Геращенко – не Чергинец

Принципиальная позиция витебского писателя Андрея Геращенко, обозначенная в интервью российскому «Материку», вызвала бурную реакцию в байнете, стала моментом истины как для интеллигенции, так и для чиновников, - комментирует скандальную публикацию автор ИА REGNUM.

Геращенко – не Чергинец
Витебский писатель, работающий начальником отдела по работе с молодежью администрации Октябрьского района г. Витебска, он же - член официального Союза писателей Белоруссии и руководитель общественного объединения «Русский дом», поднял серьезную тему национально-культурной, цивилизационной идентичности белорусов. А.Е.Геращенко фактически продолжил дискуссию между идеологами западнорусизма и «нацдемами», искусственно прерванную большевистской «белорусизацией» начала ХХ в.
Истерия на оппозиционных белорусских интернет-ресурсах по данному поводу естественна и закономерна. Иначе и быть не могло. Однако вызвала удивление реакция главы «официального» писательского союза (СПБ) - Николая Чергинца. В интервью «Еврорадио» он охотно прокомментировал позицию своего коллеги по писательскому цеху. Литовский ресурс Delfi.lt сообщает подробности того, как «тот с трудом вспомнил такого литератора - Андрея Геращенко. Но сразу открестился от коллеги по цеху».
«Открестился» - это мягко сказано. Фактически экс-сенатор предал своего товарища и возвел на него напраслину. Аккурат накануне Прощеного воскресенья ступил на кривую дорожку одного из апостолов. Из интервью Чергинца «Еврорадио» следует, что крылатые слова «не читал, но осуждаю» снова актуальны. Не разобравшись в вопросе, бывший милиционер сделал несколько резких выпадов в адрес своего коллеги, допуская оскорбительные высказывания и полное непонимание серьезности вопроса. Более того, экс-сенатор обвинил своего коллегу в том, что «человеком этим движет какая-то обида или злость», что А.Геращенко якобы один из тех «мучителей», которые одолевают Н.Чергинца просьбами передать свою первую книжку президенту.
К слову, А.Е.Геращенко начал литературное творчество задолго до образования СПБ. В отличие от некоторых новоявленных квасных патриотов, радеющих за «независимость страны, свой флаг, свой герб, свой гимн и свой язык» он пишет и на русском языке, и на «беларускай мове». Более чем сомнительна степень личного участия Н.Чергинца в издании книг коллеги, тем более - презентации их президенту. И уж тем более смешно, когда бывший генерал-сенатор пользуется ценными указаниями поносящих того же президента СМИ, активно подключаясь к травле провинциального писателя. «Но я его не знаю, скажу честно», - после всех обвинений в адрес товарища заявил бывший генерал и «народный избранник», ныне руководитель писательского союза. Надо ли что-то добавлять к портрету «сторонника самой тесной интеграции наших государств»?
А честен ли был Н.И.Чергинец, когда писал о верности присяге? Какой стране, какому народу присягал на верность нынешний руководитель писательского союза? Искренен ли был Н.Чергинец, когда с высоких трибун заявлял о братстве славянских народов, о правильности президентского курса на интеграцию с Россией, когда осуждал «беловежский сговор» и тщетность попыток Запада навредить Союзному государству? Не об этом ли он говорил, участвуя в деятельности Парламентского Собрания Союза Белоруссии и России, разъезжая по всему миру за счет налогоплательщика А.Геращенко? Не запамятовал ли экс-сенатор о своих заявлениях в Федеральном Собрании РФ, на ассамблеях МПС в Маниле и Женеве, в Киеве, Тиране, Брюсселе?
«Мы будем с такими расправляться», - обещает оппозиционным СМИ Н.Чергинец, благодаря их за совет, как сделать «дело Геращенко» быстрее. Но стоит ли верить бывшему бонзе? Ибо в том же интервью он поведал, как «исключили из Союза одного такого литератора за антисемитские высказывания в своих произведениях. Несмотря на то, что он был сотрудником Администрации президента». Был ли мальчик? Не исключили ли того, кто никогда не состоял в чергинцовском «союзе»? Где уверенность в том, что Н.Чергинец на этот раз отвечает за свои слова?
Очевидно: старый чиновник, отправленный на почетную и ответственную работу руководить нимфами, не утратил способностей держать нос по ветру. Способность «колебаться с генеральной линией партии» у бывшего милиционера сохранилась. Только не попутал ли он партии? Не переоценил ли силы белорусизаторов свежего разлива? Не заблуждается ли относительно собственной адекватности восприятия как политической реальности, так и культурной? Кстати: какой вклад в развитие культуры внес тот, кто записался в судьи витебского литератора? Попытки выяснить, как продаются произведения писателя Н.Чергинца в книжных магазинах, натолкнулись на сожаления и сетования продавцов. Выяснилось, что очень плохо, как и книги большинства тех, кто считает себя «белорусскими писателями». Аналогичные вопросы распространителям частных сетей (в т.ч. продавцам интернет-магазинов) вызвали гомерический хохот. Молодое поколение откровенно презирает творческую импотенцию создателей киноленты «Вам – задание» (производство киностудии "Беларусьфильм", 2004; сценарий на основе одноименного произведения Н.Чергинца), старшее затрудняется вспомнить хотя бы пару кондовых фраз из многочисленных произведений официального классика. Попытки выяснить степень популярности члена СПБ А.Геращенко тоже поставили в тупик как книготорговцев, так и белорусских читателей разных возрастов. Похожая картина вырисовалась и в отношении других представителей возглавляемого Н.Чергинцом писательского союза.
«А судьи кто?», - вопрошал некогда один из литературных героев. В «судьи» записались те, кто ни сам написать ничего достойного внимания современного читателя не может, ни коллегам по перу подсобить не в состоянии. Не повезло писателю Геращенко со «старшими товарищами», не преминувшими случаем бросить в него камень. Есть ли вина витебского литератора в том, что он имеет собственную, аргументированную точку зрения? Виноват ли он в том, что не бесхребетный, не ревизионист, не оппозиционер? Стоит ли ему посыпать голову пеплом и зашивать рот всякий раз, когда перед ним ставят дилемму: или собственное мнение, или чиновничья служба?
Геращенко, в отличие от большей части его критикующих - не ревизионист и не приспособленец, что очень хорошо видно по его произведениям разных лет. А это раздражает как несостоявшихся "пiсьменнiкау-адраджэнцау", так и состоявшихся графоманов из легиона «официальных писателей». Можно по-разному оценивать его слова, соглашаться или нет с его позицией, взглядом на историю и культуру своего народа. Однако никто не может упрекнуть его в бесхребетности, ревизионизме, трусости. Писатель, а не чиновник Геращенко публично и прямо заявил о своих убеждениях, используя свое конституционное право на свободу слова. Наверное, даже если бы Геращенко работал механизатором в колхозе или сантехником в ЖЭСе - думал бы свободно и говорил то, что думает, вне зависимости от должности и колебаний «генеральной линии партии». Он не Чергинец.
Тема, поднятая А.Е.Геращенко, должна быть продолжена в широкой дискуссии. Репрессивные меры не способствуют конструктивному диалогу, поиску истины. Судя по первым откликам на поднятую витебским писателем проблему, к ее свободному и обстоятельному осмыслению не готовы ни чиновники, ни те, кто относит себя к представителям белорусской интеллигенции.
17:14 16/02/2010




Loading...


загружаются комментарии