. Оба состоят в гражданском браке и имеют по несколько детей. Никогда и нигде не работали. Средства к существованию? Пособия на детей, которое получали их гражданские жены, доходы от попрошайничества, иногда - рыбная ловля и «звероловство» (в пищу шли… ежи). А еще - воровство. Один из сроков Юзепчук заработал на воровстве кур.

Куры, ежи - и человеческая жизнь… Перейти эту грань получеловекам оказалось легко.

Жительницу д. Бродок Анну Христюк, как и других своих жертв, Юзепчук знал хорошо: бабушка жила одна, как и все старики, откладывала деньги на похороны. Сердобольная старушка, к которой он не раз до этого заходил, давала поесть.

Из протокола допроса:

Следователь: «Как вы совершили убийство?»

Юзепчук: «Я был в том доме. Сидел, сидел, сидел, задумался: «Надо мне деньги». Потом пошел до швагра. Он сразу немного сомневался. Я стал доказывать ему, и он согласился. Сели на два велосипеда, поехали в Бродок. Поставили велосипеды в кустах и пошли. Я посмотрел в окно, кто там есть из мужчин, выломал его. Швагро влез, открыл мне двери. Я зашел в сени, выломал кухонные двери. Ну и все. Сразу говорю: «Бабка, дай деньги!» Она - нет. Я за рот, и мы ее сразу на пол повалили, и задавил. Ну и все. Бабку взял за сердце, а сердце не работает. Потом пошли мы к шкафу, открыли, и я на верхней полке нашел там деньги 1 500 000 белорусских рублей. Потом пошел на кухню, полез в холодильник, взял кур, 2 стегна, сосиски, сардельки, корзину, лук, белые семечки. И все, мы собрались и пошли. Сели на велосипеды, доехали до деревни Суботы до мостика, деньгами поделились, закурили и поехали домой».

Печальный список

Пигасы, Алексеевичи, Деревная, Бродок, Именин… В этом печальном списке пять деревень Дрогичинского района и шесть одиноко проживавших старых женщин, убийства которых Юзепчуком и Гученко суд посчитал доказанными. Сколько их на само деле?.. Сами преступники неоднократно меняли показания: то признавали свою вину, то вдруг начинали все отрицать. На первых порах Юзепчук - явный лидер в этой связке - вел себя с некоторой бравадой, просил у следователей закурить и ругался нецензурными словами. Волосы дыбом встают от его признаний. «Я, может, и сорок штук женщин убил, покамест я своих показаний не давал, сколько их у меня есть».

Не обремененные интеллектом преступники старались делать так, чтобы совершенные ими убийства походили на естественную смерть. Юзепчук зажимал рот и нос жертвы руками или полотенцем, а его пособник держал женщин за ноги, пресекая сопротивление. Затем жертву переворачивали лицом вниз: как будто старушке внезапно стало плохо, и она упала. Уверовавшие в свою безнаказанность, часто они оставляли явные следы насилия. К сожалению, медицинские работники не обращали на это внимания. Если бы фельдшер, выдавший свидетельство о смерти первой из жертв - Любови Малайчук из деревни Деревная - в ноябре 2007 года, не сделал этого без результатов вскрытия, оказался бы очевидным насильственный характер ее смерти. В этом случае других жертв могло не быть…

Для того чтобы правосудие свершилось, было принято решение об эксгумации трупов пяти из шести женщин, предположительно убитых Юзепчуком и Гученко с ноября 2007 по январь 2008 года. Судебно-медицинские экспертизы объективно подтвердили показания преступников о способе убийства потерпевших.

Как установило следствие, двух старушек Юзепчук убил сам, а четырех они отправили на тот свет вместе с Гученко. Денег, которые они находили в нехитрых тайниках пенсионерок, им хватало недели на две. Таким в большинстве случаев был интервал между преступлениями.

Сигнал, который не захотели услышать

Как стало возможным совершение на протяжении длительного времени серии однотипных убийств, которые по жестокости и цинизму трудно с чем-нибудь сравнить? Доля ответственности за это ложится на сотрудников правоохранительных органов. Об этом недвусмысленно говорится и в представлении руководству УВД Брестского облисполкома по результатам расследования Генпрокуратурой данного уголовного дела.

