"Песняр" Игорь Свечкин: "Фальшивые "Песняры" не знают белорусского языка"

Последний скандал с якобы "фальшивыми" "Песнярами" Свечкина показал: либо все "Песняры" фальшивые, либо все они — настоящие. "Еврорадио" решило дать слово возмутителям спокойствия и поговорить с директором российских "Песняров" Игорем Свечкиным — пусть сами объясняют, кто из них Мулявину ближе.

"Песняр" Игорь Свечкин: "Фальшивые "Песняры" не знают белорусского языка"
- Как Вы сами оказались в "Песнярах"?
Игорь Свечкин: Я пришёл 1-го сентября 1992 года. В то время в "Песняры" попасть было очень тяжело, и Мулявин пригласил меня на должность администратора коллектива через мою знакомую после одного из "Славянских базаров". Естественно, тогда существовал один ансамбль.
- И когда музыканты решили разделиться?
Игорь Свечкин: В 1998 году начал назревать конфликт. Так получилось, что в конце 98-го года за Мулявиным оставили только должность художественного руководителя, а Влад Мисевич, который к тому времени ушёл на пенсию, был назначен директором.
В то время министром культуры ещё был Сосновский Александр Владимирович. Вот он и сказал: будет это разделение. Мулявин ничего в этом не понимает, пускай он руководит только художественным процессом, а остальными вопросами занимается Мисевич.
Начались трения в коллективе. И Мулявин сказал: "Я так не могу: если ребята будут работать с Мисевичем — давай набирать новых людей. У нас ещё студия "Лявоны" есть: Павел Заяц, Сергей Медведев, Олег Устинович, Олег Молчан, Аркадий Ивановский".
И вот с этими музыкантами мы начали создавать свою группу. В одном коллективе "Государственный ансамбль "Песняры" получилось два состава. В 1998 году вернулся Валерий Дайнеко. А к Мисевичу ушли Игорь Пеня, Владимир Марусич, Александр Катиков и Олег Аверин.
- Но позже Мулявина восстановили в должности.
Игорь Свечкин: Да. Этот факт всколыхнул всю общественность Москвы. Эсамбаев, Пахмутова, Добронравов, Кобзон, Пугачёва, Ротару и многие другие, возмущенные отстранением Мулявина, написали длинное письмо от концертного зала "Россия" Президенту Беларуси. У меня оно хранится до сих пор.
Тогда Президент вызвал Владимира Мулявина и Александра Сосновского к себе, выяснил все обстоятельства по этому факту и своим приказом освободил Сосновского от занимаемой должности министра культуры, а Мулявина восстановили в должности "директор-художественный руководитель ансамбля "Песняры".
И в том же 1998 году Мисевич со своими ребятами-музыкантами отъединились от Владимира Мулявина и уехали в Москву.
"Мы просто успели, сориентировались и зарегистрировали имя"
- Вы зарегистрировали название и поёте репертуар Мулявина. "Белорусские песняры" тоже имеют на это право?
Игорь Свечкин: 18 декабря 1998 года мы с Мулявиным подали запрос в министерство юстиции Республики Беларусь: имеет ли право ансамбль Мисевича называться "Белорусские песняры". И получили ответ: группа не нарушает авторских и смежных прав.
Вот и получилось, что мы с "Лявонами" плюс Олег Молчан, Аркадий Ивановский начали создавать новую программу. Затем к нам пришёл Вадим Косенко из оркестра Финберга и Валерий Скорожонок. Мулявин внутренним приказом назначил меня заместителем директора по концертно-финансовой и хозяйственной деятельности. То есть право подписи имели я и Мулявин.
- Как удалось вернуть "Песнярам" Борткевича и Кашепарова?
Игорь Свечкин: В 2000 году с этой целью Мулявин полетел в Америку. В том же году Леонид Борткевич прилетел на «Золотой шлягер» и этим составом мы работали до 2003 года. Пусть и существовало два коллектива, но все было хорошо, пока Мулявин не попал в автокатастрофу. И началось, как Мулявин умер...
Тогда министром культуры был Леонид Гуляко. Он меня вызвал и говорит: "Игорь, что происходит? Сейчас ансамбль остался без руководителя, соответственно Вы — исполняющий обязанности. Не успели похоронить Мулявина, прошло два дня, а ко мне уже приходят люди из вашего коллектива и претендуют на должность художественного руководителя. Вы разберитесь".
Когда я спросил у ребят, кто ходил к министру, никто не признался. И всё улеглось. Валерий Скорожонок уже не ходил даже на репетиции, и я пригласил в команду Владимира Стамати из Украины. У Владимира шикарный голос. Он в начале 80-х пел в "Верасах", потом пытался попасть в "Песняры", но в те времена у нас был стабильный состав.
