День, когда плакал Позняк

19 сентября 1991 года Верховный Совет Беларуси придал Бело-Красно-Белому Флагу и гербу "Погоня" статус государственных символов. О том, как это происходило и что этому событию предшествовало рассказывает Сергей Наумчик.

День, когда плакал Позняк
- 24 августа 1991 года, перед началом созванной по  требованию Оппозиции БНФ чрезвычайной  сессии, мы собрались в комнате оппозиции на третьем этаже Дома правительства. Интересно, что мои коллеги, депутаты-фронтовцы, с трудом припоминают детали двух предыдущих дней - 22-е и 23-е августа, после провала ГКЧП и перед сессией. В моей памяти также эти два дня (и ночь) слились в одно - мы провели их в комнате оппозиции. Готовили проекты документов относительно придания Декларации о суверенитете статуса конституционной силы, создания институтов независимого государства, запрета КПБ-КПСС.
Когда настало время  идти на сессию, Галина Семдянова взяла Бело-Красно-Белый Флаг. Она пронесла его через коридор третьего этажа, потом по коридору второго этажа около кабинета председателя ВС Дементея- к фойе перед Овальным залом. Позняк попросил передать флаг Валентину Голубеву, и Валентин поставил его рядом с флагом БССР.
Позняк подошел к микрофону: "Уважаемый Президиум, просьба от депутатов Оппозиции Белорусского Народного Фронта прикрепить рядом с государственным флагом Белорусской ССР национальный флаг Беларуси. Право на это нам дает наша история и Декларация о государственном суверенитете Республики".
Стоит сказать, что  большинство коммунистов приехали на сессию перепуганными - еще несколько дней назад их штаб, ЦК КПБ, поддержал антиконституционный ГКЧП, на собраниях открыто требовали выгнать парткомы с предприятий, запретить компартию. Но тут некоторые мгновенно повскакивали с мест - "Непорядок! Зачем этот флаг?". Дементей поставил вопрос на голосование - только 107 депутатов проголосовали "за" (нужно было 173).
Возникла опасность психологической победы коммунистов, что могло фатально отразиться и на вопросах о Независимости; Голубев вынес флаг со сцены и поставил его в "минским" секторе. Позняк сразу потребовал, чтобы Дементей, который "поддержал хунту", не вел сессию, а передал это право своему первому заместителю Шушкевичу.
Сессия пошла по нашему сценарию.
Потом бело-красно-белый флаг был возвращен на сцену, а назавтра Беларуси была возвращена Независимость.
На второй день сессии произошел эпизод, который, по-видимому, и стал поводом мифа, что якобы Лукашенко внес в Овальный зал ВС Бело-Красно-Белый Флаг (а некоторые журналисты еще пишут - "первым внес"). Еще перед сессией БНФ призывал людей прийти на площадь перед Домом правительства, чтобы поддержать депутатскую оппозицию. Собралось несколько десятков тысяч человек, над которыми реяли сотни Бело-Красно-Белых Флагов. В перерыве заседания, возвращаясь из отеля "Минск", космонавт Владимир Коваленок взял у кого-то на площади национальный флаг и принес его в Овальный зал. Вместе с Коваленком шли Инесса Дробышевская (министр здравоохранения в первом лукашенковском правительстве, позже - "сенатор") и Александр Лукашенко.
В годы депутатства  Лукашенко не то что не высказывал симпатий к национальным символам - он их открыто презирал. Не помню, чтобы он носил депутатский бело-красно-белый значок, который выдали каждому депутату в начале 1992 года. Зато сразу с 1993 года на его пиджаке был старый значок с "бессеровским" зелено-красным флагом - это хорошо видно и на фотоснимках периода президентской кампании 1994 г. Так что когда некоторые бывшие сподвижники Лукашенко говорят, что смена символики в 1995 году для них была неожиданностью, они лукавят.
Каждый голос был  решающим
