Чиновники - рапортуют, инвалиды - бедствуют

Выходит на финиш Государственная программа  о безбарьерной среде на 2007-2010 годы. Судя по отчетам столичных чиновников, реализуется она более чем  успешно – планы перевыполняются, бюджетные миллиарды осваиваются.

Чиновники - рапортуют, инвалиды - бедствуют
«Госпрограммой было определено, что к 2011 году 45% объектов социальной инфраструктуры столицы  должны быть приспособлены к доступу  физически ослабленных людей. А  на 1 января 2010 года таких объектов в  городе было уже 58%, – заявил журналистам в начале апреля председатель Комитета по труду, занятости и социальной защите Мингорисполкома Анатолий Ражанец. – Безбарьерными в столице стали 995 объектов, то есть 121% от запланированного».
Ражанец сообщил, что  за 2007-2009 годы только на установку пандусов, понижающих бордюров, поручней при входе в здания, расширенных входных дверных блоков, специальных лифтов ушло 368,8 миллиарда рублей.
По словам чиновника, в Минске созданы условия для  беспрепятственного передвижения инвалидов  по городу, соответствующие  европейскому уровню.
Однако сами люди на колясках утверждают: белорусской  столице еще очень и очень  далеко до уровня даже провинциальных европейских городов.
– Те из нас, кто попадает в Европу, удивляются, через некоторое  время обнаружив, что попросту забыли о коляске, – говорит председатель Республиканской ассоциации инвалидов-колясочников Сергей Дроздовский. – К сожалению, в Минске позволить себе такую роскошь, как передвижение по городу без посторонней помощи, практически невозможно.
К сооружению, «безбарьерных» объектов в нашей стране в большинстве случаев подходят формально, подсчитывая в отчетах лифты и пандусы и не задумываясь о том, кто и как ими будет пользоваться.
Значительная часть  установленных в Минске пандусов имеет слишком большой наклон. Въехать по ним на коляске без посторонней помощи неподготовленному человеку очень сложно, а самостоятельный спуск и вовсе может быть опасен для жизни. Тем более, что нередко держаться за перила можно только одной рукой – со второй стороны их просто нет.
Сергей Дроздовский  рассказывает, что инвалиды неоднократно предлагали минским чиновникам самим  сесть на коляску и попробовать  съехать по такому спуску. Однако те отказываются.
Но даже в местах, где все сделано в соответствии с правилами, «безбарьерные» объекты зачастую оказываются просто бессмысленными. Как, например, пандусы на спусках в метро. На большинстве станций, за исключением недавно построенных, инвалид не сможет попасть дальше турникета: чтобы попасть на платформу, нужно преодолеть ступеньки.
– Недавно начальник  метрополитена с гордостью рассказывал  о безбарьерной среде в метро, – говорит инвалид-колясочник Борис Бочковский. – Но что толку от этого, если оборудованными для инвалидов лифтами можно пользоваться только в строго установленное время? И если человек, попав в поезд на одной «безбарьерной» станции, не сможет выйти на большинстве других? Ведь в метро человек идет, чтобы попасть в нужное место, а не чтобы спуститься и подняться, продемонстрировав эффективность нововведений.
Борис работает инструктором в Центре реабилитации инвалидов  – помогает людям с ДЦП улучшить свое здоровье через спорт. Для его  «коллег» - колясочников такие занятия  тоже были бы полезны. Но они не проводятся – человеку с коляской чрезвычайно  сложно попасть в здание Центра, расположенного по улице Воронянского, из-за высоких бордюров, которые нужно преодолевать, передвигаясь по этому району.
Бордюры – огромная проблема для инвалидов столицы. Когда они достигают 12-13 сантиметров  вместо положенных 5, съехать с них на коляске невозможно: приходится фактически спрыгивать. Для подъема на такой бордюр большинству инвалидов требуется помощь посторонних.
Еще одна проблема –  высота ступенек многих зданий. Если она  превышает 12 сантиметров, даже пустая коляска, которую помощник инвалида пытается поднять или спустить, норовит сорваться и покатиться вниз.
Тем не менее, именно такие ступеньки строятся на входе  во многие учебные и культурные заведения.
Городской транспорт  совершенно не приспособлен для инвалидов. Низкопольные автобусы, закупленные  в рамках госпрограммы, ситуацию не меняют: их слишком мало, ходят они  крайне редко, никакой  информации о  том, в какое время и на каком  маршруте появится такой транспорт, получить невозможно. К тому же самостоятельно попасть в такой автобус и выйти из него инвалиду все равно сложно: мешают бордюры на остановках. Понижающих уровней (мест, где бордюр спускается под небольшим углом, чтобы дать возможность проехать коляске) в городе не хватает.
– На протяжении всего  проспекта Независимости от Парка  Челюскинцев до Площади Независимости  есть только два места, где я могу перейти дорогу, – говорит Сергей Дроздовский. – При этом видно, что  в некоторых местах к понижению  бордюров подошли просто издевательски. Так, на площади Якуба Коласа с одной стороны улицы сделан удобный скат. А на противоположной стороне  человек, пересекающий дорогу на коляске, упрется в высокий бордюр. И окажется в очень затруднительной ситуации, причем посреди проезжей части.
С учетом специфики  дорог и транспортной инфраструктуры, едва ли ни единственным способом передвижения по городу для инвалида-колясочника  является автомобиль. Но даже те, кто  может позволить себе ездить на собственной машине, постоянно сталкиваются с барьерами.
Чтобы выйти  из машины и пересесть в коляску, инвалиду требуется больше места, чем  обычному автомобилисту. Поэтому им необходимо специально отведенное место  на парковке, где машины ставились  бы не так плотно. В последнее время парковки для инвалидов стали появляться перед новыми торговыми, медицинскими и культурными объектами. Но использовать их по назначению практически невозможно – они всегда плотно заставлены машинами граждан, без сомнения паркующихся под знаком с инвалидной коляской. Сотрудники ГАИ такие нарушения, как правило, игнорируют.
Добраться хотя бы до автомобиля под силу тоже далеко не каждому инвалиду.
– Хотя у меня есть машина, уже два года я смотрю на нее из окна, – рассказывает Ольга, несколько лет ведущая переписку с коммунальными службами и администрацией своего района. – Я могу спуститься на лифте на первый этаж своего дома, но чтобы выйти на улицу, мне нужно преодолеть лестничный марш. Мои родители – пожилые люди, и состояние здоровья уже не позволяет им носить коляску вместе со мной по довольно крутым ступеням.
Сначала в ответ  на просьбы молодой женщины, потерявшей способность ходить, коммунальщики  установили имитацию пандуса – съемный деревянный настил на металлических блоках.
– Он был настолько тяжелым, что поднять или опустить его в одиночку мог не каждый здоровый мужчина, – рассказывает Ольга. – Моих проблем он не решал, а соседям действительно мешал. Но я не понимаю позиции чиновников, которые в ответ на просьбы заменить ступени перед лифтом покатым бетонным полом предлагают мне «подумать о других людях». Ведь так было бы удобнее не только мне, но и мамам с детскими колясками, людям с велосипедами или тяжелой ношей, пожилым людям.
Лестничные марши  к лифтам и подъезды без лифтов являются непреодолимой преградой для большинства инвалидов.
– Около 90% колясочников практически не выходят из дома именно по этим причинам. Они фактически замурованы в своих квартирах, – говорит Сергей Дроздовский. – Пока эта проблема не начнет решаться, разговоры о создании безбарьерной среды останутся пустыми словами.
11:45 23/04/2010




Loading...


загружаются комментарии