Уже со Стамати мы записали "Нарочь" и "Реквием" в память Мулявину.
В 2003 году мы съездили на "Славянский базар" и ушли в отпуск. А когда вернулись — узнали о назначении Валерия Скорожонка художественным руководителем и директором ансамбля "Песняры". Для всех нас — и музыкантов, и технического персонала — это был шок, удар. Мы посчитали, что он присвоил себе чужое, проработав с Мулявиным без году неделю. И все мы, 23 человека, написали заявления об увольнении.
После увольнения мы уехали в Москву. Там мы с Леонидом Борткевичем нашли по знакомству юридический адрес и на фирму "Адмирал" мы подали заявку в Роспатент — зарегистрировали ООО "Песняры". В 2004 году нам уже дали Женевский патент. Нас трое учредителей: Леонид Борткевич, Дмитрий Кирьянов и я, Игорь Свечкин. Патент действует до 19 сентября 2013-го года.
Когда теперь мне говорят, кто такой Свечкин и что, мол, у меня работают какие-то непонятные люди... Так все мои музыканты работали с Мулявиным!
- Этот патент даёт вам право выпускать диски?
Игорь Свечкин: И альбомы выпускать, и заниматься концертной деятельностью. Нам дополнительно к патенту из Женевы пришла бумага, по которой мы имеем право выступать по территории СНГ и в странах Балтии.
- Как в "Песнярах" появился Вячеслав Шарапов?
Игорь Свечкин: Когда-то Вячеслав Шарапов написал несколько песен для "Песняров", делал аранжировки. Скорожонок просил меня взять Вячеслава Шарапова в коллектив. Я же хотел услышать мнение Мулявина. К сожалению, Владимиру Георгиевичу тогда уже было тяжело принять такое решение, и он предоставил выбор мне. Я хотел взять Олега Молчана, который сделал для нас много аранжировок в те годы (на песни "Молитва", "Гуси", "Кума"), но послушал Скорожонка, и мы вязли Вячеслава Шарапова. Мулявин его пару раз видел.
Потом неведомым мне образом Сторожонок и Шарапов "поменялись" ролями, и уже Шарапов набрал молодой состав государственного ансамбля "Песняры".
"В Беларусь я не лезу — есть государственный ансамбль"
- Кто сегодня работает в "Песнярах" с Вами?
Игорь Свечкин: Александр Виславский — композитор, аранжировщик, клавишник (в "Песнярах" Мулявина работал с 1985 по 1990 год);
Владимир Марусич — вокал, барабаны (работал в1992-1998 годах, затем ушёл с Мисевичем и Дайнеко в "Белорусские песняры" и год назад вернулся к нам);
Павел Заяц — бас-гитара, вокал, ударные (работал в студии "Лявоны" с 1994 по 1999);
Владимир Стамати — вокал. Он — единственный человек, кто не успел поработать с Мулявиным;
Виктор Молчанов — гитара, вокал (работал с 1993 по 1998 годы). Во время первых "разборок" в "Песнярах" Мулявина он уехал в Америку.
Вот видите, "левых" здесь нет. И вообще, я не понимаю в чём проблема: в Беларусь я не лезу — есть государственный ансамбль. Я проработал 11 лет с Мулявиным, бок о бок. А с "Песнярами" в общей сложности уже 17 лет. Музыканты только на репетиции и на концерты приезжали, а я решал все административные вопросы. Памятник при жизни надо поставить!
- Где сейчас первый исполнитель "Вологды"? Почему не удалось вернуть Кашепарова?
Игорь Свечкин: Толя приехал из Штатов и пошёл в государственный ансамбль. И так получилось, что как-то я пригласил его выступить с нами в Одессе. Он согласился. Шарапов узнал об этом и произошёл скандал.
Ну что тут такого? Хотел человек заработать копейку. После этого Анатолий расторг с ними контракт, пришёл ко мне и сказал: "Я — свободный человек и не могу быть под кем-то. Я хочу выступать с теми, с кем я хочу и когда хочу". И снова уехал в Америку.
Я слышал, что в октябре-ноябре он может опять вернуться. Таких людей, как Борткевич и Кашепаров, надо беречь. Я бы давно взял Анатолия к себе в коллектив, но он постоянно в разъездах между Америкой и Беларусью.
"Государственный ансамбль я бы назвал кавер-бэндом"
- Поддерживаете ли вы отношения с остальными "Песнярами". С Дайнеко или теми же Скорожонком, Шараповым?
Игорь Свечкин: С "Белорусскими песнярами" у нас хорошие отношения, у каждого свой хлеб. С государственным ансамблем — нет. Принципиально. Может эти ребята и достойно поют, я не знаю. Но это то же самое, что набрать новых музыкантов в  "Роллинг Стоунз" и  сказать — вот это "Роллинг Стоунз", приходите на концерты.
