Чистосердова: Художник должен быть сытым и богатым

В минских галереях 80% картин белорусских художников приобретают иностранцы. Об искусстве, как рынке Еврорадио разговаривало с арт-директором галереи “Ў” Анной Чистосердовой.

- Давайте поговорим об арт-рынке в Беларуси. Есть ли он у нас теперь хотя бы в каком-то виде? И возможно ли вообще формирование арт-рынка в Беларуси? Чтобы появлялись продюсеры, галереи, когда продукты искусства рекламируют не сами художники, а специальные люди…

Чистосердова: К сожалению, несмотря на мой оптимизм, я скажу, что с арт-рынком в Беларуси все очень плохо. Если мы сейчас подсчитаем количество галерей, которые существуют в Минске и которые непосредственно занимаются продажей искусства, то это будет не более  5-7 площадок.

Что надо сделать, чтобы все же арт-рынок возник и возможно ли это в современных условиях?

Необходимо в два или три раза увеличить количество галерей, привозить большие проекты из Европы, показывать, что современное искусство интересно, что формировать коллекции – это хороший тон.

Когда мы устраивали выставки в заграничной Европе, там на открытие выставки приходят люди, как частные лица, так и какие-то представители банков, и уже на открытия, каким-то образом резервируют себе в коллекции те или иные работы. В Беларуси пока такой культуры нет…

В Минске, к сожалению, если и идет речь о том, что ту или иную работу кто-то хочет приобрести в частную коллекцию, все моменты решения цены и продажи происходят непосредственно в мастерской после выставки.

- А что касается законодательства, какие нужны законы, чтобы регулировать взаимоотношения между художниками и культурными учреждениями и есть ли они у нас?

- У нас пока нет законодательной базы, которая бы регулировала отношения между художником и галереей, нет законопроектов, которые бы способствовали поддержке художественных проектов юридическими лицами. У нас в законодательстве не оформлено, что такое спонсорство… Помимо законодательства, у нас нет культуры взаимоотношений между художниками и галереями.

В той же самой Украине или России, если художники, которые сотрудничают с галереей каким-то образом будут стремиться продавать свои работы через мастерскую, все это может закончиться довольно жесткими финансовыми штрафами.

В Европе или Америке, если вы придете в студию к художнику и спросите его, как можно приобрести работу, первое, что он вам скажет, будет:  у меня есть арт-дилер, свяжитесь с ним. Тут, конечно, вы сможете все увидеть, я вам все поясню, отвечу на вопросы, но непосредственно финансовые вопросы вы будете решать с ним.

Если бы у нас в Беларуси художники называли такие же цены, которые называют и галеристы, возможно этот вопрос начал бы решаться. Потому что все знают, что если прийти непосредственно в мастерскую, там точно будет дешевле.

- Вообще, у нас что-то продается через галереи, или все что продается — это через мастерские?

- Опять же скажу  исходя из своего опыта, работы, которые приобретались у нас еще на площадке “Подземки” в 80% приобретались людьми, которые сюда приезжают в качестве туристов или это бывшие жители Беларуси. Белорусы в основном знают, куда надо идти, и идут в мастерскую, к сожалению.

- А это плохо для самого искусства? Возможно, в Беларуси и не нужен художественный рынок? Пусть сам художник и продает свои работы — он их лучше знает, лучше разбирается…

- С одной стороны, это так, потому что в современном искусстве, в основном, все более-менее известные художники также являются селф-менеджерами, они каким-то образом ищут деньги на реализацию проектов. Но часто художнику и спонсору проекта тяжело найти общий язык, поэтому и нужный дилер.

- Какой сектор арт-рынка необходимо развивать в первую очередь?

- Я считаю, что всю культурную составляющую в целом – и кино, и театр... Если у нас не будет возникать новых частных площадок для презентаций, все так и останется на том не очень хорошем уровне, который есть теперь.

Насколько я знаю, у нас очень неплохо продается традиционная академическая живопись и скульптура. У нас есть центральный художественный салон на проспекте, в котором пейзажи и натюрморты приобретаются каждый день. Но, если мы будем говорить о серьезных актуальных проектах концептуального искусства, над этим нужно очень много работать.

Надо вывозить художников за границу, надо принимать участие в международных арт-ярмарках, которые проводятся везде...

- А есть ли у нас сегодня официальная государственная поддержка искусства?

- Интересные вещи начали происходить последние 1,5-2 месяца. Два месяца назад министр культуры Беларуси принял приказ, что официально на 54-ой венецианской бьеннале будет представлен белорусский национальный павильон. Этот проект непосредственно поддерживается со стороны государства. Интересно, насколько этот проект будет актуальным и современным, потому что, не имея определенного опыта, тяжело будет сделать так, чтобы белорусский павильон был актуален и интересен для европейского зрителя. Увидим, как оно будет…

Но, все равно, последний год какое-то движение в русле современного искусства в Беларуси очевидно происходит. Вы помните проект, который мы устроили летом в Белэкспо – неофициальный венецианский павильон. Также можно вспомнить фестиваль современного искусства “Дах-9”. Сейчас у нас открывается очень интересная международная книжная ярмарка, которая проходит каждый год. И вот, на французский павильон приедет Катрин Миле — одна из самых известных и важных личностей в современном искусстве Франции.