Почему Юзепчук и Гученко, которые нигде не работали и вели разгульный образ жизни - приобретали дорогостоящие товары, покупали в больших количествах спиртное, разъезжали на такси, - не попали в поле зрения милиции? Свидетелями их поведения были жители д. Татарья, таксисты и продавцы магазинов. О кровавом происхождении денег знали родственники убийц. Но дрогичинская милиция не проявляла интереса даже к лицу без гражданства и регистрации, дважды судимому Юзепчуку. И это еще не все…

Был «звонок», который сотрудники местного РОВД просто не могли не услышать.

12 октября 2007 года в Дрогичинский РОВД поступило заявление жительницы д. Деревная Лидии Малайчук о том, что неизвестный преступник похитил у нее деньги - 500 долларов и 800 тысяч белорусских рублей. Было возбуждено уголовное дело. Но под давлением зам. начальника РОВД бывший прокурор района отменил постановление о возбуждении уголовного дела. На заявительницу и ее сестру Любовь Малайчук, также проживавшую в Деревной, было оказано психологическое давление. Их запугали и заставили дать объяснения: якобы деньги у Малайчук взяла родная сестра.

Впоследствии обе сестры оказались в числе жертв, а Юзепчук признался, что до совершения убийства неоднократно похищал разные суммы денег у Лидии Малайчук в ее отсутствие.

После произошедшего надлежащие выводы сделаны как в Министерстве внутренних дел, так и в Министерстве здравоохранения, виновные понесли заслуженное наказание. Только вот цена «ненадлежащего выполнения служебных обязанностей» оказалась слишком высокой.

Возмездие

Выступление в суде государственного обвинителя, начальника отдела областной прокуратуры Натальи Васерчук было не только убедительным, но и достаточно эмоциональным:

«Разве можно назвать людьми тех, кто совершает насилие в отношении женщин, которые по возрасту годятся тебе в бабушки, которые пережили тяжелые годы войны и послевоенной разрухи, которые всю жизнь честно трудились, родили и воспитали детей?! Те нелюди, которые присвоили себе право распоряжаться жизнью других, должны понести заслуженное наказание по всей строгости закона».

А еще прокурор Н. Васерчук напомнила известное изречение о том, что неуважение к предкам есть первый признак безнравственности, и высказала пожелание всем детям, имеющим престарелых родителей, уделять им больше внимания и заботы, чтобы эти старики были им действительно дороги не на словах, а на деле.

Определяя меру наказания подсудимым и квалификацию совершенных преступлений, суд в целом (с незначительными поправками) согласился с позицией гособвинителя. 29 июня коллегия по уголовным делам Брестского областного суда под председательством Михаила Мохора вынесла приговор. 30-летний Василий Юзепчук по совокупности преступлений (разбой и убийства, сопряженные с разбоем, совершенные организованной группой лиц) приговорен к исключительной мере наказания - смертной казни. 28-летнему Сергею Гученко определено наказание в виде пожизненного заключения в исправительной колонии в условиях особого режима.

Осужденным разъяснено, что в течение 10 дней с момента получения копии приговора они могут обжаловать его в Верховном суде. Приговоренный к исключительной мере наказания имеет право обратиться к президенту с просьбой о помиловании.

***

В Беларуси уже в ближайшее время может быть введен мораторий на смертную казнь. Это считается необходимым условием интеграции страны в европейское сообщество. В последние годы уже наметилась четкая тенденция сокращения количества осужденных к исключительной мере наказания. Если в конце 1990-х годов в стране в год выносилось от 30 до 40 смертных приговоров, то, к примеру, в 2008 году их было всего два. В Брестской области исключительная мера последний раз была назначена в октябре 2005 года преступнику, виновному в смерти беременной женщины – продавца одного из магазинов г. Ивацевичи.
Европа уже призвала белорусские власти отменить смертный приговор убийце дрогичинских пенсионеров.
10:27 05/07/2009




Loading...


загружаются комментарии