Развалины панских поместий выставили на продажу

Везде в Беларуси можно натолкнуться на бесхозные, заброшенные старинные усадьбы, которые в лучшем случае стоят с забитыми окнами. В худшем — без крыш, с выломанными дверями. Недавно, министерство культуры обнародовало перечень исторических зданий, которые могут приобрести все заинтересованные лица: и белорусы, и иностранцы.

Список, выставленных на продажу панских поместий содержит 67 объектов. Таким образом, планируется привлекать инвестиции для возрождения заброшенных усадеб.
Готовили этот перечень в управлении по охране историко–культурного наследия и реставрации Министерства культуры, пишет газета «Советская Белоруссия». 
— Вопрос стал актуальным после заседания межведомственного  экспертно–координационного совета по туризму при Совете Министров, — отсылает к событиям минувшего лета Наталья Хвир, заведующая сектором охраны памятников Управления по охране историко-культурного наследия и реставрации Министерства культуры. — На том собрании Министерству культуры предложили совместно с облисполкомами определить механизм передачи на безвозмездной основе заброшенных старинных усадеб в частную собственность субъектам агроэкотуризма. Перечень объектов утвердил заместитель Премьер–министра Владимир Потупчик в октябре 2009 года.
Тем не  менне, чтобы спасти памятник дворцово–парковой архитектуры, перечень не нужен. В Законе «Об охране историко–культурного наследия», принятом в 2006 году, декларируется право частных состоятельных лиц на обладание древними сооружениями. Собственник всего–то обязан сохранять аутентичность здания и отчитываться перед Министерством культуры. То есть нужно лишь найти богатых спонсоров — и дворянские гнезда воскреснут? Как бы не так.
Дворец Умястовских  в деревне Жемыславль Ивьевского района сравнивают с Лазенками — резиденцией польских королей под Варшавой. И не зря: здания действительно схожи. К сожалению, о былом величии вторых Лазенок остались одни предания. Графская резиденция сейчас – развалина.
Памятник архитектуры  числится на балансе СПК «Субботники». Хозяйство не могло содержать шикарный дворец. Стали искать другого хозяина. Тот вскоре объявился: согласился выкупить заброшенную усадьбу и сделать ее центром агроэкотуризма. Все было чинно, вспоминает Наталья Хвир: «В соответствии с требованиями статьи 52–й Закона «Об охране историко–культурного наследия» необходимо согласие Министерства культуры на передачу объекта из одной формы собственности в другую. Мы такое согласие дали. Но прокуратура посчитала, что было совершено нарушение. Якобы дворец отдали за бесценок».
СПК продал усадьбу  по так называемой остаточной стоимости  — за 12 миллионов рублей. Может, и  продешевили. Зато Наталья Хвир, контролирующая состояние памятника, теперь даже не берется подсчитать, на какую сумму  нанесен урон зданию с тех пор, как сделка аннулирована: «По моему убеждению, лучше бы тот частник занимался дворцом. Он, по крайней мере, пока владел зданием, сторожа нанял, законсервировал разрушавшиеся стены».
Тем временем запутанное жемыславльское дело отпугивает осторожных инвесторов от других дворцов. Хотя кое-кто рискует.
В Волковысском районе, например, удалось снять  с баланса отдела культуры райисполкома усадебный дом в деревне Краски. Зданием заинтересовался российский бизнесмен Вадим Селихов. Перечень Министерства культуры был только опубликован, а предприниматель уже подписывал бумаги на владение собственным дворцом. Начальник отдела культуры Иван Моржало не пожалел сил и времени, чтобы найти настоящего хозяина.
— Еще в 2008 году разместил информацию в интернете, — Иван Моржало делится методикой поиска инвестора. — Никто не отозвался. Тогда с согласия Министерства культуры дворец выставили на аукцион. Первоначальная цена составила 1 миллиард 526 миллионов рублей. Покупатель не нашелся. В результате цена упала до 307 миллионов. Новый владелец обещал воссоздать первоначальный облик дворца. Уже приходил советоваться, как аккуратнее снять лаковую краску с красного дерева, которым отделаны интерьеры. Чувствуется, хочет все сделать добротно.
Иван Моржало  только рад, что с плеч районной власти дворец «перевалился» на частника. Однако в Волковысском районе есть и другие усадьбы. Впрочем, и они не пустуют, а значит, не разрушаются. В Теолинском дворце — приют для инвалидов. В Гнезненском панском доме — правление СПК: все осталось, как в старину, даже пруд с лебедями. Еще одно имение — в Подороске, на него готовятся документы. Чиновник планирует действовать по отработанной схеме: выставить здание сначала в интернете, а потом на аукцион.
Успешные сделки между местной властью и частным  капиталом в отдельных районах, увы, не решают проблему дворянских гнезд в целом. Леонид Нестерчук, главный специалист по охране историко–культурного наследия управления культуры Брестского облисполкома, подсчитал, что в его регионе сохранилось 250 усадеб, хотя в Государственный список историко–культурных ценностей включено только 25.
— Если здания нет  в государственном списке, то это  значит, что в Министерство культуры не поступало предложений о придании ему статуса историко–культурной  ценности. Кстати, из перечня 2009 года девятнадцать усадеб также не отмечены в госсписке, -- объясняет Наталья Хвир.— В соответствии с законом инициатива о включении в госсписок исходит от любого юридического или физического лица. Это могут быть местные власти и просто каждый человек. Однако должна признать, что некоторые специалисты на местах, которые занимаются охраной памятников, не знают точно, какие историко–культурные ценности есть в их районе.
В Брестской  области пять имений включены в перечень для приспособления под агроэкоусадьбы. Леонид Нестерчук ведет переговоры с инвесторами, готовыми вложить деньги в грушевское имение Рейтанов. Остальные поместья также не оставляют на погибель: «Усадьбу в Старых Песках забирает под санаторий «Брестэнерго», на панские дома в Высоком и Ястрембеле из областного бюджета выделено по 100 миллионов рублей для замены кровли. Дворец в Полонечке потребовал 160 миллионов инвестиций, чтобы законсервировать до той поры, пока не появится собственник. За эти объекты я спокоен. А как быть с остальными?»
Остальные —  это оказавшиеся за бортом госсписка. И просто заявить о включении зданий в заветный список недостаточно. Для этого еще нужно собрать необходимые бумаги. Во–вторых, числиться «под охраной государства» — еще не значит быть в целости и сохранности. В–третьих, каждому поместью нужен свой хозяин с четким бизнес–планом. Вот их-то и нет — настоящих хозяевам, которые не дадут пропасть национальному достоянию.
17:29 28/04/2010




Loading...


загружаются комментарии