Почему нет? Потому что абсурд. У них нет духа песняровского. Как бы они ни пели, сколько бы песен хороших для них ни написали — дух "Песняров" есть только у тех, кто работал с Мулявиным. Государственный ансамбль я бы назвал кавер-бэндом — хорошо исполняют песни "Песняров", не более того.
- Если вы не пересекаетесь в "гастрольных территориях", откуда тогда эти склоки между разными составами "Песняров"?
Игорь Свечкин: У нас своя кухня, а у белорусских государственных "Песняров" своя. Пусть проедутся по Беларуси с гастролями — это же не зазорно. Украина тоже большая, и везде мои "Песняры" не успевают. Но ведь мы ездим официально!
Года два назад на нашем концерте в Трускавце был министр культуры Владимир Матвейчук. После выступления подошёл и поблагодарил всех ребят за достойный вклад в белорусскую культуру и творчество "Песняров".
Так что зря Вячеслав Шарапов разводит какие-то страсти. Ну что делать? Существует 3-4 коллектива "Лейся, песня", то же с ансамблями "Синяя птица", "Весёлые ребята". Да, очень много музыкантов попыталось петь под видом "Песняров". Но мы просто успели, сориентировались и зарегистрировали имя.
- То есть вы знаете, что по России гастролируют ещё три или четыре коллектива "Песняров"?
Игорь Свечкин: Вот это самое обидное. То, что у них нет регистрации — это одно. А вот то, что эти люди даже белорусского языка не знают — это серьёзнее. Как они могут петь элементарно "Касіў Ясь канюшыну"?
А как их запретить? Где ловить? Мы иногда отправляем нашего юриста на концерты лже-"Песняров". Однажды удалось таких найти — их арестовали прямо на месте.
Вот за "Белорусских песняров" я двумя руками. Это глыба!
- А "Песняры" Шарапова, приехав с концертом в Россию, нарушат закон?
Игорь Свечкин: В Россию, на Украину они имеют право приезжать на Дни культуры Республики Беларусь. Как мы когда-то с Мулявиным ездили. Например, Дни культуры Республики Беларусь в Мурманской области. И "Песняры" обязательно должны быть в гала-концерте! Хотя бы тремя песнями, но нужно было завершить праздник.
Если я понимаю правильно — по их патенту они должны выполнять плановые концерты в Беларуси. Я не понимаю, почему они не ездят по Беларуси, а вот в Россию их тянет. Увидели нас в Туле, скандал подняли... Мы на эти концерты имеем право! Повторюсь: я же в Беларусь не лезу.
"У вас же там "Песняры" не одни, дайте телефончик..."
- Если есть несколько коллективов — наверняка есть и казусы с "накладками" концертов?
Игорь Свечкин: Однажды у меня было подобный случай. На одну и ту же дату нас пригласили в три города России сразу. Везде "Песняры" нужны! Я дал добро одним, тогда остальные мне сказали: "У вас же там "Песняры" не одни, дайте телефончик...". Видите, какой фронт работы? Только работайте! Если по-хорошему.
- О "многоликих" "Песнярах" и скандале с концертом в Туле написали все СМИ, почему Вы не пытались ничего объяснить, опровергнуть?
Игорь Свечкин: Я от Мулявина этому научился, когда в конце 90-х "Белорусские песняры" писали разные гадости в прессе, травили Мулявина, что он пьяница, который не выходит из запоев.
Как бы там ни было — это не их дело. Мне неприятно вспоминать, как порой грязь друг на друга лили. Каким бы ни был Владимир Георгиевич — все они с ним работали, и именно он "сделал" всех ребят. Они должны быть благодарны, что в своё время попали в этот ансамбль и работали с ним.
А когда в Минске открывали памятник Мулявину — все собрались, как ни в чём не бывало, и сейчас все говорят о нём хорошо. Надо было его при жизни ценить, а не после смерти. К сожалению.
Вячеславу Шарапову не надо эти сплетни распускать сейчас. Он сам с Мулявиным практически не был и не знал его толком. Я бы на его месте лучше работал и творил.
- Какие песни на ваших концертах принимают лучше всего?
Игорь Свечкин: Есть хорошие новые песни, но зритель всё равно требует "Беловежскую пущу", "Вологду", "Александрыну", "Алесю", "Касіў Ясь канюшыну", "Дорогой длинною", "Берёзовый сок". Без этих песен мы никуда!
То есть во время концерта мы показываем 3-4 новые песни, такие как "Нарочь" или "Реквием", но всё равно во время антрактов люди спрашивают: "А будет ли "За полчаса до весны" и "Наши любимые"?
Ну, как без них? Конечно, исполняем.
08:13 19/08/2009




Loading...


загружаются комментарии