Дело Ленина-Сталина живет в белорусском образовании

Проект Кодекса Республики Беларусь об образовании будет рассматриваться во втором чтении на весенней сессии Палаты представителей. В пресс-релизе секретариата палаты представителей утверждается, что "проект кодекса закрепляет такую модель образовательных отношений, которая дает возможность решить задачи обеспечения надлежащего качества образования и доступности образования".

Дело Ленина-Сталина живет в белорусском образовании
Мировая практика показывает, что достижение качества и доступности образования сегодня, помимо правового декларирования, требует серьезного экономического и финансового обеспечения со стороны всех участников образовательного процесса.
 
Другими словами, речь идет об экономике образования как несущей конструкции всей образовательной системы.
 
Престарелые доценты.
 
По мнению авторов проекта, в будущем для функционирования сложившейся образовательной системы достаточно совокупных затрат в размере 10% от ВВП. Проект кодекса предлагает источники их финансирования, строго регламентированные по признаку собственности:
 
- финансирование государственных учреждений образования, государственных организаций образования, обеспечивающих функционирование системы образования, государственных программ развития системы образования осуществляется за счет средств республиканского и (или) местных бюджетов, средств учредителей, средств, полученных от приносящей доход деятельности, безвозмездной (спонсорской) помощи юридических лиц и индивидуальных предпринимателей и иных источников, не запрещенных законодательством Республики Беларусь;
 
- финансирование частных учреждений образования осуществляется за счет средств учредителя и иных источников, не запрещенных законодательством Республики Беларусь;
 
- развитие системы кредитования граждан, получающих образование на платной основе. При прогнозируемом ВВП на 2010 год в размере 60 млрд. USD 10% - это 6 млрд. USD.
 
На простое воспроизводство системы, то есть без ее модернизации и развития, может, и хватит. Но для превращения образования в фундамент современной инновационной экономики, эффективной модели "экономики знаний" этого явно недостаточно.
 
Чтобы убедиться в этом, давайте посмотрим на первоочередные потребности сферы высшего образования, которая и должна в первую очередь генерировать ресурсы для этой модели.
 
Как будет решаться проблема 70-процентного износа учебно-лабораторного оборудования госвузов? Где взять необходимые для реализации новых образовательных стандартов 47% недостающих учебно-лабораторных площадей вузов, 33% недостающих мест в общежитиях? Кто будет проводить мониторинг рынка труда на предмет выявления реального, а не бумажного спроса на специальности? Кто будет учить новым компетенциям, если в 2009 году более 80% профессоров и 50% доцентов были старше 60 лет?
 
Молодежь не спешит занять их места с зарплатой рабочего средней квалификации на стройке или на заводе. Ради чего корпеть в магистратуре или аспирантуре 2-3 года в лучшее время своей жизни? Даже предусмотренное в проекте доведение уровня среднемесячной заработной платы педагогических работников до уровня среднемесячной заработной платы в промышленности, а зарплаты профессорско-преподавательского состава - в 1,5 раза выше этого уровня не решит этой проблемы.
 
В недалекие советские времена это соотношение составляло 4 раза у профессоров и 3 - у доцентов. А те 5 трлн. BYR, которые предусмотрены Государственной программой развития высшего образования на 2008-2010 годы и на перспективу до 2015 года, позволят лишь залатать дыры в материальной базе госвузов.
 
Возникает вопрос: за какие средства приобретать новейшее учебно-лабораторное, научное и производственное оборудование, информационные системы для обеспечения учебного и научно-исследовательского процессов в вузах? Ведь статья 94 проекта требует от работников высшей школы разработки и реализации экспериментальных и инновационных проектов для "проверки результатов фундаментальных и прикладных научных исследований, определения эффективности и целесообразности их массового использования".
 
Другими словами, по мнению разработчиков проекта, белорусские вузы должны стать своеобразными учебно-научно-исследовательскими комплексами с набором экспериментальных производств по всему объему своей инновационной деятельности.
 
Идея замечательная, но возникает любимый российским премьер-министром вопрос: "Где деньги, Зин?".
 
Опыт развитых стран подтверждает, что без включения рыночных механизмов финансирования полноценный рынок образовательных услуг создать невозможно.
 
Мировой опыт подсказывает.
 
