Отец Надсон: В Беларуси люди ко всему относятся как к норме

Видный деятель  белорусской эмиграции, иерарх Белорусской греко-католической церкви, апостольский визитатор для белорусов греко-католиков эмиграции Александр Надсон недавно навестил родину.

Прожив большую часть жизни за пределами Беларуси, Александр Надсон сделал для родины невероятно много: начиная от создания богатейшей Скориновской библиотеки в Лондоне и до оказания гуманитарной помощи пострадавшим от Чернобыльской катастрофы. 
О том, что сейчас волнует известного белоруса, он рассказал в интервью порталу TUT.BY.
— Отец Александр, большую часть жизни вы провели за границей. Беларусь и теперь практически неизвестна в мире. Что и говорить о времени, когда независимого государства не было в природе. Как вы объясняли, кто вы и откуда?
— Я всегда говорил, что мы самостоятельный народ, а наша страна лежит между Россией и Польшей. Несмотря на то, что живем под чужой властью, мы хотим независимости. И это  было главной целью нашей организованной деятельности в эмиграции.
Белорусами я и моё поколение стали во время нацистской оккупации. Три года под немцами были ужасными. Но наши учителя в белорусских школах использовали те мизерные возможности, чтобы привить нам любовь к Отечеству. Два года в Несвижской семинарии дали мне так много, что теперь мне 83 года, я знаю девять языков, но мой родной — белорусский и после 66 лет жизни за границей я остался белорусом. Тогда нам сделали такой укол белорусскости.
— Во время активной деятельности в церкви св. Петра и Павла и объединении белорусов Великобритании были  ли проблемы с советскими спецслужбами?
— Конечно, были люди, которых мы подозревали в сотрудничестве с Советами, некоторых даже знали. Если знаешь врага, он становится не таким опасным. Но мы никогда не делали ничего криминального, незаконного и открыто заявляли нашу главную цель: чтобы Беларусь стала независимым, белорусским государством. Из СССР на нас лили болото, но мы старались не обращать на это внимания.
— Вы впервые посетили Беларусь в 1990 году. Чем удивила родина после почти полувекового отсутствия?
— Я ехал в Минск поездом и думал, что о моём приезде никто не знает. А тут полный перрон людей на вокзале, радость, бело-красно-белые флаги! Меня посадили в машину, высунули из окна национальный флаг и повезли через центр города в «Планету». А это же был ещё Советский Союз. Конечно, потом я осмотрелся и понял, что всё не так радостно. Но, тем не менее, я увидел, что есть молодые патриоты, которые как и мы на эмиграции, мечтают о независимой Беларуси.
Ну, и в первую очередь я священник. Думал, что униатская церковь на Беларуси умерла, как и память о ней. А тут ко мне приходят молодые люди: «Отец, мы униаты, хотим с вами поговорить». Сегодня те, кто хотел тогда со мной поговорить, сами священники. Они учились у меня, спасибо Всевышнему за это.
— Как Беларусь изменилась за эти 20 лет?
— В 1990-м году в белорусском обществе было больше оптимизма, энтузиазма. Теперь, что бы ни случилось, люди относятся к этому, как к норме.
Ситуация с белорусским языком, особенно с белоруской школой, теперь ещё хуже, чем в советские времена. Мы через 60 лет сохранили язык на эмиграции, а в самой Беларуси этого сделать не сумели. Приезжаешь — всюду росейщина.
Лечу сейчас в Минск. Стюардесса предлагает: «Вам кофе или чай?». Я отвечаю: «Гарбату, калі ласка». Так не поняла, кофе принесла! Или как-то заселялся в отель в Могилёве. Нужно было заполнить анкету. «На каком языке?— спрашиваю. — По-русски, конечно. — А по-белорусски можно? — Нет, только по-русски!». В результате заполнял по-английски. Ваши люди всё никак не могут понять, что мы в Британии не обязаны знать русский язык.
Однажды нас с Мальдисом за язык чуть не побили. Было это через несколько месяцев после вашего референдума по языку и символике. Сидим мы с Адамом на скамейке возле памятника Победы, разговариваем, естественно, по-белорусски. Подходят два молодых подвыпивших человека: «Хватит уже на этой трасянке говорить. Разговаривайте на человеческом языке!». «Что, мы не можем в своей стране на родном языке разговаривать?», — спокойно спросил я, и как-то сразу они отступили.
— Отец Александр, вы были среди первых, кто после Чернобыльской катастрофы привозил на Беларусь гуманитарную помощь, организовывал оздоровление белорусских детей в Европе…
