Радионенко: как из меня сделали коррупционера

Несколько месяцев назад вышел на свободу бывший главный архитектор Барановичей Анатолий Радионенко. Его «дело» было одним из самых громких за всю историю города. За покушение на получение взятки архитектор был приговорен к шести с половиной годам лишения свободы.

Вернувшись с зоны, Анатолий Радионенко рассказал «Салідарнасці» откуда в Беларуси берутся коррупционеры, как КГБ готовил операцию по его аресту и за что его лишили свободы.

В марте 2006 года начальник управления архитектуры и градостроительства Барановичского горисполкома Анатолий Радионенко был задержан сотрудниками КГБ возле своего гаража после передачи ему старым знакомым 5 000 фальшивых долларов США. В конце 2006 года суд признал Радионенко виновным в покушении на получение взятки за благоприятное решение вопроса, входившего в его компетенцию. Как следует из приговора, взятку архитектору через его знакомого пытался дать гражданин, которому Радионенко содействовал в предоставлении земельного участка для строительства промтоварного магазина. Но, передумав, гражданин обратился за помощью в КГБ. Суд приговорил главного архитектора города к шести с половиной годам лишения свободы.
Отсидев три с половиной года, достигнувший пенсионного возраста архитектор был условно-досрочно освобожден. Корреспондент «Салідарнасці» встретился с Анатолием Радионенко по его инициативе. На протяжении всей беседы чувствовалось, что в нем говорит сильная обида.

– Начну с того, что еще задолго до ареста из-за своего характера я стал неугодным городским властям. Не единожды мне давали выговоры (в основном связанные с просроченными ответами моих сотрудников на обращения граждан), дважды меня пытались незаконно уволить, но я восстанавливался через суд.

Почему я был неугоден? Приведу такой пример. Вернулся я как-то из отпуска, и мне принесли на подпись принятые без меня горисполкомом решения. Среди них решение выделить участки на стройку трех коттеджей в районе Третьяки.

Меня это заинтересовало: я-то знал, что там нет возможности выделить даже одного участка. Оказалось, что участки выделили на территории военной части!

Это решение я, естественно, не подписал. Такой строптивый архитектор им не нравился.

– Как началась история, завершившаяся тем, что вас задержали с фальшивыми долларами?

– Думаю, последней каплей, переполнившей чашу терпения моих недоброжелателей, стала ситуация с постройкой новых 14 павильонов возле автовокзала. Осенью 2005 года мне позвонил знакомый предприниматель и стал возмущаться: мой ларек сносят (ларьки сносили за антиархитектурный вид), а с другой стороны вокзала начали строиться торговые павильоны!

Я сначала не поверил. Но когда приехал на вокзал, мне стало дурно: фундамент был уже залит, в него действительно уже был вмонтирован каркас 14 павильонов. От такой наглости я обалдел: самовольное строительство в центре города!

Стал стучать во все колокола, директору автовокзала выписали штраф, но стройка продолжалась. Наконец мне сообщили, что на горисполком готовится решение об узаконивании строительства этих павильонов.

Я ответил, что этому не бывать – это же нарушение всех норм и правил, объект имеет антиархитектурный образ. Вокзал – лицо города, а тут консервные банки ставят!

Мне позвонил мэр города: мол, нужно решать вопрос положительно.

Акт выбора участка я все же подписал. Выбор у меня был небольшой: подпишешь – будут говорить, что ты поимел что-то с этого объекта; не подпишешь – пойдешь против администрации города. А это означало, что мне могли не продлить контракт: нас, всех чиновников, держат на коротком поводке.

– Серьезно? Это во всех горисполкомах такая практика?
– В Барановичском горисполкоме контракт продлевается каждый год. Как в остальных – не знаю.

Ну вот, мне остается несколько лет до пенсии, а со мной могут расправиться. При этом я понимаю, что автовокзал очень мал: он рассчитан на 100 тысяч человек, а в Барановичах скоро будет 200. А я, как архитектор, должен был думать о перспективе.

Чтобы хоть как-то очистить совесть, я написал к постройке павильонов архитектурные требования (после они, конечно, исполнены не были). Видимо, наверху поняли, что я буду упираться до последнего и решили меня растоптать. А заодно отвести глаза людей от своих сомнительных решений.

– С помощью взятки?

– Они поняли, что взятку я не возьму. Думаю, поэтому было решено подключить КГБ, которому нужно было показать в Барановичах видимость своей работы. И вот что они сделали.

У меня был один старый знакомый, с которым мы дружили более 15 лет. Как-то звонит он мне и говорит: в Барановичи приезжает какой-то богатый немецкий предприниматель, хочет построить здесь торговый объект. Меня попросили разместить в авиагородке магазин.

Этот «немецкий предприниматель» на самом деле был местным. Видимо, по заданию КГБ он вышел на моего друга и начал его «разрабатывать».

И тут, наверное, выяснился такой момент: у моего знакомого была строительная бригада, и фактически он занимался незаконной предпринимательской деятельностью. Предполагаю, что на его надавили: или сдаешь своего друга – главного архитектора города, или садишься в тюрьму. Он, наверное, выбрал первое.

