Профессор Никитченко: Безопасной дозы радиации нет и быть не может

За прошедшие почти четверть века со дня Чернобыльской катастрофы из пострадавших районов Беларуси было отселено свыше 137 тысяч человек примерно из 500 населенных пунктов. В том числе около 31 тысячи получили минскую прописку. Не по собственной воле переселенцы из Брагинского, Наровлянского, Чечерского, Ветковского и Хойникского районов с 1990 по 1995 годы стали жителями столичных микрорайонов Шабаны и Малиновка. Многие из них сразу же почувствовали, что значит оторваться от родной земли и оказаться на асфальте…

Профессор Никитченко: Безопасной дозы радиации нет и быть не может
— Это была колоссальная ошибка, когда сельских жителей стали загонять в каменные джунгли городов, — считает член-корреспондент НАН Беларуси, председатель правления социально-экологического общественного объединения «Центр поддержки Чернобыльских инициатив» Иван Никитченко. – И эту ошибку нельзя исправить.
 
Доктор сельскохозяйственных наук, профессор Иван Никитченко активный сторонник позиции, что любая, даже самая малая, доза радиации опасна для здоровья. Профессор убежден, что проблема Чернобыля сегодня актуальнее, чем в 1986 году.
 
— С первых же дней после катастрофы, —рассказывает Иван Николаевич, —   начались дискуссии: куда отселять людей. Решения принимались спонтанно, без изучения ситуации. Ко всему, понаехало всяких советчиков из Москвы, «гнувших линию» ЦК КПСС, которая выражалась в сплошной засекреченности. Поэтому и начали строить поселки на землях, которые посчитали чистыми от загрязнения, а потом оказалось — совсем наоборот. Так, например, происходило на Гомельщине. У меня там была экспериментальная база «Меркуловичи», рядом с ней построили дома для переселенцев, а потом выяснилось, что жить здесь опасно. До заселения дело не дошло, бросили и забыли, но сколько денег закопали в радиоактивную землю! Было предложение: дать людям возможность самим выбрать, куда бы они хотели переселиться, компактно, своим населенным пунктом, чтобы сохранить устоявшиеся связи, отношения с односельчанами. Но сработал советский менталитет секретарей райкомов и обкомов, которые заявили, что в регионах и так мало рабочей силы, ее надо сохранить, если «все уедут, кто работать будет?»
 
Потом выяснилось, что эту рабочую силу надо не сохранять, а спасать от вымирания. Времени и средств на строительство в сельской местности практически не было, пошли самым простым путем. В городах имелась мощная строительная база, сюда деньги проще направлять, а потому из сельчан начали делать горожан. А город для переселенцев был агрессивной средой, бедой не меньшей, чем последствия катастрофы. На работу не брали, — ну, кому нужна в Минске вчерашняя доярка? Люди очень болезненно переживали такую ситуацию, не видя для себя перспектив.
 
Старики в первую очередь уезжали, возвращались в родные места. За ними тянулись и более молодые. От резкой смены образа жизни страдали и дети. Деревня есть деревня, там другой уклад, другое взаимоотношение с природой. Последствия такой психологической ломки будут их преследовать всю жизнь. Не говоря уже непосредственно о здоровье физическом.
 
—  Еще в конце 80-х мы изучали животных, попавших под йодный удар, — вспоминает ученый. — У 80% коров оказались пораженными органы воспроизводства. Остальные смогли дать потомство, но у телят картина по щитовидке была такая, будто они сами попали под йодный удар… У животных все происходит на уровне генетической памяти. Подобное может происходить и с людьми. Но ведь никто это не изучает. Наша наука устранилась от изучения этих проблем, НАН Беларуси более десяти лет в своих работах слово «Чернобыль» вообще не упоминает. Отсюда и кощунство: в севооборот возвращают загрязненные радиацией земли, в этом году добавили уже 640 гектаров. Людей, потерявших здоровье во время ликвидации последствий катастрофы и ставшими инвалидами, «объявляют» здоровыми. Хочу заметить, что безопасной дозы радиации нет и быть не может. Радиация разрушает иммунитет человека, вызывает болезни и преждевременную смерть. Большая или меньшая доза определяет лишь сроки всего этого.
 
В многочисленных исследованиях отмечается, что катастрофа на ЧАЭС оказала влияние не только на экологическую ситуацию в природной среде Беларуси и состояние здоровья населения, но и на психику людей. Насколько период посткатастрофного процесса отразился на сельчанах, отселенных в города, специально, похоже, никто не изучал. Считается, что в общей массе всех пострадавших только 6% населения не смогли приспособиться к изменившим их жизнь последствиям Чернобыля. Возможно, именно об этой части переселенцев журналисту рассказывал бывший начальник ГОМ-2 Московского РУВД Василий Лизун. Немало хлопот в 90-х доставили ему переселенцы, поселившиеся в Малиновке.
 
Не всегда «чернобыльцам» удавалось мирно сосуществовать с соседями. Устраивали они порой дебоши и в собственных бетонных стенах. Помнится, Василий Кузьмич говорил о семье, которая спилась в течение года после переселения. Из квартиры вынесли и пропили все что можно: газовую плиту, сантехнику, в том числе и унитаз.
 
Ломала городская жизнь и людей, имевших вполне приличный статус на покинутой малой родине. Бывший начальник одного из райотделов милиции не смог смириться со статусом столичного пенсионера МВД. Сперва он напивался и устраивал скандалы, а супруга вызывала стражей порядка, чтобы его утихомирить, затем и она пристрастилась к спиртному. Бывало, что оба утро встречали в «клетке» отдела милиции…
 
Многие из переселенцев не могли забыть свою жизнь на земле. Ближе к весне они сдавали свои городские квартиры, зачастую «лицам кавказской национальности», и уезжали в родные места. Осенью возвращались с урожаем, устраивались на остановочных пунктах и торговали картофелем, овощами и различными солениями. Этими продуктами и сами питались…
 
К слову, в 2003 году в Швейцарии на международном симпозиуме «Медицинские последствия Чернобыльской катастрофы для здоровья детей Беларуси» один из докладов был посвящен результатам пятилетних наблюдений за детьми переселенцев (по состоянию на 1997 год – 1701 ребенок), живущих в Малиновке. В нем, в частности, отмечалось, что в структуре хронических заболеваний в группе детей «отселенных из зон аварии на ЧАЭС ведущее положение занимают болезни органов пищеварения». Если у обычных детей этот показатель составляет 33%, то у «чернобыльских» — 76%. По мнению медиков, такая диспропорция связана «с более частым использованием сельхозпродукции, выращенной в подсобных хозяйствах по старому месту жительства».
 
 
 
 
13:18 26/04/2010




Loading...


загружаются комментарии