В развитых странах, кроме бюджетных средств, вузы используют разнообразные источники финансирования. К ним относится получение долгосрочных кредитов в коммерческих банках, что требует предоставления основных фондов в качестве обеспечения. Получение частных пожертвований от бывших выпускников или других благотворителей. Сохранение излишков средств на ежегодных счетах, а также средств, получаемых в результате амортизационных отчислений по вузовским основным фондам. Получение грантов от благотворительных организаций или фондов. Создание совместных предприятий с частными структурами, в рамках которых, например, нижние этажи зданий могут использоваться для сдачи в аренду магазинам, а на верхних этажах располагаются вузовские помещения.
 
Если Министерство образования передает все основные фонды в распоряжение совета вуза, оно, очевидно, захочет сохранить за собой определенный набор средств контроля. Однако со временем участие государства в собственности вуза становится все менее значимым и все труднее поддается определению. Уменьшается доля недвижимого имущества, оплаченного из государственных средств. Все имущество теперь принадлежит вузу, и главная задача государства заключается в  надзоре за его надлежащим использованием.
 
После того как вуз получает статус юридического лица, он может получить право на другие фонды, кроме имущества, например финансовые инвестиции и акции. Распространенной практикой является создание вузовских фондов целевого капитала (endowments), которые формируются из денежных средств и акций.
 
Дело Ленина - Сталина.
 
Большинство вузов формируют такие фонды на основе пожертвований богатых лиц или корпораций. Обычно пожертвования инвестируются в акции или другие ценные бумаги и используется только доход по ним.
 
Однако частные благотворители нередко просят, чтобы их пожертвование было использовано напрямую на строительство зданий. Иногда жертвователи просят использовать эти средства на установление именных стипендий бедным студентам или создание конкретных именных профессорских должностей.
 
"Корпоративный профессор" или "пожизненный профессор" - эти должности появляются в штатном расписании вуза лишь при финансировании их за счет соответствующего эндаумент-фонда.
 
Стоит ли удивляться тому факту, что большинство недавних лауреатов самой престижной в науке Нобелевской премии, кстати, выплачиваемой из такого же фонда целевого капитала нефтепромышленника Нобеля, являются "пожизненными профессорами" американских и европейских университетов с зарплатами в десятки раз большими, чем у их белорусских коллег? Даже классики марксизма понимали, что без "полезных идиотов" (так называл интеллектуалов В. И. Ленин) с высокой зарплатой социализм в отдельно взятой стране построить нельзя. А вождь всех угнетенных народов И. В. Сталин на практике внедрил в СССР протестантскую этику "Труд - мера человека" в виде шестиразрядной тарифной сетки образца 1929 года.
 
Загнав сегодня профессоров вместе с рабочими в единую тарифную сетку с коэффициентом 1,5, мы достойно продолжаем дело Ленина - Сталина. Поэтому пора бросить пустые разговоры об инновационной экономике при наличии нищих ученых. Нищету бесполезно кодифицировать, ее необходимо искоренять, как это делают развитые страны, в том числе с помощью эндаумент-фондов.
 
Эндаумент-фонды.
 
Приоритетной целью создания таких фондов является обеспечение устойчивости развития вуза. Поэтому управление ими является важнейшей задачей его попечительского совета. В США существует традиция регулярных пожертвований со стороны бывших выпускников, и общий объем средств, пожертвованных таким образом, оценивается в сумму до 222 млрд. USD, половина которой приходится на три десятка элитных вузов.
 
При этом в ведущих университетах фонды составляют десятки миллиардов долларов. В частности, эндаумент-фонд Гарвардского университета аккумулирует сегодня сумму в два с лишним раза большую, чем бюджет Беларуси. Привлечение таких пожертвований может отнимать значительную часть времени попечительского совета вуза, но это считается небольшой платой за независимость и гибкость, которые дает самостоятельное распоряжение фондами.
 
Люди, изыскивающие средства, полагают, что легче привлечь доноров для осуществления конкретной цели или проекта, а многих доноров привлекает мысль о существовании здания или фонда для выплаты стипендий, носящего их имя. Правительства многих стран с готовностью поощряют привлечение вузами таких пожертвований, поскольку со временем это может снизить их претензии на государственное финансирование.
 