— Это мой долг. Наша помощь была нужна. Занимались этим лет пять-шесть: с 1990-го пока ваш президент не пришёл и не запретил вывозить детей. А потом власти Беларуси начали ставить условия: привезите то и то, а мы будем сами распределять. Пришлось остановить проекты поддержки: мы же не будем кормить ваши власти.
— Не так давно в Беларуси был принят закон, в соответствии с которым для приезда в страну иностранных представителей неправославных конфессий было необходимо разрешение Комитета по делам религий. Вы не сталкивались с такой проблемой?
— Он появился в 2000 или 2001 году. Меня как раз в то время приглашали в Беларусь, и я написал статью в «Нашу ніву», что это - нарушение основных международных соглашений в сфере прав человека. Реакцией властей было молчание, но визу я получил. Никогда не спрашивал и никогда не буду спрашивать разрешение приехать на родину!
— Известный белорус мира Борис Кит передаёт свои архивы в Беларусь. Не было ли у вас такого желания в отношении уникальной "Скарынаўкі"?
— В начале 1990-х мы думали о сотрудничестве, но после 1994 года от подобных идей пришлось отказаться. Если бы была по-настоящему независимая белорусская Беларусь, если бы официальные учреждения этим интересовались, и им можно было бы доверять... стоило бы создать какое-то учреждение в Лондоне под патронатом белорусского правительства. Но пока это нереально. Сотрудничать пока просто не с кем.
— Старшее послевоенное поколение «свядомых» белорусов уходит. Новая эмиграция в первую очередь экономическая. Национальная жизнь на Туманном Альбионе затухает?
— Наоборот, постепенно возрождается. Есть тут и студенты, и высокопрофессиональные специалисты, которые, оказавшись за границей, стремятся к белорусскому делу. Есть и дети с белорусских семей, которые уже британцы во втором поколении, но белорусский для них родной язык наравне с английским. Теперь не мы работаем, а они. 
Конечно, современная молодёжь отличается от нашего поколения. Они иначе думают, и это закономерно. Но они искренние белорусы и делают наше дело по-своему, не хуже за нас. Конечно, есть и такие, кто приходит на наши вечера исключительно попить пива, но и это нормальная вещь.
Безусловно, проблема национального самосознания белорусов в Великобритании стоит остро. Однако, сколько «свядомых» белорусов в самой Беларуси?
Справка: Отец Александр Надсон родился 8 августа 1926 г. Учился в Несвижской учительской семинарии. С осени 1944 г. - в Польской армии ген. Андерса, которая воевала в составе Британских вооруженных сил. Принимал участие в боевых действиях на севере Италии, был ранен.
С 1946 г. - в Великобритании. Закончил математический факультет  Лондонского университета. Один из основателей Объединения белорусов  Великобритании (Згуртаванне беларусаў  Вялікабрытаніі), в 1951-1953 гг. - его председатель. Редактировал журналы "Беларус на чужыне" и "На шляху", принимал участие в работе Белорусского христианского академического объединения "Рунь" и Белорусского народно-независимого христианского движения.
С осени 1953 г. обучался в Риме, в Греческой коллегии (духовной семинарии для католиков восточного обряда). 23 ноября 1958 г. рукоположен в священники. В июле 1959 г. вернулся в Лондон. С 1961 г. - руководитель белорусской школы имени Кирилла Туровского в Лондоне. С 1971 г. - руководитель Белоруской библиотеки-музея имени Ф. Скорины, а с 1981 г. - руководитель Белорусской католической миссии в Великобритании. С конца 1980-х - апостольский визитатор для белорусов-католиков в зарубежье, руководитель Комитета помощи жертвам радиации, ученый.
Опубликовал более 200 научных книг и статей. Был первым, кто "расчитал" Аль-китабы белорусских татар и  ввел их в пользование мировым  научным сообществом, сделал значительный вклад в скариноведение, написал  до сих пор непревзойденную работу о Кирилле Туровском. Большим вкладом в конфессиональную историю Беларуси стали исследования белорусского христианства ХХ в. (книги «Біскуп Чэслаў Сіповіч», по-белорусски (2004) и по-английски (2007); «Pro patria aliena: Кляштар беларускіх айцоў марыянаў у Друі» и «Княгіня Радзівіл і справа адраджэньня Уніі ў Беларусі» (обе 2006) и др.). Его работы широко используются исследователями всего мира. Помимо этого, издано более чем 40 литургических работ и переводов, много проповедей и интервью.
Автор перевода литургических текстов византийского  обряда на белорусский язык. В 1994 году Ватикан официально утвердил перевод  о. Александра Надсона как нормативный  для Белорусской греко-католической  церкви.
09:46 28/04/2010




Loading...


загружаются комментарии