- Какой бизнес в Беларуси согласен поддерживать искусство?

- Два или три проекта мы проводили с холдингом Атлант-М, это автомобильный сектор. Мы сотрудничаем с интернет-провайдером Атлант-телеком. Открытие галереи “Ў” прошло при поддержке Белорусского народного банка. В позапрошлом году, благодаря им, минские зрители увидели выставку Нико Пирасмани, которая была впервые представлена в Минске.

Возможна ли “встройка” Беларуси в мировой художественный процесс? Насколько современно для рынка белорусское искусство реагирует на рынок, изменяется ли?

Если говорить именно о современном актуальном искусстве, то весь рынок разворачивается вне границ Беларуси. Все эти художники один-два раза в год выставляются в довольно серьезных галереях за границей. И там это поддерживается очень большой финансовой заинтересованностью.

Когда летом 2009 года мы ездили в Вильню — это была первая прибалтийская международная арт-ярмарка современного искусства, там мы проводили проект, в котором принимали участие 9 художников из Беларуси, от молодых до уже звезд белорусского искусства и дизайна. Мы там услышали очень много чудесных отзывов!

Поэтому каким-то образом белорусское искусство, конечно, конкурентоспособно — у нас очень хорошая и интересная школа, несмотря на то, что даже в 2010 году все стремятся учить академическому традиционному искусству. Но есть такие известные имена как Руслан Вашкевич, Сергей Кирющенко, Владимир Цеслер, Александр Некрашевич. Это имена, известные и в России и в Украине, и в западной Европе.

Ряд художников, которые по разным причинам уехали из Беларуси, сейчас поводят большие проекты в Англии, Германии, Бельгии… Сотрудничают и выставляются и в музейных залах, и в больших галереях современного искусства. Когда у нас будет появляться возможность показывать эти проекты в Беларуси, возможно, мы каким-то образом изменим эту ситуацию. А пока у нас на больших официальных площадках будут проходить только выставки пейзажа витебского края, я считаю, что ситуация не изменится.

Получается, что нашим художникам проще о себе заявить за границей, чем тут, в стране?

К сожалению, да. И я надеюсь, что наша площадка, которая работает еще только 3,5 месяца, станет первым местом для серьезной презентации этого искусства.

- Есть ли среди белорусских художников такие, чьи работы пользуются спросом на Западе? Вообще, много ли работ белорусских художников покупают за границей?

- Конечно, покупают и очень хорошо. Я вспоминаю две или три выставки, которые мы проводили вместе с нашими партнерами – очень неплохо покупают. И совсем по другим ценам, чем в Беларуси.

- Как молодому художнику пробиться в престижные галереи, чтобы заявить о себе и продать свои работы?

- Начинать надо с Родины — приходить к галеристам, каким-то образом их заинтересовывать. Для каждого художника очень важным является его СV (лат. Curriculum vitae, — Описание жизни, — Еврорадио) – история его выставок, коллекций, в которых находятся его работы.

Сейчас на нашей площадке есть такая программа “Старт-арт”, она направлена на появление новых имен в современном белорусском искусстве. Я надеюсь, что эти имена будут находиться, потому что, когда мы делаем какие-то выездные проекты, мы всегда стремимся включать в наш список двоих или троих молодых художников. Главное, я считаю, надо быть дерзким, смелым, приходить в галереи и предлагать свои проекты, а мы уже найдем те финансы и способы как это можно поддержать.

- То есть, это реально так заявить о себе молодому художнику, выставить свои работы в галерее? Это так , что приходить молодой художник, а ему говорят – до свиданья, тут у нас очередь из 10 человек уже…

- Ну, разумеется, очередь есть. Но есть также приоритеты, насколько этот проект актуален и интересен, насколько в нем использованы современные технические средства. Заходите, показывайте, предлагайте свои проекты, мы будем их показывать.

- А реально ли в Беларуси заработать на искусстве?

- К сожалению, такие случаи не очень частые. В основном, наши художники должны работать где-то параллельно – или идти в дизайн, или сотрудничать с архитекторами, заниматься росписью частных домов или офисов. Кто-то работает в Академии, преподает живопись или графику. Не многие люди живут исключительно с продажи своих произведений.

- Потому что мало покупают или потому что цены маленькие?   

- Нет, цены не маленькие, мало покупают.
И, в основном, это, как вы сказали, иностранцы…

Есть у нас коллекционеры и в Беларуси, я знаю непосредственно двоих или троих человек, но — это мало.