И вот в середине февраля 2006 года этот провокатор с моим другом зашли ко мне в кабинет. Я предложил написать им заявление на строительство магазина. Заявление от имени этого «предпринимателя» написал другой человек. Управление архитектуры подготовило необходимые документы на горисполком, и горисполком коллегиально (!) принял решение о предварительном согласовании места размещения магазина.

Особо обращаю ваше внимание, что данное решение предоставлением земельного участка считать нельзя! Это, во-первых. А во-вторых, в мою компетенцию, как главного архитектора города, отвод участка под строительство и не входил. Несмотря на это, в приговоре написали, что мне давали взятку за оказание помощи в предоставлении земельного участка!

– Как проходил заключительный этап операции по вашему аресту?

– 30 марта 2006 года, через несколько дней после предварительного согласования горисполкомом места размещения магазина в авиагородке, мне позвонил мой старый знакомый и сказал: «Нам нужно встретиться. Это в твоих интересах». (За несколько месяцев до этого я просил у него одолжить две тысячи долларов – на памятник отцу. После он дал мне тысячу).

Возле горисполкома знакомый подсел ко мне в машину и сказал: клиент дал мне 5 тысяч долларов на приобретение стройматериалов, этой пятеркой мы можем вдвоем попользоваться до осени.

Разговаривая, мы приехали ко мне в гараж – мне нужно было заправиться. Знакомый достал из кармана деньги. Как сейчас помню, внутренний голос мне говорит: не бери. Но в тоже время я думаю: друг старается мне помочь, если я откажусь, может обидеться. Я взял доллары в руки…

– Минуточку. Вот вам дают деньги «попользоваться». Вы ж должны были понимать, что таким образом «немецкий предприниматель» через друга дает вам взятку.

– О «немце» и речи не было! Знакомый не сказал, кто ему деньги дал. Если бы я знал, что деньги от «немецкого предпринимателя», я, конечно, их бы не взял.

– Хорошо. Но что значит «попользоваться»?

– Значит, взять из этой суммы часть денег и вернуть в указанное время.

– Но в любом случае это обозначает, что вам дают взятку! Вы что думали – деньги просто так могут дать для «пользования»?

– Я повторяю: мне не за что было нести взятку. Лично я не мог принять для кого-либо юридически значимые решения. Предлагаемые деньги я воспринимал не как знак благодарности от кого-то, а как желание старого знакомого помочь мне…

Когда я взял доллары в руки, то почувствовал, что они какие-то твердые. Подумал еще: наверное, фальшивые. Положил деньги в книгу, а когда вышел из гаража, на меня набросились сотрудники КГБ и арестовали.

Я не понимаю, как можно проводить такие «оперативные эксперименты». Вот давайте сядем в парке на скамейку и бросим на землю пачку долларов. Скажите, кто не подымет эти деньги?! Тоже самое и здесь. Это была профессионально разработанная провокация.

Анатолий Радионенко после выхода из тюрьмы возле земельного участка, фигурировавшего в его уголовном деле. После ареста архитектора ни «немецкого предпринимателя», ни кого-либо другого участок больше не интересовал

– Анатолий Николаевич, я помню то время, когда вас арестовали. И когда общался с предпринимателями,
многие говорили: давно было пора… Как можете объяснить такое отношение людей к вам?

– Когда меня арестовали, следователи вызывали на допросы около 100 предпринимателей. Я читал протоколы допроса: ни один не сказал, чтобы я у кого-то что-то требовал! При этом, по словам знакомых из круга предпринимателей, на них оказывался прессинг.

А сказали обо мне плохо те, кому я в чем-то отказал. Может кто-то хотел бы поставить ларек на площади Ленина или в другом престижном районе... Я – не подарок, врагов у меня хватало.

– Где вы сидели и как к вам там относились?

– Сидел в колонии «Волчьи норы» в Ивацевичах. Все относились ко мне уважительно. Но вспоминать об этом периоде жизни мне не хочется.

– Если бы вы знали, что все может обернуться вашим арестом, как вы бы действовали?

– Я не стал бы отстаивать свои принципы и позиции, а стал бы плясать под их дудку. Жалею, что из-за своей интеллигентности и порядочности отстаивал правду и старался для города. Благодаря моим требованиям к структурам, оплачивавших строительство жилых домов, в Барановичах появилось несколько магазинов, школа и другие объекты социального значения. А мне нужно было плевать на это и стараться не выделяться.

– Анатолий Николаевич, почему вы захотели встретиться с журналистом и все это рассказать? Это интервью вам уже не поможет, наоборот вы можете нажить еще больше врагов.

– Последние 4 года я борюсь за то, чтобы приговор в отношении меня признали неправомочным. Я не хочу до конца жизни носить незаслуженное клеймо коррупционера. Президенту постоянно выдают результаты борьбы с коррупцией, получают премии, звания, но никто не говорит о том, как достигаются такие результаты.
10:26 21/01/2010




Loading...


загружаются комментарии