В сентябре 91-ого открылась следующая сессия, и Оппозиция БНФ вынесла на повестку дня вопрос о придании "Погони" и Бело-Красно-Белому Флагу статуса государственных символов.
Эталон Флага и Герба по просьбе Позняка разработал художник Евгений Кулик, ему помогали Владимир Крюковский, Леон Бартлов и Николай Купава.
В фойе перед Овальным залом мы разместили стенды про историю национальных символов - для большинства депутатов эта информация была открытием.
Как раз 19 сентября по приглашению ВС Молдовы мы с депутатом Михаилом Слемневым должны были лететь в Кишинев на выборы в качестве наблюдателей. Но утром я сказал жене, что никуда, скорее всего, не полечу - так как навряд ли успеем проголосовать до вылета. Перед заседанием пошел к Шушкевичу, и в его приемной встретил Слемнева. Он тоже решил отказаться от поездки. Аргумент был один - мы не простим себе, если наших голосов не хватит. Шушкевич согласился.
По правде, мне казалось, что голосов должно хватить - просто не хотелось пропустить такое историческое заседание. Но ситуация оказалась более драматической, чем представлялась в начале.
За три недели, которые  прошли от предыдущей сессии, депутаты коммунистических убеждений отошли от послепутчевского шока и начали готовиться к реваншу. Центром политической силы номенклатуры после ликвидации ЦК КПБ делался Совмин (напомню, что в те дни Кебич конкурировал с Шушкевичем за должность председателя ВС). Кебич тогда не выступал против национальных символов, но и не поддерживал их (возможно, он хотел втянуть нас в торговлю: он поддерживает Флаг и "Погоню", а мы - его).
Многие депутаты сомневались. Очень положительно повлияли на настроение зала выступления президента Академии Наук Владимира Платонова и особенно - Георгия Таразевича. В тот момент он был членом Президиума ВС СССР, за полтора года перед этим - председателем Президиума ВС БССР, а до этого - мэром Минска. Номенклатура воспринимала его как "своего" и верила ему.
Действительно, Флаг и Герб были приняты "голос в голос" - если хотя бы одного не хватило, вопрос пришлось бы отложить, возможно, до следующей сессии (уже на следующий день некоторые депутаты коммунистических убеждений пробовали оспорить решение). Конечно, каждый из депутатов, которые голосовали "за", может абсолютно справедливо считать именно свой голос "решающим".
И все же, был один голос, который действительно определил  итоги голосования.
Вот как об этом вспоминает Зенон Позняк: "Перед голосованием я подошел к одному депутату-ветерану из Минска, взял его за руку и сказал: "Мы с Вами разных политических взглядов, но и Вы, и я - белорусы. Мы должны работать ради Беларуси. Пожалуйста, проголосуйте за Герб и Флаг. Я Вас очень прошу". Он помолчал, а потом ответил: "Хорошо. Я Вам обещаю, что проголосую". И действительно, проголосовал".
Тем депутатом был  Михаил Жуковский - бывший заместитель председателя минского горисполкома, на тот момент - председатель Комиссии по делам ветеранов и член Президиума ВС. И до этого, и после этого, и как "простой" депутат, и как член Президиума Жуковский голосовал совсем не так, как голосовали демократические депутаты. Но в тот исторический день он действительно поддержал Беларусь.
За двадцать лет  знакомства с Позняком я только однажды видел на его глазах слезы - вечером 19 сентября 1991 года, когда на табло высветилось число положительного решения, и национальные символы приобрели статус государственных.
…Когда-нибудь мы узнаем имя депутата, который внесет Бело-Красно-Белый Флаг в парламент освобожденной от диктатуры Беларуси. Возможно, это будет кто-то из сегодняшних молодых людей, которых избивают, арестовывают и штрафуют за вывешивание национального символа на улицах наших городов.
09:04 22/09/2009




Loading...


загружаются комментарии