- Хорошо, а вот своими усилиями реально ли сегодня художнику самому распиариться через Интернет? Блоги? Через свой блог находить себе покупателей?

- В этом смысле я ретроград. Я считаю, что по-настоящему, искусство можно увидеть только в галерейном или музейном зале. Никакой монитор компьютера или диск с графической информацией не заменит того визуального диалога, который возникает непосредственно на площадке в галерее.

Очень хорошо заявить о себе каким-то перформансом на открытии чужой выставки, например. Но дальше все равно должен быть менеджер или продюсер, который будет брать на себя решение тех вопросов, которые не должны брать на себя художники.

- Насколько востребованы и современны те пять галерей, котрые у нас существуют? У них много посетителей либо галереи посещают только сами же художники, чтобы посмотреть на работы своих коллег?

- Искусство — очень субъективная штука. Кто-то интересуется традиционным искусством, и тут у людей есть выбор, куда идти. У нас также есть ряд галерей, которые работают с традиционным белорусским декоративно-прикладным искусством…

Но, если говорить о современном искусстве, у нас была очень чудесная галерея NOVA, которая презентовала чудесные фото-проекты, но она исчезла. У нас была галерея “Мир фото”, которая также закрыта. У нас была “Подземка”, которая просуществовала шесть лет и также закрылась.

Если говорить о Музее современного искусства, то современное искусство там мы видим, к сожалению, только два или три разы в год. Все остальное можно назвать современным искусствам только с точки зрения, что те художники, которые это делают – наши современники, не более. Центр современного искусства – это то, что должно было открыться в Минске лет пять назад. У нас до сих пор ничего такого нет.

Я считаю, что тех людей, которые сейчас работают в Музее современного искусства, во Дворце искусств на Козлова, надо за бюджетные или какие-то другие деньги отправлять на неделю в ту самую Вильню. Там летом открылся новый центр современного искусства, в который привозят выставки непосредственно из Англии и Франции с большими бюджетами. И это интересно, туда люди ездили даже из Беларуси, чтобы это увидеть.

- Какие у художников есть возможности себя продать или увеличить свою цену, кроме смерти, когда сразу внимание притягивается?

- Все равно, только через галереи, а куда еще… Устраиваются также какие-то конкурсы. Есть очень интересные ресурсы на базе российских галерей и арт-центров, Украины, Польши, которые непосредственно объявляют о конкурсах для молодых художников. Если нет возможности громко заявить о себе в Беларуси, можно съездить и принять участие в конкурсе в Польше, например.

- Есть ли у нас, в Беларуси недооцененные художники?

- Есть. Я считаю, что много художников не получают того внимания, которое должны получить.

- Почему так происходит? Их искусство не понимают или у их просто нет возможности о себе заявить?

- Нет возможности — это во-первых, во-вторых — нет того самого продюсера, который бы мог прийти и предлагать его выставку. В основном, эти люди живут не в Минске, а почти вся культурная жизнь у нас проходит непосредственно в Минске, и выставляться надо в Минске.

Поэтому, к  сожалению, как произошло с художником Андреем Капусниковым, с которым мы сотрудничали, делали две его выставки в “Подземке”… Он ушел от нас меньше месяца назад, и я, к большому сожалению, столкнулась с тем, что это тот художник во время своей жизни недополучил этого внимания.

Я надеюсь, что мы начнем задумываться, что кто-то недополучает поддержки не после того, как эти люди будут от нас уходить, а пока они еще рядом с нами.

- Реально ли чтобы в Беларуси в ближайшее время художники все же начали зарабатывать искусством? И им не надо было бы еще где-то подрабатывать. Ведь в той же Европе — искусство одно из самых прибыльных занятий…

- Я думаю, что реально. Это зависит и от нас непосредственно, как от галеристов, и от Министерства культуры и от государственной политики поддержки культуры и искусства.

Мы со своей стороны делаем все, чтобы эту ситуацию изменить. Я надеюсь, когда на Минских просторах еще появятся две или три, четыре инициативные группы , которые будут стремиться делать проекты в русле современного искусства с коммерческой направленностью, то может и через три года эта ситуация изменится.

Надо каким-то образом пользоваться тем, что мы имеем сейчас. Если у нас нет много залов, давайте использовать подъезды домов, свои мастерские или квартиры, приглашать туда возможных покупателей. Да, это все черный бизнес, но там где есть черный, скоро будет и белый.

Художник не должен быть голодным. То, что часто любят говорить, что художник должен быть бедным и голодным — не правда. Все уже диаметрально изменилось. Сейчас все те художники, которые занимают первые десятки рейтингов в мировом искусстве — очень безбедные люди. Если есть деньги, есть новые интересные проекты, прошло уже то время, когда холсты, в которых не было заинтересованности, перерисовывались под новые работы.
19:31 09/02/2010




Loading...


загружаются комментарии