Однако правительства не менее активно стремятся показать, что не уменьшают объем финансирования на том лишь основании, что данный вуз успешно изыскивает собственные средства. Правительство Гонконга (особый район Китая) зарезервировало 128 млн. USD, которые будут использованы для перечисления сумм, эквивалентных пожертвованиям, которые вузы смогут получить из частных источников.
 
В Англии аналогичная схема софинансирования пожертвований является одним из способов содействия привлечению частных средств, масштабы которого пока значительно ниже американских.
 
Возможность использования такого инструмента благотворительности появилась и в России с принятием в конце 2006 года Закона № 275-ФЗ "О порядке формирования и использования целевого капитала некоммерческих организаций". Совместно с этим законом были приняты поправки в Налоговый кодекс, освобождающие доход от капитала фондов от налога на прибыль.
 
Российское правительство в настоящее время рассматривает возможность предоставления налоговых льгот также и жертвователям таких фондов. Уже сегодня Финансовая академия при правительстве Российской Федерации располагает таким эндаумент-фондом в размере 40 млн. USD, аналогичные фонды существуют в МГИМО и других ведущих российских вузах.
 
К сожалению, белорусский образовательный кодекс подобного механизма финансирования учреждений образования не предусматривает.
 
В отсутствие стратегии.
 
Для белорусских законодателей характерно  маниакальное стремление к кодификации правовой базы по всем направлениям законотворческой деятельности.
 
Сведение под одну правовую "крышу" только по факту существующих автономных законодательных актов, наверное, очень удобно для правоприменительной практики и заметно ее упрощает. Но, к сожалению, любой кодекс в большинстве случаев лишь фиксирует статус-кво в сложившейся отрасли права. А хотелось бы, чтобы он учитывал возможную стратегию развития процесса и структур в рамках кодифицируемой системы.
 
В Беларуси до настоящего времени не разработана в полной мере системная стратегическая программа развития образования. Фрагментарные (по отдельным ступеням образования) программы формально присутствуют. Но единой концептуальной стратегии в виде национальной доктрины, основанной на международных стандартах и лучшем практическом опыте, пока нет. Например, в Государственной программе развития высшего образования на 2008-2010 годы и на перспективу до 2015 года содержатся в основном общие формулировки задач обновления высшего образования, не всегда сопровождающиеся постановкой четких и проверяемых ориентиров.
 
Примером такой формулировки является следующая задача - "радикальное улучшение материально-технической базы учебных заведений". Учитывая особенности кризисного периода социально-экономического развития страны, в нее могли бы быть включены такие основные разделы, как вклад вузов в диверсификацию экономики и в экономический рост, развитие их взаимодействия с местными сообществами, перестройка финансирования, интеграция науки и образования (включая создание научно-экспериментальных, образовательных комплексов), трансформация управления системой и отдельными институтами.
 
Ключевыми при этом должны быть максимально конкретные формулировки задач, четкие показатели продвижения к их решению и временные рамки (например, количество студентов, обучающихся по двухуровневой системе, или количество вузов, создавших попечительские советы из представителей социальных партнеров). Важно также предусмотреть правовые механизмы, которые сделают эти цели задачами каждого региона и каждого конкретного вуза.
 
При отсутствии детальной стратегии развития вузов и всей системы образования простое кодифицирование правовой базы консервирует до боли знакомую стратегию догоняющего развития, а попросту говоря - модель "тришкина кафтана".
 
Стратегия догоняющего развития, негласно ставшая основной в экономике Беларуси, имеет свои плюсы и минусы. Основной плюс - предупреждение ошибок, допущенных первопроходцами, но в минусе потеря главного ресурса - времени  при выходе на новые рынки, потери прибыли в виде "сливок", которую собирают удачливые первопроходцы.
 
Переход к рынку как стратегия развития Беларуси неизбежен, как "дембель" в армии. Нынешний проект образовательного кодекса, в котором нет даже упоминания о рынке труда, по сути, носит антирыночный характер.
 
Качество вообще, в том числе и образовательных услуг, определяют сегодня не люди, а современные технологии на основе международных стандартов и лучших общепризнанных практик. А не доморощенные ГОСТы, пусть даже завернутые в привлекательную оболочку кодекса.
02:37 16/02/2010




Loading...


загружаются комментарии